Прошло несколько лет, и за это время Ян Тин пережил настоящий крах. С вершины своей жизни он рухнул в бездну. Погоня, обрыв, обезображенная нога, конфискация поместья маркиза Вэйюаня, распад семьи, смерть матери... Ян Тин хотел умереть, но не мог. Ему оставалось лишь жить.
Часто, когда тебя просят представить себе подобную картину, она кажется невыносимой. Избежать ее нельзя, нет пути назад, но я замечаю, что человеческая душа упруга. Как бы ни была трудна ситуация, ты все равно можешь жить, продолжая идти вперед.
Так и Ян Тин.
Сейчас он в порядке. Не желая просто сидеть и ждать смерти, он постепенно вырывает у Сю Сянрона дела, берет их на себя. Неважно, почему, правильно или нет, главное – двигаться. Человек противится убийству, Будда противится убийству.
Ян Тин часто забывает, кто он. Словно все, что было с ним раньше, не имеет к нему никакого отношения. Если бы не новости, которые пришли сегодня, его бы продолжали звать Тинье, а не Ян Тином.
Тот мужчина женат.
Не раз в далеком прошлом Ян Тин размышлял, действительно ли он был виноват перед Шэнь Ияо. Почему два самых близких человека в мире оказались в такой ситуации? Ян Тин избегал того факта, что его смерть, вероятно, была связана с Шэнь Ияо.
Женщина, не способная убить даже курицу, лично участвовала в убийстве мужа. Как же ему стыдно!
Его не задели слова Шэнь Динга. Он даже перевернул свои мысли и убеждения, его сердце было полным стыда. Это было полное отрицание, все отрицалось. Позже он не хотел больше об этом думать, делая вид, что ничего не было. От стыда пришло это чувство, не слишком ли это искусственно?
Дверь скрипнула, в комнату вошел человек.
Долгая, полумокрая прядь волос, белоснежное белье, влажный аромат ударил в нос.
Жарко, интенсивно, запутанно…
В своем головокружении Ян Тин услышал шепот мужчины у себя на ухе.
“Что? Не можешь ее отпустить?”
“Нет,” — услышал он свой собственный ответ.
Борьба между фракцией принца и фракцией императрицы Сю не прекращалась ни на минуту.
Просто после того, как король Цзинь и король Ци уехали из столицы, фронт от центра столицы до их уделов становился все длиннее.
По идее, все враги, которые должны были бы быть устранены, уже уехали, и принц с императрицей Сяо должны были бы вздохнуть с облегчением. Но Сю Гуйфей всегда была в почете у императора Си, и короли Цзинь и Ци по-прежнему пользовались его благосклонностью. Какое бы вознаграждение ни получил принц в один день, на следующий день император Си прикажет Министерству внутренних дел отправить копию в Цзиньчжоу и Цичжоу. Кроме того, поскольку короля Цзинь и короля Ци несколько раз в год вызывают в столицу, их присутствие в столице становится еще более заметным.
Особенно, когда оба выезжали в свои уделы, их действия были еще более подозрительны. Принц часто просыпался от кошмаров. В них король Цзинь и король Ци атаковали столицу и казнили его.
Чего хотел император Си, неясно. В последнее время, из-за своего возраста, тело императора Си стало слабеть. Недавно во время заседания он потерял сознание, что потрясло придворных. Хотя потом из дворца передали, что император Си просто почувствовал себя нехорошо, старая болезнь обострилась, это была не серьезная проблема, но все равно заставило людей задуматься.
Внезапно выяснилось, что император Си, не известно когда, действительно стал стар. Особенно после выздоровления от болезни, появившись на приеме, он заметно постарел.
Долго думая, принц наконец решился на шаг.
Этот удар должен был убить короля Цзинь и короля Ци. В последние дни придворные выходили с предложениями об ограничении полномочий уделов. Среди них, Уду Юши из столичной прокуратуры, обладал самым весомым мнением. Хотя никто прямо не говорил, почему этот вопрос был поднят, говорили только о том, чтобы централизовать власть, но каждый, кто был в курсе дела, понимал, что это фракция принца, нацеленная на короля Цзинь и короля Ци.
Император Си не высказался по этому поводу.
В этот период Уду Юши из столичной прокуратуры был найден мертвым в павильоне Чуньсян.
Павильон Чуньсян — известное место увеселений в столице. Хотя семья Юши изо всех сил старалась скрыть этот факт, вся столица смеялась. Все говорили о том, что этот старик, в таком возрасте, все еще не желает уходить в отставку, отдав так свою последнюю добродетель.
У Уду Юши действительно давно была склонность к женскому полу, но это было неизвестно широкой публике. Его семья, естественно, знала об этом и чувствовала себя виноватой и неловко. Не смея спорить, они спешно вернулись в родные места и покинули столицу.
С внезапной смертью Уду Юши, вопрос об уменьшении военной мощи удельных князей не прекратился, наоборот, стал еще острее. В итоге, принц сам вышел с предложением, встав во главе этого дела.
В столице распространился переполох.
Принц вынуждает императора Си выразить свою позицию, на чьей он стороне, на стороне законного наследника или на стороне своего сердца!
Многие тайком сожалели, что принц слишком торопится, но он не был глуп. Раз уж он решился на этот шаг, значит, у него есть план отступления.
Император Си не выразил свое мнение сразу, но позже, комментируя доклад принца, он критиковал «неправильное решение» Чжу Пяня, и отправил обратно.
Когда эта новость распространилась, все были поражены.
В Восточном дворце принц тут же заперся в своих покоях и задумался.
Прошло несколько дней, принц тайно подал императору Си мемориал, где в основном каялся в своих ошибках и восхвалял его. Кроме того, императрица Сяо все последние дни старательно заботилась об императоре Си, и он тоже показал, что понимает принца.
Все, что происходило в этот период, постоянно менялось и было непредсказуемым, у людей сложилось впечатление, что они кружатся как белки в колесе. Многие не понимали, что происходит, только немногие были в курсе, но большинство хранило молчание. Самое большее, что они могли себе позволить, это сказать что-то своим родственникам.
Разве не возвращается все к исходному положению?
Возвращается?
Возвращается к чему?
...
Этот инцидент завершился назначением императором Си помощника министра из Восточного дворца. Официальная причина заключалась в том, что тот подстрекал принца к неправильным поступкам. К счастью, принц одумался и раскаялся.
Что же было на самом деле, многие министры отлично знали.
Это была просто попытка королевы, принца, Сю Гуйфей и двоих удельных князей заключить перемирие. Но пострадал только бедный Чжан, который подстрекал принца.
Старые чиновники, повидавшие многое на своем веку, были черствыми и ядовитыми. С самого начала они не вмешивались в эти игры. Некоторые же, не понимая ситуации, метались взад-вперед, но в итоге ничего не смогли добиться, как муравьи перед слоном.
Конечно, это была мелочь, не заслуживающая внимания.
Ло Хуайюаня это волновало, поскольку инцидент затрагивал его интересы.
Но он не слишком беспокоился, потому что знал, что есть человек, на которого обрушится весь удар, и он приложит максимум усилий, чтобы не дать хитрому и коварному принцу добиться успеха.
Это произошло и в прошлой жизни. Ло Хуайюань даже воспринимал это как шутку, говоря, что первый шаг принца – это прыжок с обрыва. Он не беспокоился, потому что в его голове не было никаких мыслей, и, в конце концов, принцу не удалось добиться успеха.
Не раз в прошлой жизни Ло Хуайюань наблюдал за спорами между фракцией принца и фракцией императрицы, воспринимая их как спектакль.
Если императора Си можно было сравнить с собакой, дразнящей своей костью, то принц и король Цзинь – это две собаки, которых дразнят. За этот кусок кости, который все еще съедобен, они делают всякие глупости, или пытаются, или выглядят глупыми, все ради этой кости.
У Ло Хуайюаня, казалось бы, не было никаких предела, он часто не стеснялся в средствах для достижения своих целей, но на самом деле он был очень тщеславным. Прожив прошлую жизнь, он видел, как Си Ди дразнит собак, и никогда не хотел войти в эту игру.
Конечно, это было связано с его природными преимуществами. У принца была мать-императрица и могущественный клан Сяо, которые являлись его опорой. У короля Цзинь была Сю Гуйфей, его любимая мать, а император Си, казалось, не отдавал этому значения, но на деле допускал подобную ситуацию.
А что у него?
У него ничего не было, и баланс между этими двоими не позволял ему быть полумонахом, поэтому лучше наблюдать с расстояния. Именно поэтому Ло Хуайюань после своего перерождения в этой жизни так долго искал выход из сложившейся ситуации, потому что он не верил в собственные силы. Независимо от того, станет ли королем Цзинь или принцем, ни один из них не оставит в живых других феодалов. Король Цзинь понимал потенциальную угрозу феодалов, и принц тоже ее понимал. Слишком долго он испытывал отвращение к своим двум братьям, и, как только он получит власть, он никогда не простит их.
А он станет несчастным страдальцем, поплатившимся за это.
Будущее тревожит!
Ло Хуайюань не мог не вздохнуть, нахмурившись, но его хмурый взгляд быстро превратился в улыбку, когда он увидел двух маленьких человечков, идущих к нему.
“Сестра, сестра, подожди меня!”
Маленький шарик катался сзади, догоняя розовощекую малышку. Оба крошечные. Девочка живая и игривая, с белоснежной, очаровательной внешностью. Мальчик, что следовал за ней, тоже невероятно милый, просто весь круглый и пухлый, словно милый булочка.
“Не буду тебя ждать, у кого же такие маленькие ножки!”
Хотя Ниньниу это сказала, она все равно замедлила шаг. Когда ее младший братишка подошел ближе, она взяла его за ручки и побежала.
“Папа!”
“О, мои хорошие малыши!”
Ло Хуайюань обнял обоих, посадив одного на левую руку, а другого на правую, и направился к стулу, чтобы сесть. Сначала он поцеловал розовые щечки своих детей, а потом спросил: “Как вы смогли сюда пробраться, мама?”
Ниньниу хитро улыбнулась, две маленькие ямочки на щеках достались ей от Ло Хуайюаня.
“Мама везде тебя искала, но не нашла.”
Ло Хуайюань, с круглым, растерянным лицом, спросил: “Значит, когда вы пришли, мама вас не видела?”
Два малыша покачали головами.
Ло Хуайюань с облегчением вздохнул.
В эти дни Ян Ян была не в духе. Каждый день она таскала его с собой на тренировки по боевым искусствам. Сколько он ее ни умолял, безрезультатно. Ему приходилось прятаться, а ночью Ян Ян возвращалась к себе после того, как уснет.
Эти трудности было даже трудно пересказать, но он осмеливался говорить о своей жене только сославшись на дела. Да, он очень занят, но в свободное время он находит себе несколько "тайных убежищ" в поместье, чтобы спрятаться. Жена пыталась скрыть эти места, но, к сожалению, она не смогла спрятаться от своих детей.
Особенно от Ниньниу, у которой есть талант "находить папу", она практически всегда попадает в точку. Ло Хуайюань сильно подозревал, что в прошлой жизни его дочь была кошкой.
“Идите обратно, и не говорите маме, что вы сегодня виделись со мной, я буду играть с вами!” – спросил он, словно ведя переговоры.
Как только Цзяньэр услышал про игру, его пухлое личико расплылось в улыбке.
“Играть в верхом на лошади!”
Ниньниу недовольно закатила глаза, раз она уже определена?
“Я тоже хочу кататься на лошади!” сказала она.
Ло Хуайюань нахмурился, подумал минуту, кивнул, и сразу улыбнулись два ребенка.
Вот, такие дети легко поддаются уговорам. На самом деле, все очень просто. Достаточно просто немного посомневаться, и когда вы согласитесь, результат превзойдет все ваши ожидания.
На дереве неподалеку Ян Ян почти неслышно улыбнулась и растворилась.
http://tl.rulate.ru/book/52026/4151876
