Готовый перевод The Strong, The Few, True Cultivators on Campus / Истинный культиватор в кампусе: Глава 65

Глава 65: Невозможно видеть насквозь.

– Шеф полиции Ден, что вы имеете в виду? – спросила недоверчиво мадам Цяо.

Ден Маоцай посмотрел на нее и про себя подумал: *«Она что, не слушает? Я же сказал ей заткнуться и что я буду решать, что делать.»* Но вслух он этих слов не произнес. Ведь семья Цяо была далеко не самой обычной в городе Чэн Хэн.

– Все по порядку. Что здесь происходит? – спросил Ден Маоцай, не утруждая себя приветствием Лю Цинмэй и Тан Чжэна. Он притворялся отстраненным.

Мадам Цяо уже поняла, что что-то не так, и сказала:

– На моего сына вчера напали и избили. Я подозреваю, что эта ученица связана с этим.

Ден Маоцай повернулся к Фан Шиши, заметил ее красоту и спросил:

– Ученица, расскажи, что ты делала вчера?

– Вчера я была с ним, – спокойно ответила Фан Шиши.

Ден Маоцай посмотрел на Тан Чжэна, кивнул, записал ее слова и продолжил:

– Знаешь, что именно случилось с Цяо Фэем?

– Откуда мне знать?

– Нет, она врет! – крикнула мадам Цяо.

– Вы-то, конечно, говорите только правду, а все остальные – лжецы. Не думайте, что вы стоите выше всех и всемогущи, – холодно сказала Лю Цинмэй.

Ден Маоцай посмотрел на Лю Цинмэй и заметил злость в ее взгляде, так же, как и в прошлый раз в полиции. Он почувствовал, как его сердце забилось быстрее, и подумал, что она вот-вот выплеснет свою ярость. Поэтому поспешил закончить:

– Учитель говорит правильно. Обе стороны говорят одно и то же, и нет никаких очевидных доказательств. Лучше для всех будет подождать, пока Цяо Фэй не очнется, и снова поговорить. Он точно будет знать, кто виноват.

Директор прервал его:

– Именно, все прояснится, когда Цяо Фэй придет в себя.

Взгляд Фан Шиши метался туда-сюда. Она тревожно посмотрела на Тан Чжэна, но его лицо оставалось спокойным, что немного успокоило ее.

Мадам Цяо сначала хотела сама разобраться, пока ее сын не очнулся, но, видя, что Ден Маоцай не собирался помогать, поняла, что дела теперь обстояли не так, как раньше. С нежеланием она посмотрела на Фан Шиши и сказала:

– Погоди, мой сынок очнется, и преступнику не скрыться.

[Динь-динь-динь.] Прозвенел звонок ее телефона. Во время разговора ее лицо резко изменилось, и она переспросила:

– Правда? Мой сын… умственно отсталый…

Ее взгляд стал пустым, будто кто-то использовал технику запирания тела. Когда остальные услышали это, новость стала настоящей бомбой! Многим людям не нравились действия мадам Цяо, и они уже были готовы обрадоваться. *«Так ей и надо! Кто ей сказал, что у нее столько власти, будто она первая после бога. Теперь ей нужно поплакать, хотя это уже ничего не изменит.»*

Но мадам Цяо не заплакала. Вся ее вселенная была уничтожена, и она громко и пронзительно прокричала:

– Я убью тебя! Я отомщу за своего сына!

Затем она бросилась прямо к Фан Шиши. Тан Чжэн встал между ними, слегка оттолкнул ее в сторону, и она грохнулась на пол. Она немедленно поднялась и снова побежала к ней, будто сумасшедшая. На ее лице была жестокость, будто она была одержима дьяволом.

– Полиция будет просто стоять и смотреть на это насилие? – спросила Лю Цинмэй.

Ден Маоцай, наконец, пришел в себя, осознав, что мадам Цяо запудрила ему мозги. Он увидел безумие в ее глазах и понял, что она совсем потеряла рассудок. Поэтому он приказал двум своим подчиненным:

– Держите ее.

– Меня? Да как ты смеешь? Знаешь, кто я такая? Стоит мне только сказать, и с вас всех снимут шкуру! – кричала мадам Цяо, обнажив ногти и вонзив их в лицо полицейского, оставив кровавые следы.

Но все же она не была ровней полиции, и ее быстро скрутили.

– Нападение на полицейского – это преступление, – холодно сказала Лю Цинмэй.

Ден Маоцай был испуган и удивлен. Лю Цинмэй, наконец, разозлилась, и он понимал, что она хотела разделаться с мадам Цяо. Но он не мог никому из них этого позволить. Он должен был действовать беспристрастно, в соответствии с законом. Тем более, Тан Чжэн знал о его слабом месте, поэтому он не мог его провоцировать.

– Уведите ее. Это школа, а не улица. Такой бардак устроили из-за этого скандала, – строго сказал Ден Маоцай.

Он посмотрел на мадам Цяо, выглядевшую как мегера, и осознал, что она и Лю Цинмэй были абсолютно разными людьми. С самого начала Лю Цинмэй, словно феникс, наблюдала с высоты, в то время как мадам Цяо, несмотря на свои шумные требования, просто щебетала как воробей по сравнению с ней.

– Что вы делаете? Отпустите! Я хочу отомстить за сына! – кричала мадам Цяо.

Видя все это, директор сказал:

– Господа полицейские, это все большое недоразумение. Можете ее не уводить?

Мадам Цяо была особенной личностью, и если бы полиция увела ее, это могло бы создать ему еще больше проблем.

Но Ден Маоцай не слушал и с каменным лицом сказал:

– Уводите ее. Вы ведь не хотите брать на себя ответственность за ее действия? Тем более, она напала на офицера, поэтому ее необходимо увести. Пошли, мы вернемся в участок.

– Почему вы не забрали ту, кто напала на моего сына? Заберите эту маленькую шлюху тоже! Я хочу, чтобы она молила о смерти! – визжала мадам Цяо.

Ден Маоцай покривил лицом. *«Как человек может быть настолько слеп, чтобы не видеть всей ситуации?»*

– Мы уходим, – сказал Ден Маоцай, с уважением кивнув Лю Цинмэй.

Он делал все возможное, чтобы сдержаться, но проницательный человек бы понял, что он дышал к ней неровно.

Шум был настолько громким, что собрал толпу зевак у двери и у окон. Никто не знал многого о Лю Цинмэй, кроме того, что она была холодной и необщительной, будто отторгалась от всех. Но никто не думал, что у нее настолько мощные корни. Сегодня, основываясь на реакции Ден Маоцая, стало понятно, что она происходила из сильного рода.

Среди всех самой задумчивой оказалась У Цуйхун. В этом беспорядке она играла роль направляющей и надеялась извлечь свою выгоду. Она хотела увидеть, как мадам Цяо унизит Лю Цинмэй, поэтому У Цуйхун была полна ожидания. Чем хаотичней и безумней все вышло бы, тем было бы лучше для нее.

Но в итоге она лишь раскрыла глаза в изумлении. Полиция не только отказалась помочь мадам Цяо, но и увела ее в участок. Этот мир был действительно сумасшедшим, и она не могла понять, что произошло.

И еще отношение Ден Маоцая к Лю Цинмэй. У Цуйхун поняла, что именно из-за нее реакция полиции была странной.

– Кто она, и откуда у нее такая власть? – прошептала У Цуйхун.

Страх и опасение начали расти в ее сердце. Ведь ее конфликт с Лю Цинмэй был известен всем. Сначала У Цуйхун хотела просто надавить на Лю Цинмэй, но она не знала, что за ней стояла.

– Дерьми, а что, если она придет, чтобы отомстить? – подумала она.

Эмоции У Цуйхун были очевидны. Ее лицо побледнело и стало пепельным, будто душа покинула ее тело.

Её участие в этом деле не привело её к тому, чего она ожидала. А вот Гао Дачжи, который следил за развитием событий, был полон эмоций. Когда он узнал, что на Цяо Фэя напали вчера, первое, что пришло ему в голову, – это причастность Фан Шиши. Ведь только он знал о планах Цяо Фэя. Но раз уж Фан Шиши была замешана, то, скорее всего, за всем этим стоял и Тан Чжэн! Гао Дачжи порывался броситься к Тан Чжэну и обвинить его во всём, но понимал, что остальные его не поддержат. Наоборот, он стал бы врагом номер один для всего класса. И тогда ему пришлось бы уйти. События разворачивались не так, как он ожидал, и в итоге Цяо Фэй оказался в плачевном состоянии. Это напугало Гао Дачжи до глубины души. Он взглянул на лицо Тан Чжэна, но тот выглядел совершенно спокойно, будто ничего не случилось. Однако Гао Дачжи был уверен: это Тан Чжэн сделал Цяо Фэя таким. Его сердце билось так сильно, будто перед ним стоял свирепый тигр, готовый наброситься в любой момент.

– Нет, так нельзя. Я не могу просто сидеть и ждать, пока это случится со мной. Проблема между мной и Тан Чжэнем должна быть решена. Если я ничего не сделаю, следующим стану я! – пронеслось в его голове.

– Хорошо, я расскажу всё мадам Цяо. Она разберётся с Тан Чжэном, даже если у неё не будет веских доказательств. Они сделают всё, чтобы отомстить за Цяо Фэя, – решил он.

Глаза Гао Дачжи загорелись, будто он нашёл выход. На его лице появилась саркастичная улыбка. Когда всё успокоилось и толпа разошлась, учитель вызвал Тан Чжэна и Фан Шиши для разговора. Лю Цинмэй внимательно наблюдала за ними. Тан Чжэн был спокоен, будто ничего не произошло, а Фан Шиши, хотя и старалась сохранять хладнокровие, выдавала себя волнением.

– Они точно замешаны в этом! – подумала Лю Цинмэй.

Случай с Цяо Фэем её потряс. Методы были слишком жестокими. Она посмотрела на Тан Чжэна, пытаясь понять, что скрывается за его спокойным выражением лица.

– Это как-то связано с вами? – спросила она прямо.

Фан Шиши почувствовала, как её сердце заколотилось, и крепко схватила руку Тан Чжэна. Тан Чжэн уверенно поднял голову и посмотрел Лю Цинмэй прямо в глаза.

– Учитель Лю, как вы можете так шутить? – спокойно ответил он.

– Значит, вы не причастны?

– Конечно, нет. Мы всего лишь ученики. Как мы могли бы такое сделать?

Тан Чжэн осознавал, что умение лгать было его сильной стороной. Его лицо не выдавало ни малейшего волнения, сердцебиение оставалось ровным, будто он говорил чистую правду. Сегодня он достиг удивительного уровня контроля над своими эмоциями. Ни один мускул на его лице не дрогнул, и никто не мог заподозрить его в чём-то. Лю Цинмэй поняла, что недооценила его. Раньше она знала, что он скрывает свои знания на тестах, но сегодня он повёл себя так уверенно, что она была поражена. Она вспомнила случай в полицейском участке. Может быть, он и тогда притворялся? Мысль о том, что она не может понять, что творится в его голове, вызвала у неё чувство меланхолии.

http://tl.rulate.ru/book/609/53239