Множество странных птиц беззаботно кружили в глубоком небе, не зная усталости.
Каждая странная птица, расправив крылья, достигала нескольких миллионов ли в ширину; одного взмаха крыльев было достаточно, чтобы поднять опустошительный шторм. Время от времени они издавали странные пронзительные крики, похожие на вой призраков.
Эти странные птицы по Калибру Энергии были известны как праптицы.
Будучи птенцами, они начинали свой полет и не останавливались ни на мгновение, кружа в лазурном небе миллионы лет, пока не падали. Момент падения был концом их продолжительности жизни, поэтому существовало поверье, что они летают лишь раз в жизни, а также их называли птицами-одиночками.
За миллионы лет на спинах этих птиц рождались бесчисленные существа, образуя целые Великие Тысячные Миры. Когда праптица падала, бесчисленные существа на её Великом Тысячном Мире также погибали.
Под этими огромными, невообразимо большими птицами возвышалась ещё более гигантская гора!
По сравнению с этой горой, праптицы казались совсем крошечными.
На вершине горы сидела девушка, глядя в небо. Заметив что-то, она вдруг встала.
— Падает… — произнесла она.
Она увидела, как одна из праптиц начала падать.
— Дядюшка Ци говорил, что эти праптицы почти никогда не падают, а если падают, значит, птица умирает… — Девушка пристально следила за тенью странной птицы в глубоком небе, которая неуклонно увеличивалась в её глазах.
От взлета до падения праптице требовался миллион лет. Если она падала, это означало Разрушение целого мира.
С тех пор как она пришла на эту гору, тени странных птиц всегда кружили в глубоком небе над головой, не зная усталости, не делая остановок… Хотя Ци Лэн говорил ей, что эти птицы очень, очень большие, настолько большие, что она не могла себе представить, в её поле зрения они ничем не отличались от обычных орлов!
Но когда эта птица начала падать, девушка наконец поняла, что имел в виду Ци Лэн: эта птица была действительно очень, очень большой… большой, как целый мир!
Серая тень странной птицы, неуклонно увеличиваясь, постепенно заполнила весь зрачок девушки, словно гора Тай, давящая сверху. Над головой можно было видеть лишь расплывчатую серую массу; это была не просто птица, а целый мир, надвигающийся на девушку.
С её позиции девушка даже могла разглядеть некоторых существ, обитающих на теле этой праптицы.
Даже для такой огромной птицы падение было долгим процессом, и на лице девушки не было ни тени паники.
Напротив, её выражение было весьма сосредоточенным; она изучала тот мир, что находился на теле праптицы…
— На этой птице тоже живут люди: кто-то переживает из-за следующего приема пищи, кто-то только что сверг династию и стал правителем, а кто-то только что влюбился и мечтает о счастливых днях… Но они не знают, что через несколько часов все, за что они боролись всю жизнь, и даже их убеждения, обратятся в ничто, — пробормотала девушка.
— Это уровень жизни, — сказал юноша, тихо появившись рядом с девушкой. — Эти существа рождаются на теле праптицы, и праптица для них — это существо более высокого порядка. Существа низшего уровня полностью полагаются на существ более высокого уровня, не имея возможности сопротивляться или выбирать, потому что их уровень определяет их кругозор, определяет их судьбу.
Девушка покачала головой: — Это слишком несправедливо…
Подобно воинам во всех вселенных, и даже существам, обитающим во Внутреннем мире, созданном воинами Сферы Божественной Трансформации, они не знали, к какому уровню существ принадлежат, но с момента своего рождения не могли определять свою судьбу.
Гибель вместе с гибелью своего хозяина — это уже само по себе было трагично.
Юноша лишь слегка улыбнулся: — Но ты забыла о масштабе времени. Жизнь муравья очень коротка, в среднем всего полмесяца, но эти полмесяца для муравья — это вся его жизнь, от рождения до смерти.
— Все равно несправедливо, — девушка встала, весьма упорно отстаивая свой вывод.
— Поэтому воины во вселенной могут своими усилиями преодолеть этот барьер, постигнув Божественный Путь, повысить свой жизненный уровень и стать равноуровневым существом, — сказал юноша.
— Мост… слишком узок, — сказала девушка.
Сколько существ во вселенной способны преодолеть ограничения Небесного Пути и войти в Божественную область?
Из миллиардов и миллиардов существ таких лишь единицы…
В конце концов, юноша лишь беспомощно улыбнулся и согласился с мнением девушки: — Этот мир изначально несправедлив. Если бы существовали те самые «существа высшего порядка», то в их глазах мы были бы такими же ничтожными и жалкими существами. Сколько их за всю историю сумели покинуть эту Божественную область и исследовать Хаос?
Девушка поджала губы и кивнула.
— Пойдем, падение этой огромной птицы все равно создаст большой шум, — юноша схватил девушку и они покинули это место.
Но девушка покачала головой и сказала: — Дядюшка Ци, передвиньте эту странную птицу, пусть она упадет у подножия горы.
Высоту этой горы было трудно описать: если бы кто-то свободно падал с вершины, начав свой путь ещё мальчиком, то к подножию горы, вероятно, он бы уже поседел…
Если бы странная птица упала у подножия горы, это дало бы бесчисленным существам на её спине несколько десятков лет жизни.
Ци Лэн беспомощно покачал головой и лишь подчинился просьбе девушки.
Он внезапно взмахнул рукой, и невидимая сила пронзила небо. Он собирался переместить птицу, которая была ещё больше, чем Великий Тысячный Мир…
Но для него это не было сложным делом, лишь пустяком.
Огромная птица над их головами изменила своё направление под воздействием этой силы и начала падать в другую сторону, что гарантировало, что эта праптица не упадет на гору…
Девушка наблюдала за улетающей по диагонали праптицей, и на её лице появилась удовлетворенная улыбка. Она, по крайней мере, помогла существам одного мира выиграть несколько десятков лет, хотя через несколько десятилетий этот мир все равно погибнет.
Видя улыбку на лице девушки, на лице Ци Лэна появилось сомнение.
Появление этой маленькой девочки было подобно явлению эльфа, и её очень полюбили все окружающие.
Он чувствовал её меланхолию и беспокойство, но она всегда тщательно скрывала эти эмоции, стараясь не проявлять их перед людьми.
После долгих раздумий Ци Лэн все же сказал: — Вселенная Крайнего Предела начала поглощать Вселенную Даянь.
Услышав это, тело девушки слегка дрогнуло, и она, глядя на Ци Лэна, спросила: — А где брат?
— Он уже вошёл в Запретную землю очищения духа, — ответил Ци Лэн.
Девушка хотела что-то сказать, но в конце концов сдержалась…
На самом деле, она хотела спросить, почему Ци Лэн не привел Ло Чжэна прямо на гору, не забрал Ло Чжэна прямо в Божественную область, но в этот момент она снова подумала о положении своего отца…
Если Вселенная Крайнего Предела полностью поглотит Вселенную Даянь, то положение отца станет опасным, и он действительно погибнет.
Только брат может спасти отца, поэтому брат не может покинуть вселенную!
К сожалению, от начала и до конца Ло Янь была лишь сторонним наблюдателем, неспособным помочь ничем, лишь наблюдая, как брат непрерывно борется, а затем Ци Лэн приводил её на гору и рассказывал ей обо всем.
Она не знала, что предпочла бы ничего не знать…
— Ху-ху…
Огромная праптица медленно пролетела над вершиной горы. Когда её гигантское тело падало, оно все равно вытесняло воздух, создавая мощный воздушный поток, который устремлялся в их сторону…
Этот сильный воздушный поток нёс в себе чрезвычайно мощный шторм, а в шторме, в свою очередь, были бесчисленные ветряные клинки.
— Стало немного холодно, — равнодушно сказала Ло Янь, когда некоторые ветряные клинки устремились прямо к ней.
Эти ветряные клинки были бледно-золотистого цвета, и сила закона ветра в них достигла седьмого уровня. Поскольку законы этого места принадлежали не вселенной, а Божественной области, они были совершенными законами, способными угрожать воинам Сферы Божественной Трансформации.
Она небрежно провела пальцем, и в мерцании пурпурных огоньков эти ветряные клинки остановились у её кончиков пальцев, а затем были быстро возвращены в исходное состояние, превратившись из клинков в послушный ветер. Закон ветра в них непрерывно распадался, превращаясь в истинную силу, которая медленно растворялась в этом месте…
Ци Лэн достал изумрудно-зеленый плащ и накинул ей на плечи.
Ло Янь быстро пошла вперед, ступая прямыми ногами к другой стороне вершины горы. Её милое лицо выглядело необычайно холодно-безмятежным, а меланхолия в глазах полностью исчезла, уступив место стремительной и решительной ауре.
За несколько лет в этой незнакомой обстановке её сила значительно возросла, и даже её характер претерпел огромные изменения.
http://tl.rulate.ru/book/51459/16301205
Готово:
