Мало того, что Аарон высказался о женитьбе как о само собой разумеющемся, так он даже толком не сделал предложения. В последнем семестре выпускного курса он просто протянул Кили коробку.
- Вот. Давно пора тебе это иметь.
Она открыла крышку и увидела внушительное кольцо с бриллиантом в шесть каратов и платиновой оправой, украшенной мелкими бриллиантами по всему периметру. И как ей теперь пользоваться левой рукой, отягощенной такой махиной?
Она вздохнула. Прощай, мечты о романтическом предложении.
- Знаешь, по традиции парень должен опуститься на одно колено и прямо спросить девушку, выйдет ли она за него.
Он выглядел так, будто ему это даже в голову не приходило.
- …мне это сделать сейчас?
Влюбилась ли она в идиота?
- Да, Аарон.
Он забрал у нее коробку, опустился перед ней на колено и взял ее за руку.
- Кили, ты выйдешь за меня и останешься со мной навсегда?
Кили надела кольцо на палец и попыталась привыкнуть к его весу. Штуковина была тяжелой! Она положила руки ему на лицо и серьезно произнесла:
- Да, - прежде чем поцеловать его.
Все это было невероятно антиклиматичным. В тот момент она просто радовалась, что вообще может выйти за него замуж. Какой же дурой она была.
Вспоминать все это было так странно теперь, когда она знала правду. Если бы Аарон тогда действительно любил ее, как он утверждал, разве не мог он приложить хотя бы немного усилий к предложению?
Она знала, что он вырос в холодной, лишенной любви среде. Он говорил, что поэтому не умеет должным образом ценить кого-то, но нужно было жить под камнем, чтобы не знать, как сделать предложение.
Впрочем, это многое объясняло. Например, то, что он почти никогда не проявлял привязанность словесно. Вся та любовь и забота, которую она получала от него, выражалась в действиях. Он заботился о ней по-своему, по-глупому, пока окончательно не вытолкнул ее.
Оглядываться назад – забавная штука.
[Сердце болезненно сжалось.] Аарон пытался исправить всё в этой жизни, хотя и не всегда выбирал правильные пути. Он чаще делал ей комплименты, стал гораздо внимательнее. Было видно, что он действительно старался быть хорошим.
Но после всего, что между ними произошло, она не могла этого принять. Кили не могла быть с ним просто из-за того, что он чувствовал вину. Вина и чувство долга – это не любовь.
Даже если бы это не было проблемой, они были слишком разными. Им вообще не следовало быть вместе. Их ценности, образ жизни, интересы – всё не совпадало. Удивительно, что у них вообще когда-то находились темы для разговоров.
И это при том, что Аарон никогда особо не любил поговорить. Большую часть их бесед составляла её болтовня о чём-то своём и его редкие короткие комментарии.
Любовь не решает всех проблем. Некоторые отношения просто не складываются, как ни старайся.
Килли, возможно, начала нравиться версия Аарона, которую она считала новой, другой. Но осознание того, что он и её бывший муж – одно и то же, раздавило эти робкие чувства, как букашку. Она не любила его и очень давно. Узнав правду, она не изменила своего мнения.
Она провела так много лет в одиночестве, хотя он был рядом. Это убило любые остатки чувств к нему. Она немного жалела его, но этого было недостаточно, чтобы передумать. Им будет лучше оставить прошлое позади и жить своей жизнью.
Килли решительно захлопнула книгу и убрала свои записи. Пора было идти в лабораторию.
Она отбросила мысли об Аароне и прошлом, пробираясь сквозь толпу студентов, спешащих на занятия и обратно. Ужас, здание лаборатории находилось так далеко от библиотеки. Простая прогулка туда уже была хорошей разминкой.
Приехав, она приложила свою карту к задней двери, что вела прямо в лаборатории, чтобы войти. В коридоре она убрала рюкзак в шкафчик, надела лабораторный халат и защитные очки. Пришло время приступать к работе.
Сегодня она должна была снять показатели у своих экспериментальных мышей, проверить состояние растущих культур и заложить новую партию для дальнейших опытов. Все это касалось ее собственного исследования, но еще оставались поручения от доктора Кима, без которых ей бы просто не заплатили.
Несколько часов спустя, Кили усердно отмеряла реактивы для центрифуги, когда в дверь лаборатории постучали.
Она подняла голову на часы. Точно. Было половина шестого вечера. И каждый день в точно назначенное время ей доставляли анонимный заказ еды из кафе.
Сегодняшний доставщик был из сэндвичной. Он профессионально улыбнулся ей.
- Кили Холл? Ваш сэндвич со стейком и сыром, шоколадное печенье и бутылка воды.
- Спасибо, - вежливо ответила она. Не его вина, что он помогал человеку, которого она пыталась забыть.
Доставщик повернулся, чтобы уйти, и напоследок бросил свое фирменное: "Хорошего дня!".
Она закрыла за ним дверь, чувствуя себя подавленно. Аарон делал это каждый день, когда она была в лаборатории, с тех пор как они расстались. По крайней мере, она сразу предположила, что это он, потому что кто еще из ее знакомых мог позволить себе заказывать еду для кого-то другого?
Он уважал ее желание остаться одной, но все равно заботился о ней. Кили сердито написала ему, когда это произошло в первый раз, и он ответил, что, хоть это и не входит больше в его обязанности, никто другой не позаботится о том, чтобы она ела во время работы, так что он не прекратит.
Сейчас она почти смирилась, но это все равно раздражало, ведь каждый раз при появлении курьера она думала о нем. Какое ему дело, заботится ли она о себе? Она его ненавидела! Почему он не мог просто ответить ей тем же? Почему он продолжал быть таким милым?
Килли устало доела свой бутерброд, прежде чем вернуться к работе. Нет смысла зацикливаться на этом.
http://tl.rulate.ru/book/51160/6432223
Готово:
