Глава 228: Забытое прошлое (3/4)
«Какая лживая деревня».
Рури, видевшая всё, что происходило в деревне днём, медленно выдохнула.
Все здесь жили под маской.
Они лгали друг другу днём, а затем возвращались домой, чтобы отдохнуть в своей настоящей личине ночью.
При встрече все произносили слово “мир”, и их лица всегда были наполнены счастливыми улыбками.
Долина Лицемерия оправдывала своё название.
Это заставило Рури почувствовать крайнее отвращение к этому месту.
По сравнению с этой деревней лицемерие одного человека кажется не таким уж ненавистным.
Какузу кивнул и сказал: «Действительно, нет ничего более лицемерного, чем эти люди, которые выкрикивают лозунги о мире. Это просто своего рода самообман. Это вовсе не “Чистый Мир”, а действительно просто Долина Лицемерия».
Какузу и сам однажды мечтал о мире, но по мере того, как его опыт увеличивался, и он становился старше, он всё больше понимал, что мир существует только в идеалах.
Мир и война по своей сути являются двумя сторонами одной монеты.
Мир есть продолжение войны, а война есть продолжение мира.
Как свет и тень, они связаны и неразделимы.
Более того, люди, живущие здесь — ниндзя-отступники, предавшие страну и деревню.
Ниндзя предавали либо для удовлетворения своих эгоистичных желаний, либо потому, что их идеи противоречили идеям деревни, либо потому, что оказывались в похожей на его ситуации, когда высокопоставленные лица деревни пытались их убить.
Несмотря на это, израненный и отчаянно борющийся в аду реальности Какузу не мог принять эту деревню. Их действия были подобны отказу от жизни.
Мир, построенный на иллюзиях, может быть только ложным миром.
Мир не жесток и не нежен.
Мир — это просто мир…
Какое отношение несчастья людей имеют к миру?
У Какузу даже было желание разрушить эту деревню, построенную теми, кто пытался сбежать от реальности, но он сдержался.
Если он действительно будет серьёзно относиться к людям здесь, то это только принизит его самого.
Кроме того, он больше не охотник за головами.
Даже если он и убьёт всех ниндзя-отступников, которые скрываются здесь, он не сможет пойти на чёрный рынок, чтобы обменять деньги.
Он бы не стал заниматься таким убыточным бизнесом.
«Я оставлю спасение группы Нокизару тебе, а сама разберусь с главой деревни. Он может знать местонахождение остатков фракции Кровавого Тумана», — сказала Рури.
Затем из земли перед ней появилась глиняная фигура.
Это был Земляной Генерал.
Он заранее провёл здесь разведку и теперь знал окружающую среду как свои пять пальцев.
«Земляной Генерал отведёт тебя к цели, и я оставлю это вам двоим».
Закончив говорить, Рури исчезла с места.
Земляной Генерал взглянул на Какузу, развернулся и поплыл в определённом направлении, а затем дал знак, чтобы Какузу следовал за ним.
…
Деревня была построена в пещере, и пространство внутри поддерживалось огромными деревьями.
Все срубленные снаружи деревья были перенесены сюда.
Даже дом старосты представлял собой небольшой деревянный домик, ничем не отличающийся от домов остальных.
Большинство людей здесь жили одни, и лишь немногие жили со своими семьями.
Деревенский староста зажёг свет в деревянном доме и сел перед столом, на котором лежало множество свитков.
Он уже забыл всё о прошлом, и единственным его способом развлечься здесь было изучать ниндзюцу.
Внезапно свет на потолке замерцал.
Деревенский староста сразу же заметил, что в дом вошёл незнакомец.
Подняв старое морщинистое лицо, он посмотрел в тёмный угол комнаты.
Там стояла женщина с холодным выражением лица, одетая в чёрную одежду ниндзя, которая заставляла её сливаться с тьмой.
Ярко-красный шаринган встретился взглядом с деревенским старостой в тот момент, когда тот поднял голову.
Староста на мгновение был ошеломлён, а затем тут же отступил назад, зорко глядя на Рури.
Рури тоже с удивлением посмотрела на него, ведь её иллюзия была разрушена.
Такое случилось впервые.
«Красные глаза… я, кажется, где-то их уже видел… Ты только что использовала иллюзию?»
Когда старый деревенский староста увидел шаринган Рури, на его лице отразилась ностальгия.
Когда-то в прошлом он уже сражался против ниндзя с такими глазами, и память о той битве была относительно глубокой.
Рури почувствовала, что слова старосты были очень странными, но не обратила на это внимания. Она скрестила руки и с большим интересом спросила старосту: «Назови своё имя. Такой человек, как ты, не может быть неизвестным».
Несмотря на то, что он уже стар, у него должно быть известное имя, раз он смог мгновенно разрушить иллюзию шарингана.
«Имя? Зови меня просто Безымянный», — ответил старый глава деревни.
Он совсем не выглядел сердитым.
«Безымянный? Это твоё нынешнее имя? Ты отказался от прошлого и жил здесь этой лицемерной жизнью… Ты действительно интересен».
«Это не лицемерная жизнь. Это моя давняя мечта построить мирный и счастливый рай. Снаружи слишком ужасно, и всегда идут войны. Мёртвые… все постоянно умирают, много людей уже погибло…»
Когда он говорил об этом, тело старосты задрожало, а на его лице появилось беспрецедентное выражение страха, как будто он вспоминал то, что причиняло ему сильную боль в прошлом.
«Вот как? Я не хочу исследовать твоё прошлое. Где люди из фракции Кровавого Тумана?» — спросила Рури.
«Фракция Кровавого Тумана? Ты имеешь в виду ниндзя, которые недавно присоединились к нам?»
«Да. Отдай их».
Рури прямо объяснила цель своего прихода.
«Нет, они теперь часть Долины Лицемерия. Я староста этой деревни, и я не позволю таким, как ты, причинять вред её жителям. Более того, раз уж ты вошла, то не думай о том, чтобы уйти, и стань частью Долины Лицемерия», — гневно сказал безымянный деревенский староста с твёрдостью в голосе.
«Похоже, ты не из тех, кто умеет общаться. Разве не было бы хорошо и дальше спокойно наслаждаться своей старостью?»
Рури вздохнула.
В следующий момент её фигура исчезла и тут же появилась перед безымянным главой деревни. Она выхватила необычный веер из-за своей спины и взмахнула им.
Огненный шар поглотил тело безымянного деревенского старосты.
Его тело превратилось в облако чёрного дыма и исчезло из видимости Рури.
Иллюзия?
Глаза Рури сузились.
С активированным шаринганом она попала во вражескую иллюзию!
Она сразу же сложила печать одной рукой и нарушила свой поток чакры, чтобы разрушить иллюзию, созданную безымянным главой деревни.
В этот момент староста деревни стоял в другом углу комнаты и смотрел на Рури такими же удивлёнными глазами.
«Ты действительно вырвалась из моего гендзюцу?»
«Твои иллюзии очень сильны. Если бы у меня не было шарингана, то, возможно, я действительно не смогла бы вырваться».
Более того, даже если у человека есть шаринган, простых трёх томоэ может быть недостаточно.
Гендзюцу старика слишком сильно.
И нет никакой закономерности в его способах применения, от которых можно было бы защититься.
«Шаринган? Очень знакомое название. Ниндзя с такими же глазами, как у тебя… кажется, я сражался против такого в прошлом…»
Безымянный староста больше не стал ничего предпринимать, а просто вспоминал прошлое.
Это было так давно, что он какое-то время не мог вспомнить.
Рури серьёзно посмотрела на старосту, который был очень стар. Ему было около семидесяти лет.
Она не думала, что он ей лжёт. Учитывая его возраст и уровень его гендзюцу, для него было бы нормальным сражаться против ниндзя клана Учиха в прошлом.
Просто его поведение слишком странное.
Это цена забвения прошлого?
Это слишком жалко.
Он был настолько жалок, что Рури хотела убить его своими руками и позволить ему перестать страдать.
Она быстро начала складывать печати, и у неё во рту стала скапливаться чакра.
http://tl.rulate.ru/book/63648/4266974
Готово:
