Тан Чжэн вернулся в школу, и его соседи по комнате уже ждали его. Трое парней выглядели явно возбуждёнными. Тан Чжэн с любопытством спросил:
– Кто такой этот мастер муай-тай?
До Лун, словно делясь сокровищем, тут же начал объяснять:
– Я только что посмотрел информацию в интернете. Этого парня зовут Сонгба. Он считается лучшим мастером в Таиланде. Он начал выступать ещё в подростковом возрасте и с тех пор непобедим. Он чемпион во множестве боёв. Говорят, он часто участвует в подпольных боях, чтобы оттачивать своё мастерство. Он настолько силён, что может одним ударом ноги сломать дерево толщиной с миску!
Чжоу Янь вздохнул:
– Муай-тай — это всё про силу ног. У этого человека ноги словно из стали, непробиваемые. Он просто непобедим.
Ван Шицзи, в свою очередь, пренебрежительно фыркнул:
– Ну и что? Я думаю, этот Сонгба даже близко не сравнится с нашим третьим. (Он имел в виду Тан Чжэна.)
До Лун рассмеялся:
– Конечно! Кто такой наш третий? Это же самый крутой парень на нашем факультете археологии. Что там какой-то мастер муай-тая? Он его в два счёта уложит!
Тан Чжэн продолжил расспрашивать:
– А что было дальше?
До Лун захихикал:
– О, дальше стало ещё интереснее! Ассоциация боевых искусств пригласила настоящих мастеров, но вообще о них забыла. Но как только этот Сонгба объявился, мастера из других стран тоже начали откликаться, заявляя, что они тоже хотят участвовать. Теперь чиновники и мастера из ассоциации вообще не знают, что делать.
Тан Чжэн нахмурился:
– Какие у них планы?
Чжоу Янь пожал плечами:
– Какие там планы? Просто ждут. Пока никакого ответа нет, так что неизвестно, как всё решится.
Ван Шицзи фыркнул:
– Да сколько можно тянуть? Нельзя же вечно прятать голову в песок и прикидываться трусами.
В этот момент раздался звонок.
Телефон снова зазвонил. На этот раз звонил репортёр, его голос звучал ещё более взволнованно. Он с энтузиазмом рассказал Тан Чжэну о ситуации и в конце с негодованием добавил:
– Эти люди из Ассоциации боевых искусств просто отвратительны! Они только что выпустили заявление, в котором называют твоё кунг-фу обманом. Они утверждают, что никогда не пригласят тебя участвовать в конференции по боевым искусствам. Мастер муай-тай Сонга Ба уже завершил вызов, но они всё равно продолжают говорить, что ты лжец и не способен возродить китайские боевые искусства.
Тан Чжэн задумался и спросил:
– Если все уже бросили вызов, то какую пользу им принесёт продолжение этого самообмана?
– Разве они сами не понимают? Независимо от того, выиграешь ты или проиграешь, они всё равно потеряют лицо. Поэтому они просто не хотят допускать тебя до соревнований, чтобы чувствовать себя в безопасности. Именно это и скрывается за их действиями, – объяснил репортёр, раскрывая коварные намерения Ассоциации боевых искусств. – Им всё равно на ответственность за возрождение китайских боевых искусств. Их волнуют только собственные интересы.
– А если я приму вызов, что тогда? – спросил Тан Чжэн с серьёзным выражением лица.
Репортёр удивился и быстро спросил:
– Ты собираешься сражаться? Ты уверен в победе? Этот Сонга Ба – не лёгкий противник.
Тан Чжэн улыбнулся и задал встречный вопрос:
– А ты думаешь, я смогу выиграть?
– Конечно, я верю в тебя. Я верю в китайские боевые искусства, – уверенно заявил репортёр.
– Этого достаточно. Ты можешь сразу рассказать, как будет проходить битва, чтобы раздуть этот скандал до пика общественного внимания, – попросил Тан Чжэн.
С приближением людей У Цзуна к столице, Тан Чжэн больше не мог оставаться в тени. Он решил использовать эту конференцию по боевым искусствам, чтобы заявить о своём присутствии перед всем миром. К тому же, это была конференция, которая могла эффективно связать его личность с мастером боевых искусств, а не с тем, кто занимается духовными практиками.
Когда репортёр услышал эти слова, он задумался на мгновение, а затем сказал:
– Если мы хотим поднять этот вопрос до пика общественного внимания, то нужно распространить информацию во всех направлениях. Если вы не против, наша редакция может опубликовать ваше письмо с вызовом. Хм, если Ассоциация Ушу не хочет брать на себя инициативу, то мы сделаем это сами.
– Тогда я оставляю это дело вам.
– Не волнуйтесь, я обязательно справлюсь. Я уверен, что это станет самым важным событием в моей карьере журналиста.
Репортёр был невероятно взволнован.
В тот же день заявление Тан Чжэна было опубликовано в интернете, а печатные СМИ активно подхватили эту новость. Различные газеты и журналы перепечатали его слова, в которых он принимал вызов мастера муай-тай Зомбы и был готов бросить вызов любому мастеру боевых искусств из любой страны, чтобы доказать миру силу и красоту китайского ушу.
Вау!
Это был вызов Тан Чжэна мастерам со всего мира. Такой смелый шаг мгновенно взбудоражил общественность, словно подействовал возбуждающий препарат.
Сторонники китайских боевых искусств кричали от восторга и добровольно запустили в интернете акции в поддержку Тан Чжэна, которые получили множество откликов.
Имя «Брата Кунг-фу» стало звучать ещё громче, сравниваясь даже с популярностью многих звёзд.
Однако нашлось и множество скептиков. Многие оскорбляли Тан Чжэна, считая, что он просто выставляет себя напоказ. Эти люди с нетерпением ждали, чтобы посмеяться над его провалом.
Представители Ассоциации Ушу были больше всех раздражены. Они не признавали силу Тан Чжэна и даже считали, что его кунг-фу — это всего лишь трюки для обмана профанов.
Но на этот раз Тан Чжэн напрямую обошел их и бросил вызов мастерам со всего мира, что было равносильно пощёчине в их адрес. За столько лет никто не осмеливался на такое, ведь настоящие мастера боевых искусств не утруждали себя вниманием к подобным клоунам.
Ассоциация боевых искусств незамедлительно выпустила официальное заявление, в котором говорилось, что Тан Чжэн дискредитирует боевые искусства. Если его показные удары и вычурные движения проиграют мастерам из других стран, это станет ужасным преступлением. Это, мол, коварный замысел иностранных сил. Но Тан Чжэн добился своего.
Его ответ был быстрым и решительным. Через заявление журналиста он заявил, что если члены ассоциации считают его недостойным, то пусть сначала сами бросят ему вызов.
Общественное мнение разгорелось с новой силой, но заявления мастеров из других стран, которые один за другим вызывали Тан Чжэна на поединок, подняли эту историю на новый уровень.
Мастера различных боевых искусств из разных стран присоединились к вызовам и готовились приехать в Хуася, чтобы принять вызов Тан Чжэна. Это было равносильно признанию того, что уровень Тан Чжэна — это не показуха, как утверждала ассоциация, а настоящее мастерство.
Ассоциация боевых искусств тут же замолчала. Только теперь её члены осознали, что кунг-фу Тан Чжэна — не фальшивка, а настоящее искусство. Эти чиновники, которые только и умели, что красоваться своими вычурными движениями, вдруг поняли, в каком затруднительном положении они оказались.
Их конференция по боевым искусствам моментально превратилась в посмешище. Никто не осмелился бросить вызов Тан Чжэну. Этот инцидент сделал его ещё более популярным в университете Янцзин, и он стал настоящей знаменитостью. Повсюду на него показывали пальцем, а многие подходили прямо к нему, чтобы подбодрить и сказать, чтобы он как следует разобрался с теми иностранными бойцами.
Тан Чжэн впервые почувствовал, каково это — быть знаменитостью, но его разум оставался спокойным. Это вызвало насмешку у Ли Сяотяня, который всё ещё был рядом с ним:
– Ты ведь практикующий, разве тебе интересно унижать этих так называемых мастеров?
Тан Чжэн покачал головой:
– Где уж мне их обижать? Честно говоря, в других странах тоже есть мастера, например, на островных территориях. Ты сама видела, как они проявили себя в горах, и это действительно сильные противники.
– Ты только начинаешь свой путь, а уже так шутишь над мастерами из других стран. А что, если проиграешь? – спросила Ли Сяотянь, слегка недоумевая.
– В этом мире есть вещи, которые кто-то должен делать. Если другие не хотят, а я тоже откажусь, то никто и не сделает. Именно из-за этого раньше китайские боевые искусства оказались в таком неловком положении. Хотя я и не мастер боевых искусств, но с детства мечтал о них. И теперь хочу сделать для них всё, что в моих силах, – слова Тан Чжэна звучали искренне.
Услышав это, выражение лица Ли Сяотянь слегка изменилось. Она сама была мастером боевых искусств, но никогда не задумывалась об этом. Ей было всё равно, что другие думают о боевых искусствах. А упадок китайских боевых искусств её и вовсе не касался.
Но после слов Тан Чжэна она почувствовала лёгкий стыд. Достоинство китайских боевых искусств нуждается в защите, и то, что это должен делать человек, далёкий от их мира, – это позор для многих мастеров.
– У тебя добрые намерения, но некоторые люди могут тебя не понять. Разве ты не замечаешь, как представители Ассоциации Уси тебя очерняют? – спросила Ли Сяотянь.
Тан Чжэн рассмеялся:
– В этом мире всегда найдётся пара клоунов. Если обращать на них внимание, только себе хуже сделаешь. Мне нужно просто делать своё дело.
– А ты не боишься, что У Цзун снова попытается с тобой разобраться, раз ты так громко заявляешь о себе?
– Пока моя личность остаётся в тайне, У Цзун будет бояться меня. На самом деле, чем больше я буду на слуху, тем осторожнее он будет действовать, – Тан Чжэн усмехнулся.
– А, так вот какой у тебя план. Ты довольно умён, – заметила Ли Сяотянь.
Двое не стали углубляться в разговор, потому что Тан Чжэн получил уведомление отправиться в административное здание колледжа. Там он увидел Янь Ляна и ещё одного мужчину средних лет.
Мужчина хмурил брови и смотрел на Тан Чжэна с явным недоброжелательством.
Янь Лян же смотрел на Тан Чжэна с непростыми чувствами. В прошлый раз, когда Тан Чжэн пострадал перед Ци Шаовэнем, декан даже раскритиковал Янь Ляна, из-за чего тот затаил на Тан Чжэна обиду.
Однако, с поддержкой Ци Шаовэня, Янь Лян ничего не мог поделать с Тан Чжэном. На этот раз Тан Чжэн устроил очередной скандал, став центром внимания общественности и нанеся сильный удар по репутации Усе.
Янь Лян ненавидел и боялся Тан Чжэна ещё больше, но сегодня он был в приподнятом настроении, чувствуя лёгкое возбуждение. Всё потому, что Юй Чжанькуй, председатель ассоциации боевых искусств, лично пришёл в колледж и резко раскритиковал Тан Чжэна перед руководством школы.
Юй Чжанькуй был не простым человеком, а настоящим чиновником, главой ассоциации боевых искусств, занимающим должность заместителя на уровне департамента. Именно он способствовал созданию ассоциации.
Янь Лян был куратором класса Тан Чжэна, и теперь на него возложили ответственность — сотрудничать с Юй Чжанькуем, чтобы разобраться с делом Тан Чжэна.
С чувством превосходства Янь Лян заявил:
– Тан Чжэн, на этот раз ты устроил такой скандал, опозорив школу и ассоциацию боевых искусств. Ты понимаешь, что совершил ошибку?
Тан Чжэн был озадачен. Эта внезапная критика вызвала у него гнев, и он ответил с явным недовольством:
– Хм, ты пытаешься навесить на меня ярлык? У тебя недостаточно полномочий для этого.
Репутация Янь Ляна и так была не из лучших. Тан Чжэн слышал, что тот принимал множество подарков от активистов студенческого совета, а затем обещал им должности.
Ян Лян был вне себя от радости. Чем больше ты танцуешь, тем счастливее я буду. Так что председатель Юй из Ассоциации боевых искусств сможет усесться напротив тебя, глядя на твоё дерзкое лицо. Посмотрим, какой хороший плод он тебе преподнесёт.
– Ты думаешь, что с поддержкой Ци Шаовэна я ничего не смогу с тобой сделать? Ты глубоко ошибаешься. Ты слишком наивен, это общество слишком сложное. Есть тысячи способов наказать тебя, и это просто подарок судьбы.
Когда Юй Чжанькуй услышал это, его лицо стало ледяным, и он резко крикнул:
– Что это за достоинство такое?
http://tl.rulate.ru/book/609/5887768
Готово:
