После того, как офицеры и солдаты сбежали, Цзинь Линь-эр все время волновалась.
Она боялась, что эти люди вернутся, чтобы отомстить.
Она осторожно подошла к жене Ли Эргоу и тихонько напомнила ей.
"Золовка, кажется, с этими офицерами и солдатами не так просто иметь дело.
Как говорится, люди не ввязываются в ссоры с чиновниками. Если мы их обидим, они точно нас не отпустят.
Давайте уйдем отсюда, пока они не вернулись".
Видя, что король Чжао не собирается уходить, Хуа Мамнь поняла, что он собирается раскрыть свою личность.
Поэтому она с улыбкой успокоила ее.
"Не бойся, ничего не случится".
Цзинь Линь-эр не понимала, откуда у невестки Ли Эргоу столько уверенности, но она могла сказать, что Ли Эргоу и его жена были очень независимыми людьми и не изменят своего решения только из-за ее нескольких слов.
Поэтому она благоразумно закрыла рот и отвела своего брата в сторону.
Когда Цзинь Линь-эр была полна беспокойства, Гао Сяньчэн вошел, и никто из родных его не узнал.
Он сразу же увидел лежащего на земле умирающего человека, залитого кровью, и был так напуган, что остановился, а реплики, которые он подготовил для этой сцены, тут же превратились в возглас.
"Какого черта это такое?!"
Услышав голос Гао Сяньчэна, Ловчий с трудом поднял голову и слабо позвал на помощь.
"Гао Сяньчэн, помоги мне, они сейчас замучают меня насмерть..."
Полицейские, которые следовали за ним, тоже были напуганы.
Прежде чем он ушел, у главного ловец были ранены только ноги, но спустя некоторое время у него появилось несколько ран на теле.
Каждая рана не смертельна, но может быть смертельно болезненна.
Это говорит о том, насколько безжалостным был нападавший.
Гао Сяньчэн сконцентрировался, посмотрел на красивого мужчину, стоящего недалеко от него, и резко спросил.
"Ты тот Ли Эргоу, который в открытую ранил офицеров и солдат?!"
Ли Цзи спросил, не отвечая: "А ты тот Гао Сяньчэн, который затмевает небо в этой области?"
Лицо Гао Сяньчэна изменилось, когда он услышал эти слова, и он глухим голосом отчитал его.
"Ты несешь чушь!
Не думай, что ты можешь делать все, что захочешь, благодаря своим высоким навыкам боевых искусств.
Сегодня официальные лица доставят тебя к правосудию, а затем повесят твое тело в центре города, как пример для других!"
Ли Цзи слегка улыбнулся, как будто ему было все равно: "Тогда попробуй и посмотри, кого в конце концов повесят в центре города для публичного обозрения".
Когда Гао Сяньчэн увидел, что он совсем не воспринимает его как окружного магистрата, то от гнева скрипнул зубами, и его намерение убить стало еще сильнее.
Изначально он просто хотел преподать Ли Эргоу и его группе урок, выместить гнев от имени господина Гао и, кстати, отпугнуть других людей в городе.
Теперь он действительно настроен на убийство.
"Хорошо! Я действительно не знаю, как каяться перед смертью!
Коли так, я перестану говорить с тобой ерунду, генерал Бянь, и оставлю остальное дело тебе!"
Закончив говорить, Гао Сяньчэн повернулся и сложил руки перед Бянь Цзымином, стоявшим в дверях.
Однако Бянь Цзымин даже не взглянул на Гао Сяньчэна.
С тех пор как он вошел в дверь, он ясно видел истинное лицо "бандита" и был совершенно ошеломлен.
Этот человек на самом деле его королевское высочество король Чжао, который пропал без вести с момента своего исчезновения!
Гао Сяньчэн не получил желаемого ответа, поэтому он не смог удержаться и поднял голову, чтобы посмотреть на Бянь Цзымина, и снова спросил с нажимом.
"Генерал Бянь, почему ты ничего не делаешь?"
Бянь Цзымин поднял правую руку.
Гао Сяньчэн подумал, что он собирается вытащить свой меч, и невольно улыбнулся.
В результате эта улыбка продержалась всего секунду, прежде чем Бянь Цзымин оттолкнул его.
Гао Сяньчэн:? ? ?
Бянь Цзымин бросился вперед, скользнул и встал на колени перед королем Чжао, схватил подол его одежды и начал плакать.
"Его Королевское Высочество король Чжао, так вот где вы, а последний генерал так долго вас искал!"
Хуа Маньмань была потрясена.
Навыки актерского мастерства этого человека даже более преувеличены, чем ее собственные!
Ли Цзи, очевидно, знал, кем был Бянь Цзымин.
Он беспощадно пнул Бянь Цзымина.
"Не трогай меня".
Бянь Цзымин, отлетев в сторону, быстро выпрямился и встал на колени: "Ваше Высочество, прошу прощения, я не ожидал в конце концов увидеть вас здесь. Я был так взволнован, что и повел себя так неожиданно..."
Не успев закончить фразу, он внезапно замер.
Его глаза немного расширились, и на лице появилось выражение недоверия.
Он посмотрел на стоявшего перед ним высокого Короля Чжао и заикаясь от удивления, спросил:
"Вы, вы, как вы можете стоять?!"
Только что его внимание было полностью привлечено тем фактом, что "король Чжао не умер", и он не заметил, что король Чжао стоит и больше не нуждается в инвалидном кресле для передвижения, как раньше.
Ли Цзи ответил вопросом на вопрос: "Почему, разве король не может стоять?"
Бянь Цзымин поспешно объяснил:
"Нет, нет, генерал не ожидал, что ваша травма ноги зажила, это, это действительно прекрасно!
Если Его Королевское Высочество узнает об этом, то он будет очень счастлив!"
Ли Цзи многозначительно улыбнулся:
"Да, он точно сойдет с ума от радости".
Гао Сяньчэн был в полном замешательстве.
Он не ослышался?
Генерал Бянь на самом деле встал на колени перед этим парнем по имени Ли Эргэу и продолжал называть его Его Королевским Высочеством Королем Чжао!
Разве он не бедный беженец, который так беден, что позволить себе жить в гостинице может только шантажируя Мастера Гао?
Как он может быть печально известным Его Королевским Высочеством Королем Чжао?!
Сержант, лежавший на земле, был еще более напуган и отчаялся.
Если Ли Эргэу - король Чжао, разве у него не будет выхода?!
Гао Сяньчэн постепенно отступил назад.
Он хотел улизнуть отсюда, пока никто не смотрел.
Однако как только он сделал шаг, его остановил Ли Цзи.
"Куда собрался Гао Сяньчэн? Почему ты не приветствовал меня, когда увидел?"
Гао Сяньчэну ничего не оставалось, как убрать свои ноги, храбро встать на колени и поклониться с почтением.
"Ваше Величество отдает дань уважения Его Королевскому Высочеству Королю Чжао".
Ли Цзи смотрел на него с полуулыбкой, пока тот не покрылся холодным потом.
В это время Бянь Цзымин пришел в себя и понял, что Гао Сяньчэн перепутал личность и принял короля Чжао за бандита.
Он немедленно повернул голову, свирепо посмотрел на Гао Сяньчэна и сердито выругался:
"Разве твои глаза вросли в подошвы твоих ног? Ты на самом деле счел Его Королевское Высочество короля Чжао за бандита?
К счастью, я знаю Его Высочество Короля Чжао и узнал величественную фигуру Его Величества с первого взгляда.
Иначе сегодня мы все погибли бы из-за тебя!"
Гао Сяньчэн непрестанно жаловался.
Откуда ему было знать, что король Чжао будет прятаться в такой маленькой гостинице?!
Он поспешно поклонился, чтобы вымолить милосердие.
"Это слепота низшего чиновника, это глаза низшего чиновника, которые не распознают золота, вставленного в нефрит, я умоляю Его Королевское Высочество Короля Чжао пощадить мою жизнь!"
Ли Цзи указал на полицейского, лежащего на земле, и неторопливо спросил:
"Этого парня послал ты, чтобы арестовать людей?"
Гао Сяньчэн быстро ответил: "Нет!"
Ли Цзи: "Тогда почему они арестовали людей, как только ворвались? Они также хотели арестовать меня по имени. Должно же быть разумное объяснение, не так ли?"
Гао Сяньчэн запнулся и не мог ответить.
Ли Цзи посмотрел на его блуждающие глаза и слегка улыбнулся.
"Поскольку ты не можешь ответить, я отвечу за тебя.
Это потому, что этот король оскорбил господина Гао, поэтому господин Гао приказал этим арестантам арестовать этого короля через тебя, чтобы свершить месть.
Как ты думаешь, правильно ли говорит король?
...
В течение периода новой книги всем нужно голосовать и оставлять сообщения в поддержку, доброе утро~
Ли Цзи: В чем разница между тобой и соленой рыбой?
Маньмань: Соленая рыба супер-соленая, а я супер-сладкая!
http://tl.rulate.ru/book/65584/3994637
