Взяв себя в руки, услышав его следующие слова, я повернулась, схватила поздравительную речь и протянула её ему.
В оригинальной истории он был загадочной и скрытной личностью, но на самом деле с ним было ещё труднее иметь дело. Я понятия не имела, о чём думали его глаза, и атмосфера, исходившая от него, вызвала ряд напряжений.
В приоткрытое окно врывался прохладный ветерок.
Я видела, как затрепетали его длинные ресницы.
-…
После долгого молчания Рейхаус оторвался от поздравительной речи и посмотрел на меня. Каким-то образом я почувствовала холод в его глазах. Есть ли что-то, что я делаю не так? Когда я вздрогнула, холод исчез, как мираж.
Это было такое мимолетное чувство, что я подумала, что, возможно, почувствовала его неправильно.
Он приоткрыл свои красные губы.
-...Это превосходно.
Это определённо был комплимент, но мне стало не по себе от звука его странно приглушённого голоса.
- Что-то не так?
- Нет. Просто… Ты сильно выросла. Достаточно, чтобы поверить, что это чьи-то писательские способности.
Я ответила, ничуть не смутившись.
- Это просто слегка изменённая версия предложения, которое я видела в книге.
У меня тоже были свои соображения о том, что я должна действовать так, чтобы не вызвать у него подозрений. На самом деле, я могла бы написать это лучше, но именно поэтому я скопировала книгу.
Рейхаус взглянул на книгу "Сборник поздравительных посланий для имперского банкета", на которую указывали мои пальцы.
- Понимаю. В любом случае, это намного лучше, чем любовное письмо, которое ты написала в прошлый раз.
В любом случае, даже если бы это было написано ногами, разве это не должно быть лучше, чем это?
Через некоторое время он сказал с лёгкой улыбкой:
- Но, должно быть, некоторое время назад в библиотеке был какой-то переполох.
Я уставилась на него с едва заметным напряжением.
Это было немного преувеличено из-за бесстыдного поведения Ханса, но, похоже, до Рейхауса дошло.
- Да, я зашла позаимствовать книгу, чтобы написать поздравительную речь, и сын барона Рейджфилда высмеял ученицу жрицы. Я немного предупредила его как святая.
Лучше быть честной в этих вещах, чем быть сбитой с толку.
- Я думаю, это было немного чересчур.
В конце я добавила глупую улыбку, как у Ариэль.
- Его изгнали.
Но у меня перехватило дыхание от слов Рейхауса, которые последовали немедленно.
- Не только Ханса Рейджфилда, но и всех священнослужителей семьи Рейджфилд.
Его глаза были холодными, без единой улыбки.
- Ах...
Я пыталась контролировать выражение своего лица, когда услышала его голос.
- Если в будущем произойдёт какой-либо подобный кощунственный инцидент, пожалуйста, немедленно сообщи мне. Я приму надлежащие меры.
Бог знаний, Хесед, тщательно анализирует Рейхауса.
Через некоторое время появилось ещё одно предложение.
Бог знаний, Хесед, настороженно относится к Рейхаусу.
Он сказал, что все члены семьи Рейджфилд были изгнаны?
Мне вспомнилась жестокая рука, которая проткнула мечом Энни, не сдвинув бровей, и у меня снова побежали мурашки по телу.
-…
Бог знаний, Хесед, считает, что у Рейхауса нечистое сердце.
И, глядя на него в таком напряжении, на ум пришло ещё одно странное предложение.
Бог искусства, Монде, утверждает, что внешнее благородство Рейхауса может компенсировать его внутреннюю греховность.
Я моргнула, услышав абсурдное предложение в напряжённой атмосфере.
"Нет, ни с того ни с сего, что это ещё такое?"
А потом разговоры продолжились.
Бог знаний, Хесед, критикует внешность Монде.
Я отвела глаза и попыталаь расслабиться, насколько это было возможно, на внезапную толпу Богов, сделав окно чата прозрачным. Это было потому, что мне было трудно сохранять невозмутимое выражение лица, когда я видела эти предложения.
- У тебя кружится голова?
Внезапно в затуманенном видении послышался голос Райхауса.
- Нет. Это просто...
Пока я раздумывала, что сказать, я вдруг заговорила.
- Я думаю, что решимость верховного жреца поразительна.
В дружеской беседе с этим человеком мне нужно поддерживать хорошие отношения.
-…
Услышав эти слова, он уставился на меня.
- Не всегда легко вырезать гнилые части. То тут, то там будут переплетаться интересы.
-...Эти священники считают меня диктатором, но здешняя святая, похоже, придерживается другого мнения.
Я посмотрела на слова Рейхауса так, словно он пытался проверить меня, и ответила.
- Я думаю, что верховный жрец - честный человек.
Это было то, что я могла сказать с уверенностью, потому что я читала оригинальную историю.
- Я всегда так думала.
Глаза Рейхауса расширились.
Он был похож на мрачного жнеца для злодейки Ариэль, но он был сильной тенью и поддержкой для Камиллы.
Хотя он создал фальшивую святую, вступив в сговор с принцем с политическими намерениями, это было сделано не для его личной выгоды, а для того, чтобы привести в замешательство общественное мнение в отсутствие святой.
- Но я не знала, что вы собираетесь изгнать всю семью Рейджфилд.
Если бы я не была Ариэль, злодейкой.
И если бы он не был одним из трёх мужчин, которые могли убить Ариэль.
Может быть, я бы немного восхищалась им.
Я посмотрела на него и мягко улыбнулась.
Он долго молча смотрел на меня.
Его пристальный взгляд задержался слишком надолго, и когда я задалась вопросом, не делаю ли я что-то не так, он поджал губы и отвёл взгляд.
- Похоже, я отнял у тебя слишком много времени.
Я не отрицала этого, потому что хотела, чтобы он ушёл.
- Ха-ха.
- Я выйду на улицу. Приятного аппетита.
Рейхаус, который сразу же заговорил со мной строгим тоном, вышел из комнаты.
Затем я снова сфокусировалась на синем окне системы. Там активно обсуждали Рейхауса.
Бог искусства, Монде, делится своими взглядами на золотое сечение человеческого тела.
Бог любви, Одиссей, серьёзно прислушивается к мнению Монде.
Я положила руку себе на лоб.
Бог знаний, Хесед проповедует, что внутреннее важнее внешнего.
Бог искусства, Монде фыркает на слова Хеседа и говорит, что внешность - это самое главное.
Бог любви, Одиссей настаивает на том, что есть мужчина красивее Рейхауса, так что стоит подождать ещё немного.
- Вы не возражали бы провести небольшой конструктивный разговор?
Но моим ответом было не что иное, как пустое эхо. После этого разговор между богами продолжался ещё долгое время.
***
Она больше не краснела и не отводила глаз. Неужели она даже не посмотрела прямо на него более ясными глазами?
Рейхаус нахмурил брови и нервно снял плащ.
- Что изменилось?
Ничего не изменилось.
- Рейхаус де Эль.
Это был первый раз, когда он услышал своё полное имя из этих уст.
Почему-то это было так странно, что его нервы становились чувствительными.
Были ли у неё голубые глаза?
Даже тогда он впервые осознал это. И этот синий свет в последнее время действовал ему на нервы и беспокоил его.
- Я думаю, что верховный жрец - честный человек.
Слабая улыбка тронула его красные губы.
Была ли Ариэль женщиной, которая могла бы так улыбаться?
Её слова, которые всегда были жалобными или преувеличенными, впервые дошли до его ушей.
Она была здесь уже долгое время.
-…
Рейхаус покачал головой.
Причина, по которой он привёл Ариэль, заключалась в том, что она была достаточно наивна и суетлива, чтобы вписаться в эту фальшивую пьесу святой.
"Не важно, насколько сильно меняются люди..."
Затем дверь в кабинет распахнулась, и кто-то вошёл разгневанный.
- Как вы можете изгонять священника, не посоветовавшись со мной!
Это был главный священник Хайнц.
Его лысая голова поблёскивала в свете священного камня, висевшего на стене. Он тяжело вздохнул и встал перед Рейхаусом.
- Я слышал, что случилось со святой. Независимо от того, как это относится к ней, я обманут тем фактом, что вы так прямо упомянули об отлучении от церкви!
Рейхаус уставился на Хайнца ничего не выражающими глазами.
- Я не могу поверить, что вы изгнали семью из-за проступков одного человека! Это абсолютно неприемлемо.
Его лицо, когда он бешено мчался по дороге, выглядело нелепо.
- У вас возникло большое недоразумение.
Рейхаус медленно сел в кресло, уставившись в другую сторону.
Хайнц сжал кулаки от высокомерного отношения верховного жреца, который был намного моложе его.
- Решающая причина изгнания семьи Рейджфилд...
Его взгляд медленно обратился к Хайнцу.
Главный священник, встретившийся взглядом с Рейхаусом, почувствовал, как закипающий гнев испаряется.
Его золотые глаза наводили ужас на него, заставляя чувствовать, что ему страшно жить. Это было всё равно что стоять перед зверем.
- Потому что они совершали грязные сделки с падшими священниками.
Хайнц почувствовал, как у него перехватило горло.
- Я говорю, что это происходило внутри храма Элиума.
Для небольших дворянских семей, таких как барон Рейджфилд, было обычным делом давать взятки священникам Элиума, потому что через них было необходимо выделиться из центрального аристократического общества.
А барон Рейджфилд был потомком Хайнца в Элиуме.
- Трудно избавиться от гнили, хотя мне нравится этот процесс.
Он мог бы сказать, что видит всё насквозь. Рейхаус приподнял уголки губ, увидев, что Хайнц заколебался, внезапно потеряв самообладание.
- Я подумываю о том, чтобы в дополнении к этому, вырвать с корнём всё, что прогнило, как думаете?
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/55641/2883271
Использование: