Я уставилась на Кассиса, который первым подошел ко мне.
Поначалу у него было решительное лицо, но теперь он снова медлил.
Я не знаю, что он хотел сказать, но он казался очень нерешительным.
Но то же самое было и со мной.
Мне следовало спросить его, почему он не едет в столицу.
Я взглянула на Кассиса. Затем мой взгляд переместился на следы от инъекций на тыльной стороне его руки.
Поскольку симптомы ухудшались с каждым днем, ему пришлось увеличить объем инъекций.
Мне стало не по себе, когда я увидела следы от уколов на его красивой руке.
Я ненавидела уколы.
Во-первых, это было больно, а всасывание лекарства заставляло меня чувствовать себя измотанной.
Кассис выполнял неприятные задачи, которые даже я, сохранившая воспоминания о своей прошлой жизни, не хотела выполнять, как ежедневную рутину.
Как будто ему было не больно и совсем не тяжело.
Теперь, когда лекарство найдено, мне больше не придется беспокоиться о том, что он может умереть.
Почему же ты не едешь? Глупый.
Мне почему-то стало жаль Кассиса, и я мрачно посмотрела на него.
Затем мои глаза встретились с глазами Кассиса, и мы заговорили одновременно.
— С...
— Знаешь, Кассис.
Ой.
Я быстро закрыла рот. Мы неудачно подгадали время и наши слова наложились друг на друга.
— Говори первая, Эвелин.
Кассис с готовностью предоставил мне слово. Я спросила, колеблясь:
— Я слышала, тебя зовут поехать в столицу.
— ...Это Пол сказал?
В этот момент лицо Кассиса стало холодным. Я попыталась быстро объяснить.
— Пол ничего не говорил. Клифф подумал, что я знаю, поэтому и сказал мне все по ошибке.
Даже с моим оправданием Кассис все еще не мог сдержать эмоций, которые отразились на его лице. Он казался немного смущенным.
Ты не хотел мне рассказывать до самого конца…
Мне как-то не понравилось такое упрямое поведение.
— Почему больной ребенок не слушается? Разве ты не хочешь быть здоровым?
Неожиданные резкие слова взяли верх. Естественно, лицо Кассиса сморщилось.
— Кто не хочет быть здоровым?
— Тогда почему человек, который хочет быть здоровым, ведет себя так, будто ему не нужна помощь? Это доставляет неудобства всем вокруг, и это вредно для тебя самого!
Когда Кассис сорвался, я тоже возмутилась и резкие слова вылетели из моего рта.
Каким-то образом атмосфера только накалялась, вопреки тому, как я представляла наш разговор.
Я не хотела с тобой так разговаривать.
— Хочешь сказать, что я помеха?
— Я не это имела в виду...
— Ты даже не знаешь, для кого я это делаю!..
Кассис вскочил на ноги, дрожа как сумасшедший. Выражение его лица было полно муки.
Я тоже встала и сказала ему:
— Ты не помеха, Кассис. Я просто волнуюсь, что что-то может пойти не так…
— …
— Нет, почему ты вообще это скрываешь? А вдруг мои родители узнают!.. Нет. Это не то.
Почему я сегодня не могу говорить?
Я еще больше запуталась в своих бессвязных словах и мысленно застонала.
Чем больше я говорила, тем глубже я падала в яму.
Я поговорю с тобой, как только мой разум немного прояснится.
Слова вырывались поспешно, так как я беспокоилась, как бы с Кассисом не случилось что-нибудь неладное, пока он откладывает свое возвращение в столицу.
Поскольку оригинальный роман претерпевал изменения, я беспокоилась, что мои действия могут стать эффектом бабочки и повлиять на болезнь Кассиса.
Лекарство не должно было никуда исчезнуть. Но в моем юном сердце продолжала расти тревога за него.
Причина изменения оригинального романа во многом была связана с моим поведением.
Вот почему я была встревожена.
Я попыталась успокоить свое колотящееся сердце.
Не нервничай. Все будет хорошо.
Кассис некоторое время молчал. Он просто смотрел в пол.
Через мгновение Кассис оказался прямо передо мной.
— Ч-что?..
— Эвелин.
Когда он оказался слишком близко, я постаралась избегать его взгляда, потому что стеснялась. Кассис тихонько позвал меня. Так что, естественно, мне пришлось посмотреть на него.
— Ты действительно хочешь, чтобы я так поступил?
Он уставился на меня так, будто просил меня сказать ему не уходить.
Но я сделала вид, что не заметила этого, и ответила со всей своей горячностью:
— Конечно. Лекарство найдено. Нет причин не ехать.
— Нет причин не ехать?
— Тебе не придется больше делать эти ужасные уколы. Ты будешь здоров и проживешь долго-долго.
Кассис плотно закрыл рот, услышав мои слова. Через некоторое время он тихо пробормотал:
— Но тебя не будет в столице.
— Что?
Что я сейчас услышала?
Я моргнула, услышав слова Кассиса. Это было настолько нереалистично, что я об этом даже не думала.
Почему мне нужно быть в столице?
— Тебе не грустно, что я должен уехать?
— …
Я не могла вот так сразу сказать, что я расстроена.
Потому что это была эмоция, отличная от грусти. Хотя я не могла точно определить, что это такое.
Но для Кассиса мое молчание, похоже, значило что-то другое. Он пробормотал очень противоречивым тоном:
— Да, у тебя есть братья и сестры Поем, Даниэль и Филипп, а также Фасолинка и Руби, так что не было бы проблемой, если бы у тебя не было никого, похожего на меня. Я уверен, ты скоро меня забудешь. Но я...
— Кто это сказал?
— …
Как меня злят твои слова!
Я холодно посмотрела на Кассиса, оборвав его речь.
И тут Кассис вздрогнул.
Он впервые увидел мое лицо таким. Но если я не буду выглядеть серьезно сейчас, когда же еще мне такой быть?
Я принялась отчитывать Кассиса, возможно, чересчур эмоционально.
— Ты — это ты. Никто не сможет тебя заменить.
— …
— Почему ты так думаешь? Поэтому ты не решался ехать в столицу? Ты думаешь, я просто забуду о тебе?
— …
Кассис не ответил. Он закусил губу.
— Я не забуду. Я не смогу забыть. Как я могу забыть все то время, что провела с тобой? Я никогда тебя не забуду.
Я покачала головой и попыталась донести до него эту мысль. Возможно, если бы я повторила это несколько раз, он бы понял.
Забыть…
Я никогда не забуду детей, которые ушли из детского сада.
Я, легко отдающая свое сердце мимолетным отношениям, никогда не забуду Кассиса, отношения с которым были гораздо важнее любых других.
— Я что, выгляжу такой бессердечной? А? Скажи мне, Кассис.
Кассис отшатнулся и плюхнулся в кресло, когда я резко ответила.
Казалось, он потерял силу в ногах.
— Правда?.. Ты уверена, что не забудешь меня? —спросил он неопределенно, с надеждой на лице.
Его глаза ясно сияли, как будто он хотел снова обрести уверенность.
Меня глубоко тронул его дрожащий голос.
— Конечно нет, ты, идиот!
Я взглянула на него, размышляя, что делать.
— Когда поедешь в столицу, не забудь меня! Если забудешь меня, я тебя убью!
Да, я думаю, я знаю значение этого чувства.
Я боялась, что Кассис сделает то же самое, что и другие дети из детского сада.
Я расстроилась, потому что не хотела, чтобы Кассис забыл обо мне, и хотела, чтобы он продолжал помнить обо мне, даже когда уедет в столицу.
Мне было очень неловко признаться в этом, но я знала.
Я помню свою прошлую жизнь. Мне когда-то тоже было десять лет. Я могу много на это жаловаться.
— Пообещай мне! Быстро!
Я подошла к Кассису, все еще сидевшему с отсутствующим видом, и протянула ему мизинец.
Поклянись на мизинчиках!
Кассис посмотрел на мою руку, осторожно взял ее и нежно прикоснулся губами к тыльной стороне моей ладони.
Я моргнула от этого внезапного жеста.
Этот жест был более серьезным обещанием, чем просто сцепленные пальцы.
Подобно тому, как рыцарь клянется в верности даме, он показал мне свою волю сдержать клятву.
— Я обещаю.
Голос Кассиса звучал тихо, как прекрасная мелодия.
— Э-э-э... верно.
Я почувствовала себя немного неловко и быстро выдернула руку. Я не хотела продолжать чувствовать себя так странно.
Затем Кассис тихо прошептал:
— Я очень рад, что приехал сюда.
При этих словах глаза Кассиса слегка прищурились.
Это было так красиво, что я улыбнулась, не осознавая этого.
***
На следующий день.
За чаем с графом и графиней Монстера Кассис объявил, что с ним связались из столицы.
Он спокойным тоном объяснил, что в столице нашли лекарство, и добавил, что не забудет ту милость, которую оказали ему люди, проявлявшие заботу о нем все это время.
Я молча слушала Кассиса, сидящего рядом с родителями.
Как я и думала, в присутствии взрослых Кассис совсем не походил на ребенка.
Если бы я была действительно десятилетней Эвелин, у меня были бы проблемы с таким Кассисом.
— ...Туда трудно добраться вот так сразу, поэтому я думаю остаться еще на неделю или около того.
— Неделя... Это слишком мало, — сказала графиня с ноткой сожаления.
Ей всегда было жаль, что у меня нет братьев.
Может быть, именно поэтому она была так рада, когда Кассис приехал к нам, чтобы поправить свое здоровье.
Возможно, она хотела подарить мне брата, хотя бы на какое-то время.
Поскольку я была единственной дочерью графини, она, вероятно, не хотела, чтобы мне было одиноко.
Как она и хотела, Кассис действительно заботился обо мне как друг и старший брат.
Прошло много времени с тех пор, как Кассис стал незаменимым человеком в замке Монстера.
— Мне потребовалось много времени, чтобы принять решение, поэтому мне дали только неделю, — спокойно объяснил Кассис.
Однако он не мог отложить выполнение приказа, так как до этого он в тайне от всех решил не выполнять приказов герцога Уркио в принципе.
Вероятнее всего, это была великая милость, что герцог Уркио дал ему хотя бы неделю.
Графиня не могла скрыть своего сожаления по поводу объяснений Кассиса, но не стала настаивать на том, чтобы он оставался дольше.
http://tl.rulate.ru/book/45778/5249666
Готово:
