Свет хлынул вперед.
"Ведьма", которая продолжала смеяться, независимо от того, какая сила была использована против нее или сколько атак она приняла, показала страдальческое выражение лица и начала кричать.
Несмотря на то, что она не должна была материализоваться, кроме как в доли секунды, когда она атаковала, свет человеческого сердца проигнорировал эти условия и попал в "Ведьму", ослабив ее еще больше.
Поскольку Элрайз уже однажды принимала "Ведьму" в свое тело, она могла как-то понять причину.
Хотя сосуд Элрайз не подошел для "Ведьмы", в результате чего она вскоре умерла, некоторые её чувства и воспоминания все же перетекли в нее, хотя и в ограниченном количестве.
Истинная природа "Ведьмы" заключалась в коллективных негативных чувствах, накопленных всеми прошлыми поколениями Ведьм.
Все началось с самой первой Ведьмы, Евы. Сердце Евы исказилось из-за свойства Ведьм, позволявшего им собирать большое количество маны, до такой степени, что они уже не могли управлять тьмой, содержащейся в ней.
Как они поняли, даже после смерти Евы, это искаженное сердце слилось с маной и продолжало оставаться в мире, ища следующего подходящего носителя, которым могла бы стать Святая.
Причина, по которой "Ведьма" так сильно выросла, заключалась в том, что этот цикл повторялся в течение 1000 лет.
Это было чистое негативное чувство. Поэтому, независимо от того, какой магический атрибут был использован против нее, способа противостоять ей не было.
Если кто-то носил в себе ненависть, то даже если его ударить и физически убить, ненависть все равно останется.
Если кто-то носил в себе зависть, то даже если его побеждал кто-то превосходящий его, зависть все равно оставалась.
А источником существования "Ведьмы" было разочарование и неудовлетворенность человечеством.
В основе "Ведьмы" лежала мысль о том, что защищать таких людей абсолютно бесполезно.
Независимо от того, каким образом и сколько раз ее уничтожали, разочарование только росло. Люди ненавидели и боялись "Ведьму". Все эти чувства перетекали в ману, еще больше усиливая "Ведьму", превращая ее в нечто такое, с чем человечество уже не могло справиться.
Если это так, то что же может быть эффективным против "Ведьмы"?
Все оказалось довольно просто: естественным врагом "Ведьмы" были положительные чувства.
Например, если кто-то пострадал из-за кого-то другого, он, конечно же, возненавидит того, кто его обидел.
Но если этот человек затем спас жизнь тому, кто пострадал, то впечатление, произведенное на него, очень удобно перевернется, и ненависть угаснет.
Это похоже на то, как в детстве человек ненавидел васаби и чили, но потом эти острые приправы стали его любимыми во взрослой жизни.
Как ненависть может превратиться в любовь, так и ненависть к человеку, которого ты когда-то любил, может исчезнуть.
Чувство может угаснуть из-за другого противоречивого чувства.
И поскольку "Ведьма" разочаровалась в уродстве человеческого сердца, то все, что нужно было сделать, - это просто показать ей обратное.
То, что в людях все еще есть ценность.
Хотя они и не могли видеть этого, свет все еще определенно существовал в них.
...Скорее, свет человеческого сердца был слишком ослепительным для Элрайз, что она потеряла самообладание; поэтому она просто хотела поскорее выбросить его.
— Ей больно... хотя ей было всё равно от того, что мы сделали с ней раньше...
У Вернелла было непонимающее выражение лица, когда он увидел, что "Ведьме" сейчас больно.
Скорее всего, он понятия не имел, как и почему непобедимая "Ведьма" пострадала от этой атаки.
В первую очередь, проявление положительных чувств людей и их выброс были чем-то, выходящим за рамки его воображения.
— То, что превратило их в "Ведьму", было не что иное, как человеческое сердце. Зло в сердцах других людей накапливалось в Ведьме, в итоге искажая их как людей. А когда они опустошали мир и окрашивали его во тьму... человеческое сердце становилось еще темнее, еще больше развращая Ведьму. Этот негативный цикл, длившийся 1000 лет, и есть истина бедствия, которым является "Ведьма".
Было бы совсем некрасиво, если бы она честно сказала: "Когда я циркулировала ману, положительные чувства были слишком сильны для меня и почти очистили меня, поэтому я выбросила их в её сторону, и каким-то образом все получилось", поэтому Элрайз объяснила это окольным путем.
Это не сильно отличалось от того, что она имела в виду, но впечатление было разным в зависимости от того, как это было сказано.
— Мир был окрашен в ту же тьму, что и человеческое сердце... Так оно и получилось. Но так же, как человеческое сердце могло погрузить мир во тьму, оно могло и пролить на него свет. Каждый человек в этом мире... все люди, которые еще живы на сегодняшний день, - это те, кто сиял светом надежды, которую они еще увидят завтра. Все, что я сделала, это просто направила этот свет к "Ведьме".
Она случайно говорила вещи, которые вроде как имели смысл, и обманывала людей, заставляя их думать, что она хороший человек из-за того, что она сделала.
Независимо от того, как она это говорила, это не меняло того факта, что она все равно выбрасывала положительные чувства других людей. Хотя, раз она так сказала, значит, она выглядела хорошо.
Кроме того, Элрайз парила и притягивала взгляды людей к себе.
И она не забыла добавить соответствующее освещение, чтобы привлечь их внимание.
— Ничего не изменится, пока люди будут продолжать перекладывать свое бремя на Святых, которые становятся жертвами. Если кто-то действительно хочет изменить мир, то каждый человек, живущий сейчас... тоже должен бороться. Вот почему - все, пришло время бороться!
По сути, она сказала: "Не надо валить все на меня, вы тоже должны бороться".
Было ясно, что накопление положительных чувств - самое эффективное оружие для победы над ней, поэтому им оставалось только повторять это.
Поэтому, чтобы увеличить отдачу, лучше было сделать людей более оптимистичными.
И люди, казалось, приняли случайные слова Элрайз за истину; их глаза засияли надеждой, и они встали.
— Правильно! Мы здесь не для того, чтобы нас защищал один человек. Мы будем защищать то, что нам дорого, своими собственными руками!
Как только кто-то сказал это, из его груди хлынул свет и полетел в сторону Элрайз.
— Мы достигнем завтрашнего дня с помощью общей силы! — выкрикнул другой человек, и свет его сердца тоже разгорелся.
Потом это были уже не один и не два человека.
Все встали, и свет продолжал исходить от них и собираться к Элрайз.
Мужество, дружба, справедливость, доброта, сострадание... и любовь.
Поток положительных чувств передавался через ману, мгновенно увеличивая силу Элрайз.
ГЯА-А-А-А-А-А-А! Слишком много?!
Поток света из их сердец хлынул с большей силой, чем раньше, и Элрайз показалось, что ее неживое сердце умрет в одно мгновение.
Она начала падать с высоты, теряв сознание, но ее тело быстро поддержал Вернелл.
Хотя она была благодарна ему за помощь, чувства любви Вернелла к ней предсказуемо перетекли и в нее, еще больше повредив ее.
Несмотря на это, Элрайз улыбнулась, держа себя в руках, а затем кивнула Вернеллу.
— Это...
— ЭТО КОНЕ-Е-ЕЦ! — крикнули Элрайз и Вернелл, высвобождая свет.
Он взорвался на "Ведьме", которая в данный момент стонала от боли, заставляя ее кричать еще громче.
От удара разлетелись облака, и люди с радостью смотрели на свет, льющийся с неба.
Внутри него что-то рухнуло вниз, приземлившись перед Элрайз.
— Как это может быть... Окаа-сама...? — сказала дрожащим голосом Альфрея, увидев, что упало на землю.
У ползущего по земле существа было тело женщины, казалось, полностью вымазанное в чернилах.
Эта последняя атака, похоже, полностью нейтрализовала его негативные чувства.
Оно слабо пыталось ползти вперед и приблизиться к Элрайз, при этом издавая жалобные мяукающие звуки.
Элрайз осторожно погладила жалкий остаток головы Первой Ведьмы.
Затем она прямо-таки влила в неё все оставшиеся в ней положительные чувства, до такой степени, что это было чрезмерно.
— Все в порядке... тебе больше не нужно страдать. Вот почему... спокойной ночи.
— ...O, O-OХ...
Элрайз нанесла завершающий удар, и "Ведьма" погибла в тот же миг.
Когда люди увидели эту сцену, они пришли в экстаз, а вокруг раздавались хвалебные крики в адрес Элрайз.
Наконец-то... наконец-то, на этот раз все действительно закончилось.
Трагический цикл, длившийся более 1000 лет, наконец, достиг своего истинного конца.
Ведьмы больше не будут рождаться.
Больше не будет необходимости в жертвенной роли, называемой Святой.
Начиная с завтрашнего дня, люди смогут сами прокладывать пути к своему будущему.
Когда бич мира был окончательно побежден, Элрайз встала, почувствовав дуновение ветерка, обдувшего ее лицо, и посмотрела на Лейлу.
Ну что ж... Как мне сказать Лейле, что через несколько часов я умру?
Раньше она могла просто отмахнуться от этого, подумав: "Она все равно это переживет", но теперь таких мыслей быть не могло.
Во время последней битвы любовь Лейлы была болезненно очевидна.
Вот почему это было плохо.
Если бы она умерла, несмотря на то, что в мире теперь царил покой, сердце Лейлы все равно разорвалось бы на части.
Но у Элрайз не оставалось времени на то, чтобы тщательно подбирать слова.
Как только она позволила себе расслабиться, она тут же почувствовала боль в груди, и опустилась на одно колено, как бы в ответ на свои действия.
По идее, от срока жизни Элрайз оставалось еще несколько часов.
Однако это время было сильно сокращено из-за бремени, которое она взяла на себя во время этого боя.
На самом деле ей оставалось менее 10 минут.
Лейла обняла рухнувшую на землю Элрайз, выражение ее лица было наполнено страхом и печалью.
— Кто-нибудь... Кто-нибудь, пожалуйста, помогите Элрайз-сама! Быстрее, исцеляющую магию!
Услышав крик Лейлы, несколько рыцарей поспешно подбежали и начали колдовать.
Но это было бесполезно. Не было похоже, что Элрайз упала в обморок из-за серьезных ран.
В первую очередь, если бы исцеляющая магия была действенным решением, она бы уже использовала ее на себе.
Элрайз отчаянно держалась за свое угасающее сознание и пыталась держать глаза открытыми.
Если она умрет на руках Лейлы дважды, то на этот раз Лейла действительно совершит самоубийство.
Она всегда была равнодушна к собственной смерти.
Она никогда не считала свою смерть большой проблемой.
Но в этот момент, впервые в жизни, она подумала, что не хочет умирать.
Не ради себя, а ради других людей, которые будут опечалены ее кончиной... Только по этой причине она хотела жить дальше.
Но ее сердце бешено билось в ускоренном темпе; это подтверждало, что она скоро умрет, даже если не захочет этого.
...Плохо. Не могу... говорить.
Она думала, что должна хотя бы что-то сказать Лейле, но на этот раз она была не в состоянии даже говорить.
Если бы она умерла сейчас, Лейла действительно покончила бы с собой сразу после этого, чтобы последовать за ней.
Но даже когда она пыталась говорить, у нее выходил только кашель; она даже не смогла подбодрить Лейлу.
В конце концов, выражение лица Лейлы изменилось на покорную улыбку, и она обняла Элрайз.
— Элрайз-сама... Я не отпущу вас одну. Я скоро буду сопровождать вас... поэтому вы можете быть спокойны...
ОЙ, Стокко!? Подожди минутку, Лейла! Стой. СТОЙ! Это меня нисколько не успокоит! Вернее, почему даже мой внутренний голос стал правильным?!
Заявление Лейлы о том, что она совершит самоубийство, чтобы присоединиться к ней, совсем не успокаивало; оно вызвало у Элрайз панику.
Кроме того, поскольку сильный яд (свет сердца) действительно имел побочные эффекты на сердце Элрайз, она заметила, что даже ее внутренний голос изменился.
Она не была полностью очищена светом, но она действительно немного очистилась.
Ей нужно было настаивать на том, что она останется в живых, но правда заключалась в том, что она скоро умрет.
Отчаянно борясь с охватившей ее сонливостью и пытаясь придумать, что она может сделать, она краем глаза заметила Пророка.
— Элрайз. Ты просто потрясающая. Я уже ожидала и предсказывала, что ты каким-то образом изменишь судьбу мира. Но подумать только, что тебе действительно удалось это сделать.
Что ж, спасибо.
Даже когда она отрывисто ответила, она все еще отчаянно думала о том, как она может помешать Лейле совершить самоубийство.
Независимо от того, знала ли Пророк, о чем думает Элрайз, она продолжала говорить.
— Ведьма больше не появится... Святые тоже больше не нужны. В таком случае, существование того, кто предсказывает рождение Святой, тоже больше не нужно.
Действительно.
Пока она так думала, Элрайз постепенно теряла желание сопротивляться все возрастающей сонливости, охватывающей ее, и ее глаза закрылись.
Она уже не могла держать глаза открытыми.
Она чувствовала, как слезы Лейлы падают на нее, но у нее уже не оставалось сил, чтобы вытереть их.
— Ох, кажется, сейчас не самое подходящее время для длинной речи. Что ж, тогда давайте займемся тем, чем я должна заниматься. Именем Пророка... Ты, Элрайз, будешь названа следующим Пророком!
Когда Пророк провозгласила это, Элрайз почувствовала, как что-то вливается в нее.
В то же время сонливость исчезла, и она встала, как ни в чем не бывало.
Элрайз задалась вопросом, что случилось. Ее глаза расширились, когда она уставилась на собственную руку, несколько раз сжимая и разжимая ее.
Но в следующее мгновение ее повалили на землю, и Лейла, которую переполняли эмоции, обняла ее.
Заметки автора:
Иллюстрация от かざい様
Как аниме!
http://tl.rulate.ru/book/61673/2042056
Готово:
