Цзю Шэн, будучи новопосвящённым Святым, считался довольно эксцентричной личностью в Божественной области.
Но сам он, находясь в Божественной области, всё ещё сохранял определённое предубеждение по отношению к существам низшего порядка…
Подавляющему большинству воинов не было дела до существ в их Внутреннем мире.
Ведь бесчисленные существа во Внутреннем мире лишь способствовали его активности, позволяя истинной силе свободнее и обширнее течь в Даньтяне.
Некоторые Истинные Боги полагались на силу веры, выращивая последователей в своих Внутренних мирах, но не все нуждались в этой силе. Особенно те, кто достиг сферы Святого, им было безразлично, верят в них люди или нет. Они не проявляли себя перед подданными своего Внутреннего мира и совершенно не заботились о них.
Существ низшего порядка было слишком много…
В одной вселенной существовали бесчисленные Великие Тысячные Миры, и в каждом Великом Тысячном Мире обитали несметные существа.
Кроме того, Внутренний мир Истинного Бога был весьма обширен…
Божественная область настолько велика, что в ней находились всевозможные истинные духи, разнообразные существа, а также мириады гор, Четыре Божественных древа…
Количество подчинённых им существ низшего порядка было неисчислимо.
Для воинов, особенно для воинов уровня Истинного Бога, эти жизни были подобны траве, их существование не имело никакого смысла.
Кто будет обращать внимание на то, когда вырастает сорняк в лесу и когда он погибает?
Возможно, среди этих «сорняков» иногда кто-то ярко вспыхивал, но их интересовал лишь этот проблеск света. Что до остальных сорняков, они так и оставались сорняками…
Существование Божественной области было вечным и стабильным, и именно поэтому боги, обитавшие в ней, приобрели божественность, утратив человечность.
— Вот именно, — равнодушно улыбнулся Цзю Шэн, — я уже забыл, как благоговеть перед живыми существами, но ты тоже забыл, как благоговеть передо мной?
В конце концов, он был Святым, и его положение было настолько высоким, что даже Истинный Бог не имел права так с ним разговаривать. То, что он не придал этому значения, не означало, что слова Хуа Тяньмина не были превышением.
Как говорится, быть с правителем, как с тигром. Обычный монарх имел власть над жизнью и смертью подданных, а положение Святого было несравнимо с обычным правителем: он мог управлять частью Божественной области!
Если бы люди Божественной области узнали, что существо низшего порядка сферы Божественного Предела так поучает Святого, они, вероятно, были бы настолько потрясены, что у них отвисла бы челюсть.
Выражение Хуа Тяньмина осталось неизменным. — Мне незачем благоговеть перед тобой.
— Почему? — Цзю Шэн пристально посмотрел на Хуа Тяньмина. Давление в этом взгляде мгновенно затруднило циркуляцию истинной силы Хуа Тяньмина. На самом деле, если бы он снял свою защиту с Хуа Тяньмина, тот превратился бы в пепел в пурпурном необычном пламени за одну десятитысячную долю вдоха.
— Потому что я обречённый. Рано или поздно я всё равно умру. Если человек, зная свою судьбу, будет всё ещё робким и покорным, скованным по рукам и ногам, вот это и есть настоящий трус, — спокойно сказал Хуа Тяньмин. В его глазах действительно не было ни малейшего страха, лишь беззаботность, превосходящая жизнь и смерть.
— Хорошо сказано, — Цзю Шэн ничуть не скрывал своего восхищения.
— Тогда что намерен делать Цзю Шэн? — спросил Хуа Тяньмин.
Цзю Шэн слегка улыбнулся. — Следуй за мной…
И тогда Цзю Шэн повёл Хуа Тяньмина к входу в пещеру.
Решение Святого было трудно изменить. Если слова императора ценились как девять треножников, то слова Святого стоили девяти миров.
Хуа Тяньмин, однако, своими словами изменил некоторые упрямые мысли Цзю Шэна, а заодно и судьбу некоторых людей…
Лэй Чань и остальные всё ещё ждали у входа в пещеру. Гун Юй, которому для создания Ока Пустоты требовалось много истинной силы, намеревался снова использовать этот тайный метод. На этом этапе никто не согласился бы просто так сдаться.
Именно в этот момент…
Они увидели двух человек, спокойно выходящих из входа в пещеру, заполненного пурпурным необычным пламенем.
С момента создания Запретной земли очищения духа, Цзю Шэн ни разу не показывался своим подданным. На самом деле, поскольку Запретная земля очищения духа не имела звёздного неба, а представляла собой огромную пещеру, вся её среда была более тесной и ограниченной, чем у вселенной. Это также лишило коренных жителей Запретной земли очищения духа многих фантазий, и в их истории и легендах не было рассказов о богах.
Несмотря на это, когда Лэй Чань и другие заметили Цзю Шэна, они ощутили инстинктивное чувство благоговения.
— О? Что с вами? Что там такое? — с любопытством спросила Хань Люсу. Вход в пещеру был явно пуст, но члены кланов Бэншань, Тяньцюн и Юаньхэ в замешательстве смотрели вперёд, очевидно, что-то заметив.
Однако, едва она открыла рот, Цзю Шэн слегка пошевелил рукой, и мысль вспыхнула…
Все, от Хань Люсу до Хэ Цзовея, а также все воины Божественной области в этом Поле и чужеземные воины из других вселенных, были погружены в состояние полной изоляции. Они оказались в темноте, не могли видеть, слышать, не имели осязания, не чувствовали течения времени. Единственное, что они могли делать, это созерцать свой Внутренний мир.
Некоторые вещи были довольно деликатными, и Цзю Шэн не хотел, чтобы посторонние знали о его прямой связи с Ло Чжэном. Хотя такое легко можно было понять умом, Цзю Шэн не желал, чтобы эта информация передавалась в Божественную область через уста этих воинов.
Гун Юй, Лэй Чань и Цзинь Юэ одновременно вышли вперёд, их лица выражали почтение.
Они не понимали, откуда взялось это почтение, но инстинкт велел им так поступить. Инстинкт даже подсказывал им, что перед этим человеком следует преклонить колени, покориться и пожертвовать все свои тело и разум.
Трое были несколько озадачены своей инстинктивной реакцией, но Гун Юй всё же постарался подавить это чувство и спросил: — Ваше превосходительство — это…
— Я хозяин этой пещеры, — равнодушно ответил Цзю Шэн.
Выражения лиц всех старейшин и элит трёх великих рас мгновенно изменились. В их глазах читался ужас. Лэй Чань и Гун Юй тоже внезапно осознали, почему при виде этого человека у них возникла такая инстинктивная реакция.
Создатель мира, а также дарователь их жизни, которого также называли Отцом всех существ.
Существа этого мира пренебрегали другими Святыми, но перед Создателем своего мира они были абсолютно покорны. Всё в этом мире было даровано этим человеком: от жизни до культивации, от знаний до правил…
Шесть великих рас, через воинов Божественной области, постепенно узнали, что в Запретной земле очищения духа существовал такой Святой, но лишь сегодня им наконец-то удалось его увидеть.
После сильного потрясения они начали чувствовать невероятное волнение!
— Вы, Вы действительно мой Господин… — первым заговорил Гун Юй.
Цзю Шэн слегка кивнул.
— Приветствуем нашего Господина! — Гун Юй не удержался и преклонил колени.
В то же время все члены трёх великих рас одновременно опустились на землю, распластавшись ниц. Эта набожность исходила из их сердец и была также инстинктивным решением.
Цзю Шэн же небрежно махнул рукой, и невидимая сила пронеслась над ними. Эта сила действовала точно и невероятно на колени каждого, а её величина была чрезвычайно точна, поднимая всех одновременно.
— Достаточно, — равнодушно произнёс Цзю Шэн. — Я знаю, что вы неоднократно искали способ преодолеть Небесный Путь. Я хочу сказать вам, что в Запретной земле очищения духа такого способа не существует. Поэтому вы не сможете покинуть Запретную землю очищения духа. Вы можете представить себе последствия такого ухода.
Даже если бы Цзю Шэн не заговорил первым, Гун Юй и другие, несомненно, задали бы этот вопрос. Теперь же, когда Цзю Шэн сам заговорил, лица Гун Юя и остальных мгновенно застыли.
По информации, собранной от чужеземных воинов и воинов Божественной области, и сравнив её с другими вселенными, это сообщение Цзю Шэна уже не было секретом. Просто они не сдавались, всё ещё цепляясь за последнюю искру надежды.
Но услышать это лично из уст «хозяина» означало приговорить их надежду к смерти.
Их стремления были бессмысленны.
Насильственный уход из Запретной земли очищения духа привёл бы к единственному последствию — рассеянию в истинную силу, потому что они были существами низшего порядка. Всё было так просто и жестоко.
— Н-нет… неужели нет другого способа? — запинаясь, спросил Гун Юй.
Цзю Шэн похлопал Хуа Тяньмина по плечу. — Вы должны быть благодарны этому юному другу, который убедил меня, поэтому я дам вам возможность постичь Божественный Путь.
Изначально все уже почти впали в отчаяние, ведь Цзю Шэн лично подтвердил безнадёжность.
Но неожиданно тон Цзю Шэна резко изменился, и он вытащил их из бездны отчаяния в рай надежды…
Внезапно все аборигены уставились на Хуа Тяньмина. В этот момент Хуа Тяньмин в их глазах стал словно спустившимся спасителем, и им было трудно выразить всю свою благодарность, исчерпав все преувеличенные похвалы.
http://tl.rulate.ru/book/51459/16301207
Готово:
