Прости? Аарон что, только что попросил прощения?
– Извиниться за что? – прошипела Кили, в ней вновь появилась энергия, и она выдернула руки из его захвата. Потёрла запястья, пытаясь избавиться от ощущения его пальцев.
– За всё.
– Этого мало! Ты вообще понимаешь, что ты со мной сделал? Я ради тебя отказалась от всего, что мне было дорого, а ты только и делал, что делал меня несчастной, убил моего отца, изменил мне и позволил твоей тупой девке убить меня после того, как ты меня бросил!
Она была так зла, что впилась до крови ногтями в ладони.
– Я никогда тебе не изменял, – тихо сказал Аарон. – Я притворялся, что сближаюсь с Лейси, чтобы собрать доказательства, нужные для того, чтобы обвинить её в убийстве твоего отца. Тот ребёнок не был моим.
Истерический смех вырвался из её горла.
– Ты думаешь, я поверю тебе?
Он вздохнул и провёл рукой по волосам.
– Сядь, Кили. Это долгая история.
– Я предпочту стоять, – сказала она жёстко.
– Позволь мне хотя бы сначала перевязать тебе руки.
Молча он пошёл на кухню и достал из шкафа аптечку. Так нежно, словно бабочка порхала по её ладоням, он нанёс антибактериальный крем ватным тампоном, а затем обернул двумя большими пластырями все восемь кровавых проколов.
Аарон тихонько поцеловал оба бинта, пока её ладони были обращены вверх, и грустно улыбнулся. Выражение его лица заставило её сердце на мгновение замереть, но она не поддалась. Её хмурый взгляд остался непоколебим.
Кили вырвала руки и скрестила их на груди.
– Объясняйся.
Он опёрся на столешницу и вместо неё смотрел на стену. Его обычно непроницаемое лицо казалось несчастным, и, когда он говорил, голос звучал как у старика.
– Я знал, что Лейси замышляет против тебя, ещё со школы, но у меня не было доказательств. Всё, что я мог, – это стараться держаться от неё и её дружков подальше, когда ты последовала за мной в Бостон. Знаешь, моим родителям ты никогда не нравилась… Я пытался помочь тебе вписаться, чтобы люди тебя не обижали, но, похоже, это не сработало.
– Правда? – саркастично спросила она. Будто она могла поверить в его благие намерения.
Он пропустил её слова мимо ушей и продолжил, будто с каждой фразой ему становилось тяжелее.
– Отец хотел, чтобы я развёлся с тобой и женился на Лейси, чтобы он… они… Кили, у тебя никогда не было внематочной беременности*. Ты была беременна здоровым ребёнком, а они подменили твои результаты на чужие, чтобы тебя прооперировать и помешать тебе родить следующего наследника семьи. Они думали, что я брошу тебя, если у тебя не будет детей.
Я был в ужасе, когда узнал. Они нацелились на тебя и нашего ребёнка из-за меня, а ты и так была в депрессии… Я не выдержал бы, если бы тебе рассказал. У отца были шпионы в доме, поэтому мне пришлось убедить их в том, что я тебя больше не люблю, чтобы они оставили тебя в покое. Конечно, это тоже не помогло… Но всё, что я делал, было ради твоей защиты.
Кили не могла поверить ни единому его слову – это было слишком нереально, – пока он не заплакал. Настоящие слёзы. Она никогда не видела, чтобы Аарон плакал.
– Я провалился. Я был эгоистом и потянул тебя на дно вместе с собой, потому что не хотел жить без тебя. К тому времени, как я смог отпустить тебя… я сказал такую ужасную ложь, чтобы ты ушла, и они всё равно тебя убили. Ты умерла, думая, что я тебя ненавижу! Я жил с этой виной десятилетиями, прежде чем судьба дала мне ещё один шанс встретиться с тобой.
Он вытер глаза и наконец посмотрел на неё. – Я обещал себе, что не упущу этот шанс. Я всё сделаю правильно и скажу тебе, как сильно я люблю тебя. Я думал, у меня будет чистый лист¹; никогда бы не подумал, что ты сразу же будешь меня ненавидеть. Но теперь это совершенно объяснимо.
---
¹Чистый лист - начало с нуля, без прошлых ошибок и проблем.
Она нахмурилась, не доверяя ему.
– И как давно ты знаешь?
– Всего лишь с Дня святого Валентина. Ты сказала то же самое, что и я, чтобы убедить тебя уйти. Думаешь, я мог забыть это после того, как наш последний разговор прокручивался в голове на протяжении всех двадцати семи лет, что я жил без тебя? – спросил он с оттенком самобичевания в голосе.
Двадцать семь лет. Если ему можно было верить… если то, что он говорил, было правдой… он жил с чувством вины и скорби всё это время, прежде чем переродиться и сделать всё возможное, чтобы вернуть её расположение.
Это были настоящие эмоции. Он должен был говорить правду. Всё это время он ошибочно пытался защитить её после ужасной потери. Он был напуган и слишком горд, чтобы просить о помощи, и в конце концов это стоило жизни Кили.
– Почему? – бесцветным голосом спросила она. – Если ты с самого начала знал, что Лейси нацелилась на меня, почему ты вообще женился на мне?
Аарон посмотрел ей прямо в глаза.
– Я не собирался отпускать единственный источник тепла в моей жизни. Ты – и всегда была – единственная в этом мире, кто делает меня счастливым.
Она не поверила.
– Даже если я забуду всё, что произошло потом… потерю ребёнка… если бы ты действительно любил меня, ты бы не был таким холодным. Ты бы поддержал меня. Ты бы верил в меня и был бы добр ко мне.
Он казался смущённым, потирая затылок.
– Тогда я не знал, как правильно заботиться о ком-то. Плохой пример из дома, знаешь ли. Разве я не стал гораздо лучше?
Килли не могла этого отрицать. Сколько раз она желала, чтобы её Аарон был таким, каким стал новый Аарон с ней? И оказалось, что они всё это время были одним и тем же человеком. Он действительно изменился ради неё.
– Но как насчёт того, когда я потеряла ребёнка? Ты меня совсем не утешил.
Аарон посмотрел на нее как на дурочку.
- Я сделал все, что мог. Постоянно был рядом, но почти целый год ты была словно в тумане. Когда же ты наконец начала приходить в себя, я понял, что за нами наблюдают. Мне пришлось вести себя так, будто мне безразлично, чтобы отец отступился.
Почему у него находилось оправдание на все? Это было так несправедливо. Он выставлял ее злодейкой лишь за то, что она злилась на него. Но у нее было полное право злиться!
И что с того, что у него были благие намерения? Он все равно разрушил ее жизнь!
http://tl.rulate.ru/book/51160/6431387
Готово:
