Пролетело четыре года. Хотя Тяньи уже стал юношей, из-за высокого уровня культивации и болезненного вида он казался подростком лет тринадцати-четырнадцати, не старше.
Он все еще пребывал на ранней стадии Формирования Ядра. Ему так и не довелось пройти через Малое Бедствие Ветра, во время которого ветер бедствия должен был обточить и отшлифовать его ядра, превращая их в истинно совершенные сферы.
Когда у культиватора на стадии Формирования Ядра только рождается ядро, оно лишь кажется идеально круглым, на деле же оно полно изъянов. У обладателей разноцветных ядер низкого качества они и вовсе порой не похожи на сферы. И лишь после Бедствия Ветра духовное ядро обретает форму безупречного шара, а сила культиватора многократно возрастает.
Но в случае с Тяньи возникла дилемма: даже если оставить в стороне вопрос о том, выдержит ли он Малое Бедствие Ветра со своей хаотичной ци, успех принес бы лишь новые беды. Количество хаотичной ци снова увеличилось бы, что привело бы к эффектному самоподрыву тела. Пока эта проблема не решена, он оставался заперт на раннем этапе, не смея бросить вызов трем малым бедствиям стадии Формирования Ядра.
— Кхе-кхе, — Тяньи прикрыл рот платком, заходясь в приступе кашля. Когда он отнял руку, на белой ткани алели пятна крови. Но вскоре багрянец исчез, оставив лишь чистую белизну. Тяньи убрал платок в свое пространственное хранилище.
— Молодой господин, — не удержалась от тревожного возгласа стоящая рядом пожилая женщина с седыми волосами и морщинистым лицом. Несмотря на старческий облик, кожа ее была белой и нежной, как у новорожденного младенца.
Тяньи отмахнулся:
— Все в порядке. Не в первый раз я харкаю кровью за эти годы… и даже не в первый раз за сегодня.
Пожилая женщина промолчала.
Они вдвоем шли по садам Дворца Нефритового Пика. Со времен Небесного Бедствия при формировании ядра Тяньи жил здесь, во дворце своей матери. И не один – вместе с ним здесь находились сопровождающая его старейшина, почтенный стадии Единения в преклонных летах, и его младшая сестра.
— Старший брат Тяньи, бабуля Мэн, — Даои поприветствовала их, завидев на дорожке.
— Младшая сестра, я слышал, ты открыла один из своих Восьми Необычных Меридианов, — поздравил ее Тяньи. — Ты уже совсем близка к стадии Возведения Основания. В честь такого события прими от меня небольшой подарок.
Не дожидаясь ответа, Тяньи извлек гигантский боевой молот – само навершие было больше его собственного торса – и вложил его в руку Даои, которая по привычке потянулась навстречу.
Как только Тяньи разжал пальцы, молот с оглушительным грохотом рухнул на землю. Благо, даже плитка во Дворце Нефритового Пика была из тех сокровищ, что с трудом поддаются разрушению даже Бессмертным. Иначе от удара наверняка пошла бы глубокая трещина.
— Старший брат! — Беспомощно вскрикнула Даои, глядя на громоздкое оружие, которое едва могла сдвинуть.
— Старший брат, это же… ты уже дарил мне алебарду, а до этого – трехконечную двустороннюю пику, — в голосе Даои слышалось отчаяние. — Не думаю, что мне подходит хоть что-то из этого списка.
— Глупости, — отрезал Тяньи. — Обладать ими не вредно, как и практиковаться. На самом деле, ты можешь просто доставать их и демонстративно размахивать. Младшая сестра, с твоей красотой и твоими особыми обстоятельствами фактор устрашения просто необходим.
И в самом деле, по сравнению с тем, что было четыре года назад, благодаря росту культивации изысканные черты Даои стали еще краше. Особенно теперь, когда она начала наносить легкий макияж, отчего ее облик расцвел, подобно цветку. К тому же, на фоне других учениц того же возраста и ранга она казалась довольно миниатюрной, что заставляло Тяньи за нее переживать. При том, что сам он не был ее выше.
Даои оставалось лишь молча принять заботу старшего брата. Однако ее не покидало чувство, что Тяньи специально навязывает ей это грубое и свирепое оружие. От одной мысли о том, как она яростно крутит алебарду или молот, Даои внутренне содрогалась. Контраст между ее тонкими руками и рукоятью оружия, которая была толще ее самой… это было слишком «прекрасно». Настолько, что она не могла заставить себя думать об этом дольше секунды.
Тяньи улыбнулся. «Какое оружие подарить ей следующим? Может, косу? Хмм, нужен повод… может, когда она откроет следующий меридиан?»
— Младшая сестра Даои, не возникало ли у тебя в последнее время трудностей? Можешь спрашивать меня. Я тут освежал в памяти основы и изучил множество руководств по культивации. Возможно, я смогу дать совет, — предложил Тяньи. И действительно, за последние четыре года он бессчетное количество раз перерывал архивы в поисках техник, применимых к его ситуации.
С помощью матери и различных старейшин он наконец научился циркулировать ци и сражаться, не опасаясь немедленного самоподрыва.
— В целом, у меня такое чувство, будто этих Восьми Необычных Меридианов во мне просто не существует. Они неосязаемы и эфемерны, словно находятся вне пределов досягаемости, — призналась Даои. У нее ушел целый год на то, чтобы открыть хотя бы один-единственный меридиан.
Более того, чем больше меридианов она открывала, тем труднее давался следующий. Теперь она куда глубже понимала, почему Ся Юйшань был так потрясен тем, что Тяньи открыл все восемь разом.
— Это нормально. Я тоже чувствовал нечто подобное в свое время, — сказал Тяньи, вспоминая дни, когда он впадал в ярость от невозможности ощутить эти меридианы. — Младшая сестра, слышала ли ты фразу: «лучше всего тебя знает твой враг»?
Даои кивнула:
— Да, это значит, что враг видит тебя яснее, чем ты сам.
— Верно. Однако почему враг должен знать о тебе больше, чем ты? Разве это не парадокс? — Даои вновь кивнула. — Не буду углубляться, но не происходит ли это просто потому, что мы сами недостаточно хорошо себя знаем? Трудно заметить в себе черты, о существовании которых даже не подозреваешь, но для постороннего они очевидны. Однако с телом все иначе.
Даои навострила уши. Она чувствовала, что Тяньи подходит к сути.
— Как владельцы своего тела, мы должны знать его лучше всех. И лучший способ добиться этого – отсечь все внешние чувства. Зрение, обоняние, слух, вкус и осязание. В таких условиях ты обнаружишь в своем теле больше, чем когда-либо знала. Но, — Тяньи сделал паузу, — сказать легко, а вот испытать на себе… Сможешь ли ты сохранить спокойствие, лишившись всех чувств – это уже другой вопрос.
Даои замолчала, обдумывая предложение. Оказаться в сенсорной депривации – это куда хуже, чем сидеть взаперти в пустой комнате без общения. Она знала, что в такой среде человеческий дух ломается, и со временем можно просто сойти с ума.
— Разумеется, это должно происходить под присмотром моей матери. С ее опытом она сможет контролировать твое состояние, — добавил Тяньи.
— Я понимаю. Старший брат, ты тоже проходил через это? — Спросила Даои, и во взгляде Тяньи мгновенно появилось отсутствующее выражение.
— Хе-хе, у меня все было гораздо хуже, — ответил Тяньи. Даои не решилась расспрашивать дальше, хотя ей очень хотелось – «стеклянные» глаза брата ее не на шутку напугали.
— Но старший брат все равно потрясающий! Теперь, достигнув этого этапа, я понимаю это еще отчетливее, — искренне похвалила она.
Тяньи невольно выпрямил спину. Кому не приятна похвала, особенно от близкого человека? — Слушай, младшая сестра, может, есть какой-нибудь артефакт, который ты хочешь, чтобы я выковал? В последнее время я увлекся ремеслом. У меня даже идеи закончились.
Даои на мгновение задумалась и спросила:
— А может старший брат выковать сапоги или туфли?
«Обычно просят мечи или щиты, верно? Кто вообще просит одежду?»
Хотя Тяньи так подумал, виду он не подал:
— Конечно, младшая сестра. Я немного практиковался в этом, моих навыков должно хватить, чтобы создать артефакт уровня стадии Возведения Основания.
Даои, улыбаясь, принялась описывать то, что ей нужно. Тяньи почувствовал, как дернулась его губа. «Даои описывает туфли на платформе, не так ли? И она хочет платформу дюйма в три».
Согласившись на просьбу Даои и перекинувшись еще парой слов, Тяньи ушел вместе со старейшиной Мэн.
— Старейшина Мэн, как вы думаете, сколько меридианов сможет открыть младшая сестра? — Спросил он.
— Трудно сказать, — ответила старейшина Мэн. — Но на мой старческий взгляд, ученица Цзян больше предрасположена к культивации души, так что количество меридианов в будущем не будет для нее столь критичным.
— О? — Удивился Тяньи. Культивация души была, пожалуй, самым сложным и эзотерическим методом, ведь она затрагивала саму суть бытия. Те, кто идет по этому пути, имеют колоссальное преимущество перед равными по рангу и могут напрямую атаковать душу противника – корень жизни культиватора. К сожалению, по-настоящему эта сила раскрывается лишь на стадии Зарождающейся Души. И еще один печальный факт: преодолеть Небесное Бедствие Вознесения к Бессмертию через культивацию души куда труднее, чем через любую другую систему.
Тяньи предпочел бы, чтобы Даои выбрала духовный путь и стала Бессмертной, нежели выбрала путь души и пала во время своего Вознесения.
Когда он вернулся в свою кузницу во дворце, та была завалена всяческими безделушками и недоделками: гигантский голем высотой не меньше пятнадцати метров, громоздкий палаческий тесак, мечи западного образца, щит, способный трансформироваться в лук, и даже доспехи. Но Тяньи так и не успел доковать сапоги для Даои, так как вскоре получил вызов от главы секты.
На пике Цзючжун, где находилась резиденция главы, Тяньи увидел множество учеников – от стадии Формирования Ядра до стадии Зарождающейся Души, а также нескольких почтенных стадии Единения.
— Старший брат Ся, — Тяньи нашел Ся Юйшаня и направился к нему.
— Младший брат, выглядишь гораздо бодрее, — заметил Ся Юйшань.
Тяньи огляделся и узнал нескольких учеников, стоявших рядом с Юйшанем.
Вэй Даин был двойным культиватором духовной и боевой систем, находясь на стадиях Формирования Ядра и Открытия Акупунктурных Точек, как и он сам.
Хэн Хуэшэн был учеником на стадии Зарождающейся Души, как и Ся Юйшань, и считался его хорошим другом.
Цзи Шуе тоже достигла стадии Зарождающейся Души, но на ней взгляд Тяньи задержался чуть дольше – просто потому, что она была девушкой. «М-да, пропорция мужчин и женщин в секте явно нарушена. Видеть старшую сестру Цзи – это как глоток свежего воздуха».
Но был там и человек, которого Тяньи не знал – он не носил форму Бессмертной секты Бучжоу. Ся Юйшань, заметив это, поспешил представить незнакомца.
— Младший брат Си, это сильнейший ученик стадии Формирования Ядра из Секты Меча-Монолита, Хэ Юнли. Хотя он находится лишь на пике формирования ядра, он способен сражаться на равных с грандмастерами стадии Зарождающейся Души.
— Приветствую, собрат даос Хэ, — Тяньи улыбнулся и поприветствовал гостя. От Хэ Юнли исходило ощущение непоколебимости, граничащей с занудством.
Тяньи не нашел ничего странного в том, что Хэ Юнли мог сражаться с теми, кто выше рангом. Во-первых, он был учеником первоклассной секты, а во-вторых, культиваторы оружия, особенно мечисты, славились умением бить выше своей весовой категории. «Интересно только, выковал ли он уже свое связанное жизнью оружие».
— Приветствую, собрат даос Си, — отозвался Хэ Юнли. — Впервые встречаю знаменитого сына Императрицы Меча. Подумать только, ты и впрямь на стадии Формирования Ядра. Похоже, не все слухи лгут.
Тяньи почувствовал, как дернулась губа. Ему показалось, или этот Хэ его провоцирует?
— Ха-ха, мастер формирования ядра в неполные двенадцать лет. Младший брат, не говоря уже о других сектах, даже многие из нас поначалу в это не верили, — вмешался Ся Юйшань, разряжая обстановку и подтверждая подозрения Тяньи.
— Ты оправдываешь свою славу дитя Бессмертного Императора. Надеюсь, на Собрании Связи Трех Небес нам представится шанс сразиться.
На протяжении всего остального разговора Хэ Юнли то прямо, то иносказательно намекал на спарринг – и чем скорее, тем лучше. Но, к счастью, благодаря присутствию соучеников, Тяньи не позволил Хэ Юнли добиться своего.
«Ты издеваешься? Мне нужно беречь силы для Собрания Связи Трех Небес, а потом еще для руин Бессмертного Двора. Я не собираюсь тратить энергию и доводить себя до кровавой рвоты только ради того, чтобы ты потешил свое эго в бою со мной!»
Вскоре глава секты Ся собрал всех учеников и старейшин, огласив информацию и указания касательно предстоящего Собрания. Тяньи даже заметил нескольких старейшин стадии Бессмертия, стоявших подле главы.
«Тяньи, ты уверен, что сможешь участвовать в Собрании Связи Трех Небес?»
Тяньи услышал голос прямо в голове и мгновенно узнал интонации главы секты Ся.
«Да. Пока я не перенапрягаюсь, большинство мастеров формирования ядра не составят труда. Если же мне придется выложиться на полную, я смогу обменяться парой приемов даже с грандмастерами зарождающейся души».
Услышав это, глава секты Ся остался удовлетворен.
Внезапно с небес хлынуло неописуемое давление. Все задрали головы: в вышине возникла трещина, из которой вышли двое Бессмертных. Тяньи узнал их в тот же миг. Одной была его мать, а другой – великий старейшина Чжан, Императрица Пустотной Туши.
— Великие старейшины, по какому случаю вы почтили нас своим присутствием? — Спросил глава секты Ся, приветствуя прибывших.
Мэнфэй хранила молчание, когда они приземлились рядом с главой. Первой заговорила великий старейшина Чжан:
— Я давно никуда не выходила. Так случилось, что мне захотелось развеяться и посмотреть мир. Я присоединюсь к путешествию на Собрание Связи Трех Небес. Надеюсь, глава секты не против?
Против? Да как он мог быть против? Хотя великий старейшина Чжан последние столетия почти не показывалась миру, из-за чего многие молодые культиваторы о ней позабыли, когда-то ее имя гремело так, что не было человека, который бы его не знал. А уж причины, по которым столь почтенная особа вдруг решила вмешаться в такое мелкое дело, как Собрание, были очевидны – стоило лишь взглянуть на стоящую рядом великого старейшину Си.
Великий старейшина Чжан взошла на борт бессмертного ковчега, за ней последовали другие Бессмертные из Бучжоу и подчиненных сект, затем культиваторы стадии Единения, Зарождающейся Души и, наконец, Формирования Ядра.
Тяньи невольно сравнил этот ковчег с материнским. Если корабль его матери был изящной яхтой, то этот – настоящим круизным лайнером! Когда Тяньи направился к трапу, окружающие его люди напряглись. Он обернулся и увидел мать, идущую к нему.
— Ты… — начала Мэнфэй и запнулась. — Когда уедешь, обязательно хорошо ешь… хорошо спи… береги себя… и… возвращайся целым.
Мэнфэй говорила так, будто декламировала по книге, то и дело замолкая, чтобы вспомнить заученные слова. Тяньи беспомощно улыбнулся.
— Хорошо, я понял, мама.
Мэнфэй кивнула и перевела взгляд на старейшину Мэн, что безмолвно стояла за спиной Тяньи.
— Позаботься о И-эр вместо меня, старейшина Мэн.
— Разумеется, великий старейшина.
Только в этот момент, когда старейшина Мэн заговорила, многие осознали ее присутствие. Казалось, она стала прозрачной для окружающих, заставляя их не замечать себя – даже других почтенных стадии Единения.
Попрощавшись, Тяньи и старейшина Мэн взошли на борт бессмертного ковчега и отправились на Собрание Связи Трех Небес. Глаза Тяньи сияли надеждой: он предвкушал, что наконец найдет решение своей проблемы.
http://tl.rulate.ru/book/44693/13676293
Готово:
