Эльгаторао (гнев и печаль).
Утраченные воспоминания встрепенулись при упоминании имени Матери.
Смерть Отца была выжжена в “его” памяти.
Загнивающая земля и кричащие люди.
Спиной к людям стоял он и одна девушка, и он защищал её… интересно, когда “он” начал видеть этот сон вновь и вновь?
Голос просил “его” вспомнить.
Бог (“он”) уже определился.
Выполнить свой долг. Так “он” проявит милосердие к людям.
Но всё же..! — раздался голос отрицания.
“Его” голос, гораздо слабее, чем побуждающий к действию голос, отгонял потерянные воспоминания.
“Он” хотел ещё немного подождать.
“Зачем?”
Снова раздался чей-то голос.
Зачем сейчас, когда было уже поздно, пребывать в отчаянии?
Ради чего? Какой в этом смысл?
Если эти люди, перед “ним”, ни капли не изменились.
**
「…….Пожалуйста, не воспринимайте её неправильно.」
Шла третья его ночь в особняке Амальды.
Когда он уже собирался ложиться спать, к нему пришли священники. Он горько улыбался им.
「Госпоже Амальде просто стало жаль вас. Как Святая она лишь почувствовала жалость, что к вам плохо обращались, хотя вы бог. Всего лишь это.」
「Ха…」
В просторную гостевую комнату не проникал лунный свет.
В комнате горели лишь свечи в подсвечниках. Он смотрел на священника, который вошёл к нему в комнату, дошёл до середины и встал прямо напротив него.
Всего священников было пятеро. Все они были особо приближёнными к Амальде людьми.
У этих очень наивных юных священников были неплохие лица (даже с точки зрения бога)… Но сейчас эти лица были искривлены.
Ему даже не было нужды искать в них скверну. Их враждебность рвалась наружу.
「Госпожа Амальда — Святая Верховного бога. Она — та, кому полностью доверяет Храм; та, кого обожает народ; и та, к кому обращается герцогская семья, приближённая к королевской семье. Именно в ней нуждается наша страна, в которой люди страдают из-за скверны. Вы это понимаете?」 — вышел вперёд один из священников.
Этот юнец даже не скрывал своего раздражения, в то время как он продолжал вежливо улыбаться.
「…..У неё изначально нет времени обращать внимания на такие пустяки. Вы понимаете, Некомпетентный бог?」 — священник смотрел на него вызывающе.
Он же был, как обычно, обеспокоенно раздражён.
Он давно привык, что с ним обращаются как с Некомпетентным богом. Не было смысла злиться.
Но в голове у него промелькнула мысль: “Как и предполагалось.”
「Как бы не изменился ваш облик, Некомпетентный бог как был, так и останется Некомпетентным богом. Не забывайте собственное положение. Не знаем, на что вы надеетесь, так отчаянно цепляясь за госпожу Амальду, но ваши усилия тщетны. Потому что госпожа Амальда не посмотрит на вас.」
Как он и думал, люди не изменились.
Они просто не могут жить без злобы, порождая скверну и наступая на головы себе же подобных.
И даже когда они просят о помощи, они не осознают, что хотят этой самой помощи.
「Госпожа Амальда очень добрая, поэтому она не говорит этого вслух, но её это очень раздражает.」
Пока он сохранял молчание, священник насмехался над ним и сделал ещё шаг вперёд.
Пока скверна этого священника грязеобразно качалась, качалась и скверна, окутывающая особняк.
Он молча отвёл взгляд от этой самой тёмной во всём Храме скверны, и посмотрел вниз.
“Отвратительно.”
「Вы усвоили урок, Некомпетентный бог? Вы же не собираетесь и дальше оставаться здесь?」
「……Нет.」
Он покачал головой, подавляя тошноту.
Завтра его обещанные три дня подходят к концу.
Он прекрасно понимал, что ничего так и не смог добиться, пребывая здесь, но оставаться дольше не собирался.
Однако…
「Я с завтрашнего дня…」
Не успел он договорить, как его прервал другой голос.
「……………Что вы делаете?! Господин Арман! И вы, господин Чарльз!」
В этом осквернённом особняке раздался полный холодного достоинства голос Амальды.
「Господин Камиль мне обо всём рассказал! Он рассказал, что вы все плохо думали о господине Крейле! И что вы попытаетесь выгнать господина Крейла, пока меня нет…!」
Камиль — это ещё один священник, с которым эта группка священников была не в лучших отношениях.
Он был, как и они, близок к Амальде и, можно даже сказать, соревновался с ними за её расположение.
Похоже, в этот раз он рассказал Амальде о планах своих соперников, чтобы подорвать её доверие к ним.
От неожиданного появления Амальды сердца священников окутала грязь.
「Г-госпожа Амальда… Мы… Это…」
「Не хочу слышать никаких оправданий! Больше не поступайте так жестоко с господином Крейлом! …..Боже, бедный господин Крейл…!」
Амальда покачала головой и, больше не обращая внимания на священников, посмотрела прямо на него.
И когда Амальда бросилась прямо к нему, священники замерли.
А на их лицах, окрашенных в грязь, застыли ревность, зависть, сожаление и…
В их глазах была печаль, словно они хотели помощи.
「Пожалуйста, не обращайте внимания на их слова. Меня ваше пребывание здесь ничуть не раздражает.」
Не замечая, как скверна становилась ещё гуще и темнее; а также игнорируя взгляды священников, направленные на неё, Амальда остановилась прямо перед ним.
Внезапно она вытянула вперёд свою белую тонкую руку.
Она взяла его за руку, и на её лице всплыла нежная улыбка.
「Если хотите, вы можете остаться здесь навсегда, господин Крейл.」
Посреди всепоглощающей скверны, только она была чистой.
Ни направленные на неё злые умыслы, ни плохо скрытые тайные мотивы, ни взгляды, просящие помощи — ничто не загрязняло её сердце.
「Я — Святая Великого господина Верите, но я также Святая, которую вы выбрали.」
Глядя ему прямо в глаза, она была как лучик света, сияющий посреди темноты.
http://tl.rulate.ru/book/51893/3329637
Готово:
