В просторной гостиной Седрик не стал ждать. Цинь Гунгун быстро подошел, держа на руках трех-четырехлетнего малыша с густой шевелюрой. Увидев Седрика, восседавшего в сандаловом кресле, он захотел опуститься на колени.
Однако он никак не мог этого сделать, лишь тяжело вздохнув в глубине души. Цинь Гунгун не стал настаивать, ведь он прекрасно понимал, чего добивается этот человек, но все же хотел предпринять последнюю попытку: — Не знаю, сможет ли Господин Даоский дать ребенку еще один шанс?
Седрик взглянул на стоявшего перед ним Цинь Гунгуна. В династии Тан было немало воинственных правителей, и из-за того самого происшествия с фиолетовой тыквой Ли Чуньфу собственноручно лишил жизни еще одного герцога в городе Сяньян.
Даже драконий дух в его теле подавал признаки отступления.
— Пин-дао прибыл сюда не для того, чтобы принимать учеников, — произнес Седрик. Лицо Цинь Гунгуна, полное сожаления, мгновенно приняло скорбное выражение. — Однако Пин-дао может дать совет. Желаете ли вы выслушать его, герцог?
— Говорите, Господин Даоский, — серьезно произнес Цинь Гунгун. — Я непременно приму это к сведению.
— С запада от Сяньяна лежит мир под названием Европа. Возможно, там удастся найти возможности для городских сражений, и, быть может, там драконам выпадет шанс превратиться в драконов, — сообщил Седрик. После того как первобытный мир и Греция полностью соединились, образовался стабильный канал связи.
— Европа? — Цинь Гунгун выглядел озадаченным. Будучи вассалом сепаратистов, он, несомненно, обладал умелыми людьми и таинственными талантами, но метод Седрика, позволявший объединять разные миры, был поистине изумительным. Не было иного способа постичь все его тайны, кроме как стать Золотым Бессмертным.
— Но это сражение требует одобрения императора Тан… — Не договорив, Цинь Гунгун замолчал и отбросил привычное ему официальное обращение. Человек, стоявший перед ним, не был тем, с кем он мог вести переговоры; он с почтением сложил руки перед Седриком, — Я готов подчиниться указу великого короля.
Прежде чем он успел понять больше, Седрик протянул правую руку, указывая в пустоту, и все живые существа в районе Сяньян в радиусе тысяч миль были им перемещены на границу между эпохой Древних и Греции.
В этот момент появилась фигура императора Тан Ли Таймина: — Даосский Лорд очень сострадателен.
— Я просто делаю то, что хочу, — лицо Седрика не выражало ни печали, ни радости. Он посмотрел на многочисленных великих сверхъестественных существ, скрывающихся в пустоте: — Сегодня я, бедный, вновь открою подземный дворец Сяньян и освобожу тело Первого Императора. Кто-нибудь возражает?
— Первого Императора ограбили, и сегодня грабеж окончен. Естественно, подземный дворец Сяньян может быть вновь открыт. — величественный Бог Войны в циньском доспехе сказал, окруженный зловещей и убивающей аурой. Он превратился в миллион героев позади себя, и другой луч чистой белой изначальной ци Гэнцзинь был притянут, но не выпущен. Даже человек, обладающий великими сверхъестественными способностями, не осмелился бы погладить тигра по бороде.
Это было воплощение Белого Тигра, одного из Четырех Духов, начальника Западных Пределов и генерала государства Цинь Бай Ци.
После того, как Сылин Байху заговорил, все присутствующие великие сверхъестественные существа замолчали, тихо наблюдая, как Седрик вновь открывает подземный дворец Сяньян. И именно тогда битва по-настоящему началась.
Седрик взглянул на Ли Таймина рядом с собой: — Ваше Величество, будете ли вы перезапускать подземный дворец, или я, смиренный даос?
Ли Таймин отступил на шаг: — Естественно, для Даоцзюня уместнее действовать.
— Хе-хе, — Седрик дважды усмехнулся. Какие расчеты плел Ли Таймин в естественном пути.
Неизбежно, чтобы он вновь открыл подземный дворец Сяньян, а Ли Таймин разделял его стремление к этому, ведь иначе как он мог бы заполучить тело Циньшихуанди, чтобы завершить свой собственный, незавершенный шаг на Императорском пути?
Таким образом, битва между двумя сторонами сводилась уже не к самому открытию подземного дворца, а к праву владеть трупом Циньшихуанди после его вскрытия.
В этот момент Ли Таймин, разумеется, желал открыть дворец самостоятельно, но это также было уже неизбежно. Седрик больше не колебался, шагнул вперёд, сжал пять пальцев и метнул их в пустоту.
В начале Циньшихуанди разрушил шесть царств, собрал силу всего мира и возвёл Великую Китайскую стену, чтобы воссоединить драконьи жилы Цзючжоу, тем самым стяжав великую императорскую удачу.
Это был метод, используемый открыто. На самом же деле, с другой стороны, Циньшихуанди создал двенадцать золотых статуй и миллионы терракотовых воинов, собрав бесчисленные ресурсы из множества миров для поддержки себя.
Вот только, когда всё было почти завершено, с неба упала гроза, потоп и гнев всего мира обрушились на него, убив Циньшихуанди в недостроенном дворце Афан.
После Испытания Назначения Богов святые не могли явиться в мир. Даже первобытный мир мог лишь разделить плод наполовину продвинутого на Пути Человека Императора и тело Циньшихуанди, запечатав их соответственно под городами Цзюю и Сяньян, но не мог полностью стереть всё, что касалось Циньшихуанди.
Мир Чжунцянь под городом Сяньян оказался куда больше, чем воображал Седрик. Он тяжело вздохнул, глядя на раскинувшуюся перед ним картину. Похоже, это и был прототип вселенной, созданный Цин Шихуанди, в который он впитал множество разбитых миров Чжунцянь. Если бы не отсутствие Сокровища Мирового Древа, этот мир был бы почти идентичен скандинавской вселенной, и даже нынешнему полубожественному телу Седрика оказалось бы сложно тащить его на себе.
Ещё сложнее было то, что весь этот мир был опутан слоями удачи, словно цепями, каждая из которых была связана с небесами и всеми путями бытия. По сути, это была вся удача их доисторического мира, сковавшая этот огромный мир Чжунцянь, не давая ему родиться. — Все, прошу, отпустите цепи удачи, и всё, что было прежде, будет забыто, — произнёс Седрик, давая великим магам, присутствовавшим здесь, последний шанс определиться со своей позицией.
Глубокий вздох прозвучал в ответ, и цепи, принадлежавшие клану Цилинь из рода Мо, были отозваны первыми. Поскольку перезапуск подземного дворца был неизбежен, клан Цилинь не желал более участвовать в этой битве. С действиями Цилинь почти половина цепей автоматичнски распалась. Хотя у них и были разногласия с Цин Шихуанди в прошлом, это не было смертельной враждой. Теперь, когда Седрик, Владыка Пути, готов был забыть старые обиды, они, естественно, согласились. А с одобрением этого полубога, потомка клана У, даже если бы Цин Шихуанди вернулся, ему нелегко было бы свести счёты. В этом отношении репутация клана У всегда была хорошей.
Видя, что большая часть цепей была отозвана, Седрик больше не колебался. Он указал пальцем в пустоту, и возникла иллюзорная каменная мельница, медленно вращаясь. Она притягивала и перемалывала цепи удачи, одновременно захватывая и запечатлённое в них тело удачи, стирая их изначальную суть. Теперь, когда они стали врагами, он, естественно, не стал проявлять церемоний.
Холодный насмешливый звук раздался из пустоты, и в следующее мгновение сверкающее зеркало окутало Седрика тридцатью тремя небесными тенями. Раздался голос Бога Хаотянь: «Ли Таймин, император династии Тан, всегда обладал заслугами и добродетелями. Ему следует управлять половиной плода Божественного Императора Хуанди, управлять его трупом и воссоединиться с плодом Человеческого Императора».
http://tl.rulate.ru/book/49597/7216645
Готово:
