Дополнительные главы. Часть 3 — «То, что не заканчивается».
Глава 1
Первым ребёнком Эхинацеи и Юриена был Гиацинт Статиц. Как и цветок, названный в честь прекрасного юноши, любимого богами в легендах, Гиацинт был поразительно красивым мальчиком.
Его белое, изящное лицо и серебристые волосы были точной копией отца. В центре Азенки, даже если бы он заблудился, его сразу признали бы сыном командира Ордена Лазурного Неба — настолько он был похож на Юриена. Только глаза, ярко-фиолетовые, унаследовал от матери.
Эхинацея, достигшая уровня Зенита, превосходящего мастеров, выглядела так, словно время обошло её стороной — почти не изменившись с двадцати лет. Двенадцатилетний Гиацинт смотрел на неё с раскрасневшимися щеками и сияющими глазами.
— Матушка, это правда?
— Конечно. Теперь это твоё, Гис.
Гис дрожащими руками принял то, что протянула ему мать. Это был настоящий меч в ножнах. Осторожно вытащив клинок, мальчик тихо ахнул, увидев острое, голубовато сверкающее лезвие. До этого он тренировался только с деревянными мечами или незаточенными клинками, и теперь его сердце переполняла радость. Эхи улыбнулась, глядя, как её старший сын с благоговением трогает меч.
«Надо было дать ему настоящий меч раньше».
Она и Юриен были едины в том, чтобы с детства учить детей обращению с мечом, но в вопросе о настоящем клинке их мнения разошлись. Эхи, закалённая в аду реальных боёв из-за демонического меча, хотела дать детям настоящие клинки, как только они освоят деревянные. Юриен же, обученный фехтованию по всем правилам, считал, что настоящий меч слишком опасен для детей, и предлагал подождать, пока они подрастут.
Его обеспокоенное выражение лица, возмущение герцогской четы Роаз, ужасавшихся при мысли о настоящем мече в руках семилетнего внука, и, главное, случай, когда Гис, схватив настоящий меч, тут же порезал руку, заставили Эхи уступить.
В итоге Гиацинт получил свой первый настоящий меч только сегодня, в свои двенадцать лет.
— Ух ты, Гис, тебе так повезло! Супер-пупер повезло! Я так завидую… — пробормотал младший сын, Лизиантус Статиц, надув губы. Он украдкой взглянул на мать и, прильнув к ней, начал капризно канючить: — Мам, я тоже хочу настоящий ме-е-еч… Хочу настоящий меч!
— Убеди папу, Лизиан.
— Папа сказал, что не даст, пока я не выполню его задание!
— Тогда выполни его.
— Завязать глаза, взять деревянный меч с утяжелителем, выполнить всю технику фехтования дома Статиц от начала до конца, не выходя за начерченный на полу круг — это вообще реально? Как это сделать?!
— Гис же справился. И если ты не можешь этого сделать, то держать настоящий меч для тебя, по мнению мамы, и правда опасно.
— У-у-у… Но всё равно-о… Я точно не порежусь, обещаю!
Лизиан нарочито скорчил жалобную мину. Его голубые, слегка влажные глаза, точь-в-точь как у Юриена, заставили Эхи невольно отвести взгляд.
— Плаксой притворяться тоже не поможет.
— Лизиан, ты же быстрее меня учишься, — сказал Гис ровным тоном. — Если бы ты меньше гулял и больше тренировался, то давно бы меня обогнал.
Лизиан ещё сильнее надул губы.
— Ты с каждым днём всё больше говоришь, как папа.
Старший сын не только внешностью, но и характером пошёл в Юриена — серьёзный, прилежный. Как и отец, он был талантлив во многих областях. Однако в фехтовании младший Лизиан, несмотря на двухлетнюю разницу в возрасте, превосходил брата. Но из-за любви к играм и лени он всё ещё отставал от Гиса, который тренировался упорно.
Гис, убирая меч в ножны, мягко улыбнулся.
— Я люблю мечи, но не собираюсь становиться рыцарем. А ты хочешь быть рыцарем, да? Тогда ты не должен тренироваться ленивее меня. Отец тоже так считает, вот почему он говорит так же, как я.
— И почему ты уже решил, кем станешь? Ты же тоже можешь стать рыцарем!
— Фехтование мне не очень подходит. Для хобби и самообороны — вполне, но не больше. А учёба мне интереснее.
— Фу, учёба — это интересно? Гис, ты точно странный…
Эхи невольно усмехнулась, глядя, как её двенадцатилетний сын, улыбаясь по-взрослому, гладит по голове десятилетнего брата.
Гиацинт вовсе не был лишён таланта к фехтованию. По сравнению с обычными сверстниками он был близок к гениальности. Но вокруг него были дети рыцарей и владельцев Гиос, почти все из которых обладали талантом к мечу, а Лизиан среди них выделялся особенно. Поэтому Гис считал себя менее способным.
Эхи и Юриен не раз напоминали Гису, что он талантлив. Умный мальчик быстро это понял, но, будучи умным, он ещё яснее выразился:
— Я люблю мечи, но учёба приносит мне больше удовольствия. Матушка, отец, я думаю, что достигну больших успехов в науке, чем с мечом в руке. Я не собираюсь бросать фехтование, но хочу сосредоточиться на учёбе.
Эхи и Юриен не хотели заставлять детей становиться рыцарями. Пусть идут по любимому пути. Поэтому они поддержали выбор Гиса. Сейчас Гиацинт умеренно занимался фехтованием, но больше сосредотачивался на учёбе, мечтая поступить в имперский университет. При этом «умеренное» фехтование Гиацинта Статица, при таком темпе роста, могло бы легко обеспечить ему поступление в военную академию Азенки к восемнадцати годам.
«Любовь к книгам явно унаследовал от Юриена».
Лизиан, хоть и любил играть, обладал исключительным талантом к фехтованию. Его лень, возможно, объяснялась тем, что всё давалось ему слишком легко.
Юриен однажды сказал, что младший сын кажется ему талантливее, чем он сам в детстве. Эхи, не державшая меч в детстве, не могла сравнить, но, глядя на других детей, ясно видела, что Лизиан выделяется. Даже по сравнению с Гисом это было очевидно.
Единственная причина, по которой Лизиан не прошёл испытание Юриена, — его лень. Он легко побеждал в спаррингах не только со сверстниками, но и со старшим братом, а поскольку острой необходимости в тренировках не было, мальчик и не старался.
«Может, если бы у него появился друг, который бы его подстёгнул, он бы стал серьёзнее», — подумала Эхи, глядя, как младший сын умоляет одолжить ему меч старшего брата. Она слегка вздохнула. Надеялась, что желание получить настоящий меч подтолкнёт его к усердию, но, похоже, напрасно.
Вдруг Гис внимательно посмотрел на макушку Лизиана.
— Лизиан, твои волосы… Похоже, действие зелья заканчивается.
— А-а-а!
Лизиан в панике закрыл голову обеими руками. Ещё недавно его волосы были такими же серебристыми, как у Гиса, но теперь они постепенно становились розовыми. Скорчив жалобную мину, он потянул себя за прядь.
— Ых, уже меняются! Придётся опять просить тётю Николь!
Гис приподнял бровь.
— Ты опять собрался красить волосы?
— Если бы ты родился с розовыми волосами, тоже бы захотел их перекрасить!
— Ты что, стесняешься волос, унаследованных от мамы?
— Для мамы они красивые, она же девушка! А я парень! Что это за розовые волосы для парня?!
— И какое отношение цвет волос имеет к полу?
— Не знаю! Всё равно мне не нравится! Мам, я к тёте Николь! — Мальчик громко крикнул и помчался к особняку.
Лизиантус унаследовал от Эхинацеи редкий розовый цвет волос. Его лицо, похожее на материнское, было довольно миловидным, и эти волосы ему удивительно шли. В раннем детстве он постоянно слышал комплименты о том, какой он милый и красивый, и явно их любил.
Но однажды Лизиан вдруг заявил, что он мальчик, а розовые волосы для мальчиков не подходят, и стал умолять покрасить их. Похоже, что-то произошло среди детей. Позже выяснилось, что виной всему была Анастасия, старшая дочь Терезы и Дитриха.
Анастасия краснела, стоило ей увидеть Гиацинта, а Лизиан постоянно её за это дразнил. Разозлившись, Анастасия выкрикнула: «Розовые волосы не идут мальчикам, Гис, конечно, гораздо круче тебя!»
Эти слова так потрясли Лизиана, что он настоял на покраске волос. Когда ему сказали, что краска для детей слишком токсична и вредна, он сам нашёл выход — уговорил Николь с помощью магии перекрасить его волосы в серебристый цвет, как у брата. В такие моменты он проявлял недюжинную находчивость.
Теперь, когда магия начинала рассеиваться, мальчик регулярно бегал к Николь, чтобы снова «покраситься». Эхи, впечатлённая настойчивостью сына, не стала его останавливать. Она крикнула вслед убегающему Лизиану:
— Не ходи один, возьми с собой Дункана!
— Да-а-а! — бодро отозвался он. Его маленькая макушка, уже полностью розовая, вскоре исчезла в дверях особняка.
Эхи повернулась к старшему сыну, который терпеливо ждал.
— Ну что, Гис, давай попробуем твою технику с настоящим мечом. Начни с первой формы.
— Да, матушка.
Гис, с напряжённым лицом, крепко сжал меч. Только он поднял клинок, как демонический меч, до того откровенно зевавший от скуки, заговорил с Эхи:
[Эй, хозяйка, твоя младшенькая сюда идёт. Смотри.]
— М?
В тренировочный зал вошла Мэйрилли. Семилетняя Мэйрилли, младшая дочь и принцесса дома Статиц, унаследовала от Юриена блестящие серебристые волосы и яркие фиолетовые глаза от Эхинацеи. Её, словно куклу, обожали все: оба старших брата, слуги особняка, рыцари Лазурного Неба и даже старшие дети из других семей. Герцогская чета Роаз и Ланселрид готовы были расшибиться в лепёшку, лишь бы подарить Мэйрилли что-то ещё.
Эхи и Юриен тоже были слабы к младшей дочери. Если Гис и Лизиан начали тренировки с пяти лет, то для Мэйрилли они ограничивались лёгкими упражнениями. Отчасти это было из-за возмущений герцогской четы, которые негодовали, что их внучку уже в таком возрасте заставляют держать меч.
Серебристые волосы Мэйрилли были собраны в высокий хвост большим бантом, а в маленьких ручках она держала деревянный меч, похожий на игрушку. Увидев её, Гис тут же опустил клинок, опасаясь, что младшая сестра может пораниться. Эхи присела, чтобы обнять дочь.
— Мэй, разве не время для дневного сна?
— Дункан сказал, что Гис сегодня получил настоящий меч!
— А, ты пришла посмотреть?
— Мх… нет, я тоже хочу настоящий меч! Если я сделаю то же, что Гис, мне тоже дадут настоящий меч, да?
— Что? Мэй, ты же ещё не училась по-настоящему держать меч…
— Я смогу! Посмотрите, ладно?
Мэй выскользнула из объятий Эхи и перехватила деревянный меч. Приглядевшись, Эхи заметила, что на мече был утяжелитель, как у тех, что использовали Гиацинт и Лизиантус. Он делал деревянный меч похожим по весу на настоящий, хоть и детский, не слишком тяжёлый. Но для семилетнего ребёнка даже такой вес был немалым — держать его ровно уже было бы сложно. Однако Мэйрилли легко подняла меч. Её поза, несмотря на румяные щёки и тонкие ручки, выглядела удивительно уверенной. Серьёзно закрыв глаза, девочка начала двигаться.
Фехтование дома Статиц было создано Эхинацеей как основа и отточено Юриеном. Оно опиралось на её боевой опыт, интуитивное чувство оптимальных траекторий, присущее хозяйке демонического меча, и было отшлифовано Юриеном в более понятную и менее смертоносную форму.
Изначально технику создали просто для обучения детей, но, поскольку её авторами были Зениты, она превзошла даже фехтование прославленных семей. Хоть технику и упрощали, она оставалась настолько сложной, что без выдающегося таланта её было трудно освоить.
Дитрих как-то сказал: «Это для детей создавали? Гении, похоже, считают всех такими же, как они». Позже, увидев, как Гиацинт и Лизиантус уверенно осваивают эту технику, он исправился: «Гении поженились, конечно, у них родились гении. Зря я переживал».
Эхинацея, которую не особо тронули эти слова и которая даже не удивилась стремительному прогрессу Лизиантуса, сейчас была поражена. Мэйрилли, закрыв глаза, безупречно исполнила технику дома Статиц. Движения были почти идеальны, хотя её никто этому не учил. Более того, шаги не выходили за воображаемый круг, словно она двигалась по заранее начерченной линии. Гис, который только вчера справился с этим испытанием, смотрел на сестру с открытым ртом. Эхи услышала, как демонический меч пробормотал ошеломлённым голосом:
[Хозяйка, похоже, из твоих детей эта малышка самая одарённая.]
— …Похоже на то.
— Мам, как я? Хорошо сделала? — спросила Мэй, закончив последнюю форму и открыв сияющие глаза. Её плечи заметно вздымались — видно, это далось ей нелегко.
Эхи, чтобы скрыть потрясение, потёрла лицо, присела и посмотрела дочери в глаза.
— Мэй.
— Да, мама?
— Когда ты этому научилась? Папа тебя учил?
— Нет, я каждый день видела, как тренируются братья. Я смотрела в окно.
— …Ты просто смотрела и повторила?
— Попробовала пару раз, и получилось… Я что-то не так сделала? Неправильно?
http://tl.rulate.ru/book/65139/3404851
Готово:
Спасибо за главу