Там, где есть люди, всегда будет борьба. Хотя Четыре Божественных Царства и считались союзниками, между ними никогда не вспыхивало полномасштабных войн. Однако это вовсе не означало отсутствие соперничества.
Напротив, из-за того, что их отношения были достаточно крепкими и они не могли просто поглотить друг друга, тайная конкуренция становилась только острее. Именно по этой причине в Четырех Божественных Царствах было создано так много Боевых Залов — их целью было взращивание новых поколений талантов.
Как государь божественного царства Чёрного Железа, Чжоу Хуан прекрасно понимал ценность Ло Чжэна. Хотя он еще не видел его истинной мощи, тот факт, что на средней стадии Небесной Скорби его Душа уже была близка к сфере Лазурной Души, говорил о многом.
Пусть Чжоу Хуан и вел себя миролюбиво, это не означало, что он боялся Боевого владыку Даюй!
В последние годы божественное царство Даюй развивалось наиболее агрессивно. По общей силе оно занимало первое место, в то время как божественное царство Чёрного Железа стояло на четвертом, замыкая список.
Но это касалось лишь совокупной мощи государств. Если же говорить о личной силе правителей, Чжоу Хуан вряд ли уступал Лю Цзаню.
Услышав слова Чжоу Хуана, Лю Цзань снова помрачнел. — Чжоу Хуан, что это значит? — требовательно спросил он.
Тот ответил всё так же спокойно: — Смысл предельно ясен. Мне всё равно, зовут его Ло Чжэн или Ло Тяньсин. Он представляет моё божественное царство Чёрного Железа и является учеником Боевого Зала Нефритовой Черепахи. А значит, он — мой подданный!
Лю Цзань презрительно фыркнул, а на его губах заиграла холодная усмешка. — Значит, мой сын, Лю Хунвэнь, погиб напрасно?
Чжоу Хуан лишь слегка приподнял уголок рта. — Если мне не изменяет память, количество твоих потомков, Лю Цзань, уже перевалило за двадцать тысяч?
Некоторые государи были падки на женскую красоту, и детей у них было великое множество. Впрочем, у всех правителей Четырех Божественных Царств хватало отпрысков: чем больше наследников, тем легче выбрать самого достойного преемника.
Но Лю Цзань, Боевой владыка Даюй, превзошел всех. Этот человек был чрезвычайно сластолюбив; его гарем занимал огромную территорию, сопоставимую со средним городом, а число красавиц там исчислялось десятками тысяч. Наложницы родили ему почти двадцать тысяч сыновей — сомнительно, что Лю Цзань помнил имена каждого из них.
В божественном царстве титул принца сам по себе мало что значил. Даже сыновьям государя приходилось доказывать свой талант и силу, чтобы не прослыть никчемными и иметь право на достойную жизнь. Подавляющее большинство обделенных талантом принцев безжалостно отсеивалось. С этой точки зрения их жизнь была куда трагичнее, чем у простых обывателей.
— Даже если у меня много детей, Хунвэнь был одарен и пользовался моей благосклонностью, — ледяным тоном произнес Лю Цзань, обращаясь к Чжоу Хуану. — Кроме того, он был близок со Святой Девой! Неужели я, как отец, не могу потребовать ответа?
Услышав это, Чжоу Хуан лишь усмехнулся про себя. Наконец-то тот показал свое истинное лицо. Среди четырех правителей Лю Цзань славился своим мрачным и коварным нравом. Весь этот спектакль он разыграл лишь для того, чтобы выудить какую-нибудь выгоду.
— Я дам тебе ответ! Но повторю еще раз: Ло Тяньсин — мастер божественного царства Чёрного Железа! — Чжоу Хуан медленно отступил в сторону и, обернувшись, позвал: — Ло Тяньсин!
На лице Ло Чжэна появилась улыбка. Он сложил ладони в приветственном жесте. — Я здесь!
— Раз уж мой сын Чжихуа попросил тебя выступить вместо него, покажи всё, на что способен! — Чжоу Хуан на мгновение замолчал, а затем добавил: — Но будь осторожен.
Дав это напутствие, он вернулся на возвышение. Будучи государем, он и так сделал немало, лично защитив простого юношу в сфере Небесной Скорби. Предупреждение Чжоу Хуана касалось бойцов из Даюй: теперь, когда всё было сказано, Лю Цзань сам уже не посмеет напасть на Ло Чжэна.
Однако молодые мастера из божественного царства Даюй всё еще представляли огромную угрозу. Если кто-то из них "случайно" убьет Ло Чжэна во время боя, Чжоу Хуан не сможет его защитить — в таком случае винить придется лишь недостаток мастерства самого юноши.
"Чжихуа?" — подумал Ло Чжэн.
Раз божественное царство Чёрного Железа принадлежало клану Чжоу, значит, полное имя принца Янь — Чжоу Чжихуа... Ло Чжэна это внутренне позабавило. Неудивительно, что его называли "Хуа-хуа", ведь "Чжихуа" буквально означало "цветок".
Слова Чжоу Хуана тронули Ло Чжэна. В конце концов, он не был подданным Чёрного Железа, и то, что государь ради него пошел на конфликт с Боевым владыкой Даюй, превзошло все ожидания.
Когда буря утихла, Ло Чжэн развернулся и полетел к воздушному барьеру. Его взгляд остановился на Юньлун Тао. Тот уверенно улыбался, глядя на противника.
— Твоя Душа очень сильна, — небрежно заметил Юньлун Тао. — Вот только... хотелось бы знать, какова твоя истинная мощь!
С Душой уровня сферы Боевой Души преимущество Ло Чжэна над обычными мастерами Небесной Скорби было подавляющим. Даже самоуверенный Юньлун Тао чувствовал опасение. У него были артефакты для защиты духа, но он не был уверен, что они выдержат прямую душевную атаку Ло Чжэна.
Ло Чжэн лишь слегка улыбнулся. — Не беспокойся. Я не стану использовать душевные атаки.
Эти слова заставили Юньлун Тао нахмуриться. Этот юнец оказался еще более заносчивым, чем он сам! Отказаться от столь явного превосходства, уже видев Юньлун Тао в деле... О чем он только думал?
— Хорошо! Какая уверенность! — раздался голос Лю Цзаня. — Лунтао, этот человек заслуживает того, чтобы ты сражался в полную силу!
Смысл этого приказа был предельно ясен: он фактически отрезал Ло Чжэну путь к отступлению, вынуждая его подтвердить свои слова и не использовать силу Души против Юньлун Тао.
Юньлун Тао кивнул. Он не был из трусливых и по-прежнему верил, что в сфере Небесной Скорби ему нет равных. Раз противник сам отказался от своего главного козыря, Юньлун Тао был на восемьдесят процентов уверен в своей победе. Однако, услышав приказ Лю Цзаня, он понял: просто победить Ло Чжэна или лишить его руки будет недостаточно. Он должен забрать его жизнь.
Ло Чжэн медленно извлек из своего внутреннего пространства длинный меч. С легким взмахом клинок сверкнул под лучами солнца, отливая золотом. — Святой Артефакт высшего класса? — глаза Юньлун Тао сузились.
Даже в божественном царстве Чёрного Железа, славившемся своими мастерами-оружейниками, Святые Артефакты высшего класса встречались редко. Обычно таким оружием владели лишь члены императорской семьи, и рядовому мастеру было крайне трудно его заполучить.
Увидев меч в руках Ло Чжэна, Чжоу Хуан тоже удивился. — Чжихуа, это ты подарил ему Святой Артефакт высшего класса? — спросил он сына.
Принц Янь покачал головой. — Ло Чжэн не просил у меня оружия. Должно быть, это его собственный меч.
Чжоу Хуан усмехнулся. — Происхождение этого юноши... явно не ограничивается рождением в Северном Небесном Регионе.
Его выводы были просты: в таком захолустье, как Северный Небесный Регион, не могло быть мастера, способного выковать Святой Артефакт высшего класса. А даже если бы такой мастер и нашелся, он бы не раздобыл нужных материалов. Как кузнец, Чжоу Хуан прекрасно знал, какую цену приходится платить за создание подобного клинка.
Принц Янь кивнул. — Я понимаю, отец. Но Ло Тяньсин — человек чести, и у нас с ним возникло истинное родство душ. Поэтому я и отдал ему тот изначальный камень жизни из своих запасов.
— Хм, ты поступил верно. Если такой человек останется в нашем божественном царстве, в будущем он принесет нам неоценимую пользу, — одобрил Чжоу Хуан.
Слушая их разговор, наследный принц Чжоу Нин становился всё мрачнее. Его вражда с Чжоу Чжихуа длилась уже долго. И хотя тот уже получил титул князя, соперничество не прекратилось. Даже будучи наследником престола, Чжоу Нин понимал: пока он не достигнет сферы Божественного Моря, а его отец не отречется от власти, положение наследника будет под угрозой из-за амбиций принца Яня.
И теперь Ло Чжэн стал для него еще одним источником серьезного давления.
Тем временем в небе начался бой.
Юньлун Тао отбросил всякое пренебрежение. Вокруг него слой за слоем начал формироваться пространственный доспех, а его Меч, Рассекающий Пустоту, заставил пространство вокруг искажаться. Казалось, по воздуху пошли медленные водяные круги, переливающиеся на солнце всеми цветами радуги.
Сделав шаг, Юньлун Тао оставил после себя череду остаточных образов и в то же мгновение таинственным образом возник прямо подле Ло Чжэна.
http://tl.rulate.ru/book/51459/10920629
Готово:
