Амелия сразу почувствовала, как стало холодно. Температура резко понизилась на несколько градусов.
Она собиралась снова заговорить, как ее внезапно оттянули за воротник. Альфонсо оттащил ее, заняв ее место и смотря прямо на эльфа.
— Не смотри, — сказал он безэмоционально.
Холодная ладонь на ее затылке держала ее на месте, мешая ей развернуться.
— Ты храбр, не так ли? — Альфонсо переполняла ярость, он смотрел на эльфа глазами, полными ненависти, словно тот был тараканом, копошащимся на свалке.
Раздался всплеск жидкости, которая окропила стены. Щупальца, извиваясь перед Альфонсо, со страшной скоростью пронзили тело эльфа, с них капала какая-то слизь. Тоненькая струйка крови потекла с уголка рта светлого эльфа.
Те самые щупальца, которые ранее стирали и сушили вещи, сейчас превратились в неистовое оружие, целью которых было молниеносно убивать.
— Ты серьезно смеешь соблазнять моего человека прямо передо мной? — процедил Альфонсо с мрачным выражением лица. Он буравил убийственным взглядом тело светлого эльфа, которое было всё в крови.
Даже в такой невыгодной ситуации белый эльф сохранил элегантность белой кувшинки среди погрома.
Оба эльфа были на двух разных концах спектра. Один светлый — другой темный. Такие же разные, как день и ночь.
Альфонсо был вне себя от ярости. Он знал, что Амелия любит все, что связано со светом. Она сама носила светлую одежду каждый день, и то, что она вдруг решила навестить светлого эльфа, было доказательством того, что она считала его привлекательным.
Однако он также не мог ее винить. Это человеческая натура — льнуть ко всему захватывающему и прекрасному, но ему было необходимо что-то сделать, куда-то выплеснуть злость.
Щупальца пронзили сердце светлого эльфа, из-за чего у того из груди хлынул поток крови, который вместе с кровью изо рта капал на дорогой ковер. Даже если он выглядел потрепанным и серьезно раненым, привлекательность его никуда не делась. Он все также оставался невозмутимым, выражение его лица не дрогнуло.
Выполнив задание, щупальца хотели вернуться обратно, но зашипели в унисон, когда кровь эльфа начала проедать их, словно кислота. Раны светлого эльфа постепенно затянулись, будто ничего и не было.
Альфонсо цокнул языком, призывая щупальца вновь пронзить сердце оппонента, и они поспешили выполнить приказ. Однако щупальца становились все потрепанней после каждой атаки, в итоге им ничего не оставалось, кроме как отступить.
— Назад! — скомандовал Альфонсо.
Скуля, щупальца вернулись к своему хозяину.
Альфонсо сжал плечи Амелии, отводя ее подальше от эльфа.
— Интересно, — проворчал Альфонсо угрюмо, кивая в сторону светлого эльфа, — почему он еще не мертв?
Тон его был полон непонимания, он никогда не видел подобного создания и задавался вопросом, были ли остальные эльфы на него похожи.
Амелия глянула за плечо темного эльфа и тут же вздрогнула, увидев окровавленное тело эльфа. Как такой красивый молодой мужчина может выглядеть таким… таким побитым?
Светлый эльф оставался неподвижным даже в момент, когда Альфонсо пронзил его сердце. Он оставался непоколебимым, когда смех Альфонсо звучал вокруг него. Его грудная клетка, которую неоднократно пронзали, выглядела здоровой и безупречной. Его грудные мышцы оставались гладкими и мускулистыми.
Он выглядел пленительно.
Альфонсо прочистил горло, а девушка глубоко вздохнула, лихорадочно соображая, как успокоить темного эльфа.
— Он не так хорош, как ты, определенно. И он не настолько обворожителен, как ты, — протараторила она, запинаясь и про себя молясь, чтобы ее слова настроили эльфа на миролюбивый лад.
Она обошла Альфонсо, подошла к клетке и открыла дверь.
— Лайт! Ты ведь Лайт, не так ли?
Позади нее возвышался Альфонсо, который буравил ее затылок явно недовольным взглядом.
Лайт молча кивнул. Его холодные руки обхватили железные прутья клетки, серебряные глаза были направлены на Амелию.
— Так, с чего бы начать… — произнесла Амелия. — Это какое-то недопонимание. Я не собиралась тебя покупать. Как насчет того, чтобы ты мне сказал, где ты живешь, и тебя туда отведут?
«Я найду кого-нибудь, кто отправит тебя обратно, а потом подправлю ему память или еще чего…»
Амелия залилась кашлем от стыда. Хотя ей было жалко светлого эльфа, она сделает все, чтобы защитить Альфонсо.
Под ее пристальным взором светлый эльф медленно потряс головой, пошарил в пакете, из которого торчала ручка, как оказалось, кожаного хлыста, и вытащил нечто, напоминающее наручники. Под ошеломленным взглядом Амелии он приковал себя к железной клетке.
«Он что, приковал сам себя?»
После того как действие было проделано, эльф для пущей уверенности подергал наручник, проверив, насколько надежно он приковал себя. Некое подобие удовлетворенности появилось в его глазах.
Своими действиями он явно дал понять, что никуда не собирается.
Амелия склонила к нему голову, игнорируя нарастающий холод позади нее, и с тревогой в голосе проговорила:
— Не переживай, я прослежу, чтобы ты попал домой, а не в какое-нибудь непристойное место.
Светлый эльф продолжал отрицательно мотать головой, он даже вытянул свободную руку и ухватился за край ее плаща, его тонкие пальцы проникли под белую юбку, прикоснувшись к ее коже тыльной стороной ладони.
— Хозяйка.
Когда он наконец заговорил, голос его прозвучал мелодично, но резко, как стук нефрита о камни.
Амелия была поражена сначала от того, как он обратился к ней, затем от жара его тела.
Такое горячее. Тело было явно горячее обычного человека.
Пока Амелия соображала, что ей делать, внезапный холодок прямо над ее головой известил о том, что Альфонсо оказался за ней, отталкивая руку светлого эльфа и мрачно улыбаясь.
— Раз ты не можешь умереть, похороню тебя заживо на глубине десять тысяч метров, и посмотрю, как ты оттуда выкарабкаешься.
Подняв одной рукой клетку, он был готов осуществить свое намерение.
Амелия была в глубоком шоке:
— Стой!
http://tl.rulate.ru/book/56279/3623721
Готово:
