7 мая 1972 года. Школа Шармбатон.
Тихой и теплой французской ночью, одна из трех самых знаменитых и престижных школ была погружена в сон. Спали уставшие ученики, готовящиеся к годовым экзаменам, а кто-то, и к выпускным. Спали учителя, которые устают не меньше, а то и больше учеников, пытаясь засунуть в пустые и не желающие наполняться головы учеников знания так, чтобы они не вывалились хотя бы к следующему уроку. Спала на своей созданной под заказ, огромной, трехметровой в длину и ширину, кровати директор Олимпия Максим, созерцая любовные грёзы. Ведь какая женщина не хочет почувствовать себя любимой, тем более женщина с таким большим, во всех смыслах, сердцем? Спали даже вечно неугомонные феи, что без устали пьют нектар и изредка позволяют насладится своей красотой другим. Разве что изредка был слышен стрёкот сверчков. В этой сонной идиллии, обители Морфея, кралось два силуэта, чьи лица и волосы, даже если бы вокруг был день, были скрыты банданами. Но вокруг царила безлунная ночь и их коварные передвижения и планы некому было раскрыть. Вот в руках одного из них появляется прутик, который начал выписывать пируэты. Первый взмах — и они перестали издавать какой-либо шум. Второй — и они стали невидимы. Третий — и примятая под их ногами трава выпрямилась, не выдавая их передвижений. Невидимые взмахи продолжались один за другим и вот, их не сможет учуять ни одна собака, увидеть любое технологическое устройство и даже их аура стала незаметной. Невидимые и неслышимые, они все равно были осторожны — не стоит недооценивать постоянно модернизирующиеся охранные системы столь древней и могучей школы, ведь очень многие смельчаки и глупцы погорели на этом.
Вот, перед ними появилось первое препятствие. Казалось бы, с виду, обычный подстриженный газон? Но нет, это была хват-трава, которая печально знаменита тем, что захватывала вторженцев и не давала им сдвинуться с места. Если же попытаться вырваться из ее хватки — она впрыскивала парализующий яд, не сильно токсичный, но большинству хватало и этого. Остановило ли это загадочные силуэты? Ничуть. Один из них уже давно предполагал подобное и вытащив из бездонной сумки серебристый порошок, посыпал им траву, отчего та успокоилась и пропустила их, совершенно не пытаясь задержать. Пыльца сонного цветка действовала не только на животных, людей и магов.
Дальше было два пути: попытаться подняться на второй этаж к третьему слева окну, где находилась их невинная цель или попытаться пройти через двери. Казалось бы, возьми метлу и вот, ты у цели. Но это была ловушка на дурака, мало того, что окна были скрыты сложной иллюзией и ты никогда не знал куда попадешь — к злобной комендантше или куда тебе надо, так еще и сигнализация сработает при попытке взлететь. Можно было бы использовать другие чары, но и тут не все так просто — пробить зачарованное стекло крайне сложно и даже если это удастся, сигнализацию никто не отменял. И все, финита ля комедия. Поэтому, путь был один.
Вскрыв входную дверь обычной «алохоморой», глупый вторженец не знал бы, что таким образом он бы сразу выдал себя. Поэтому, второй вторженец, вытащил из сумки ключ, который будто менял форму на ходу и вставив его в замок нужно было лишь подождать. Наконец, отмычка перестала дергаться в замочной скважине и с легко различимым щелчком замок отворился. Дальше, наложив на петли чары, которые не позволят выдать скрипом двух существ, они осторожно вошли внутрь. Первый хотел уже было быстро ринуться во внутрь, но второй придержал его рукой и покачал головой. Дальше им приходилось избегать контуры ловушек и сигнальных чар. Стоит отдать должное вторженцам, ведь второй будто знал куда и как наступать, а первый ступал след в след. Иногда им приходилось переносить друг друга «левиосой» и «левикорпусом», иногда прятаться от бдительных патрулей и стараться унять дыхание и сердцебиение, чтобы не выдать себя. Наконец, они вышли к своей цели, и в этот момент первый чуть не совершил фатальную ошибку, смахнув каплю пота с взопревшего лба на пол. В последнюю секунду ее успел поймать второй, осуждающе качая головой, пеняя на неопытность первого. Тот только извиняюще пожал плечами в ответ.
Самое сложное — дверь цели, ведущая в индивидуальную комнату. Такие помещения выделяются только за очки заслуг и только на год. Привилегия достойная лучшая из лучших и потому имеющая лучшую защиту. На вскрытие только магических контуров у опытного знатока чар, первого, ушло около часа. На улице занимался рассвет и следовало спешить. И вот, дверь наконец-то поддалась. Благо, что с механикой замка справилась артефактная отмычка.
Двое вторженцев с ликованием в эмоциях вошли внутрь, не забыв прикрыть за собой дверь. Они оказались в комнате, где все говорило о том, что в ней живет юная девушка. Мягкие, пастельные цвета бежевого и нежно-голубого цветов обоев с геометрическими узорами. Движущиеся колдографии матери и, по всей видимости, друзей в рамках на полках. Наиболее часто встречалось фото длинноволосого, похожего на девочку, парня, с серьезными голубыми глазами, что не подходили столь детскому и красивому лицу. На двуспальной кровати с голубым балдахином, раскинув волосы цвета спелой пшеницы, не по-женски храпела хозяйка комнаты в позе звезды. Ее ночнушка задралась, открывая виду шелковое красное белье, но не позволяя рассмотреть подробности. В особенности начавшие формироваться и притягивающие взор округлости, которые уже почти затмили угловатость подростка. Первый сильно покраснел и второй тут же закрыл ему глаза, после чего махнув палочкой, скрыл постыдные непотребства, могущие смутить незрелый ум.
Осторожно подойдя, они направили палочку на не подозревающую об опасности девушку и… выстрелили салютом, который превратился в сияющие золотом слова:
«С Днем рождения, Аполлин»
***
— Ай, больно! — цыкнул Патрик, которому Апполин ваткой, смоченной в зелье, обрабатывала ожог на груди.
— А какого черта, вы, два идиота, пробрались в мою комнату? — Зло спросила девушка, специально шлепнув по ожогу парня, вызвав еще один стон боли. Сам виноват, я вот сразу «Протего» поставил, предсказав реакцию. К слову, девушка больше не злилась, как вначале, а скорее смущалась и была счастлива, что мы не забыли об ее дне рождения, пусть и таким способом.
— Не могли иначе меня поздравить? Я не знаю, допустим, как НОРМАЛЬНЫЕ люди? — С нескрываемым сарказмом поинтересовалась она.
— Мы не люди, вообще-то. И ты же говорила, что я занудный и редко веселюсь. Что теперь-то не так?
— Не используй мои слова против меня же. И насчет занудства, я не имела ввиду, что нужно против всех правил влезать в женское крыло и ко мне в комнату! А если бы вы меня увидели в непотребном виде? Не видели же? — Засмущалась она? Патрик, держись! Не выдавай нас!
— Ну, Патрик! — Возопил я к небесам, видя, как краснеет мой друг. Эх, тебе еще столькому нужно научиться мой ученик, подумал я, уворачиваясь от новых огненных шаров.
***
После жестокого избиения бедного волчонка, ибо меня поймать было не так уж и просто, а также восстановления комнаты после чуть не начавшегося пожара, мы наконец-то смогли сделать то, зачем пришли — поздравить и подарить подарки. Я решил прочитать речь, так как мой коллега был не в состоянии. Пусть я и накинул на него малое исцеление, снова замаскировав его под придуманные чары «Парацелус», но морально он был полностью разбит и повержен хрупкой с виду именинницей.
— Буду краток. Апполин, я помню тебя почти все время, сколько себя знаю. — «В новом теле», мысленно добавил я.
— И все это время я не видел более прекрасной и умной девочки, а впоследствии и девушки, как ты. Как и не находил более верного друга. Пусть и не без ссор у нас было, и не без обмана, но это дело житейское и былое. Поэтому ты дорога как мне, так и сраженному наповал твоей красотой, Патрику. А дорогие вещи надо оберегать, поэтому я дарю тебе это.
После чего я вытащил из своей сумки красиво украшенную деревянную коробку в красной обертке и перевязанную зеленой лентой. Апполин быстро разорвала обертку, а я ведь так старался красиво завернуть подарок. Беспощадная. Сама деревянная коробка не была подарком, но я выпендрился и трансфигурацией «вырезал» на крышке картину в виде лица самой именинницы. По бокам же были сценки из жизни с участием нас всех троих, а снизу мое лицо. Внутри находился серебряный кулон на цепочке из такого же металла, укрепленной чарами. В центре кулона была изображена стилизованная гарпия, в которой я хотел показать не только силу и хищность вейл, но и их красоту. Вместо двух глаз гарпии были вставлены небольшие сапфиры, а в руке она держала, будто огненный шар, крупный желтый топаз.
— Какая красота! Спасибо, спасибо, спасибо! — Набросилась на меня с объятьями Апполин и расцеловала от радости мне все лицо. После чего опомнилась, смутилась и спросила. — Поможешь надеть? Твой же подарок.
— Конечно, — согласился я с улыбкой, наблюдая за ревнивым взглядом, пришедшего в себя волчонка. Подруга сдвинула копну своих непричесанных из-за нас волос и я, застегивая подлую цепочку, которая никак не хотела мне в этом помогать, решил-таки обьяснить, что это не просто украшение. — Внешний вид, это скорее мои попытки сделать функциональный артефакт красивым.
— А что он может? — девушка сразу догадалась, что не все так просто с моим подарком, тем более что ранее я дарил ей браслет для вейлы и прочие магические побрякушки, вроде кольца-будильника.
— У него три свойства, — наконец-то я застегнул цепочку и почувствовал в ее эмоциях сожаление, что так быстро справился. — Первое – это предупреждение об опасности. Если кто-то или что-то хочет нанести тебе вред, причем это может быть даже случайно упавший на голову кирпич, он нагреется. Чем опаснее и ближе по времени ситуация, тем сильнее он нагреется.
— Как вредноскоп? — поинтересовался Патрик и я кивнул в ответ.
— Как вредноскоп. Только в более удобной форме. Второе его свойство — это автоматическая установка магической защиты при опасности или по желанию мага. Это можно сделать нажатием на зеленый камень, — я не стал говорить, что амулет — это почти что побочный эффект моих исследований. Я только-только смог научиться запихивать эфирные доспехи в артефакты, да еще и без конфликтов с другими чарами.
— А третий? — спросила Апполин.
— А третий – пробойник, — и, видя округлившиеся глаза понявшего, что это такое, Патрика, я сразу дополнил. — И лучше об этом никому не говорите. Внутри медальона ты сможешь найти три жемчужины, они зачарованы как маяки для пробойника.
— А что это такое? — я уже хотел ответить, но дал слово Патрику.
— Это портключ, который позволяет аппарировать даже из областей под антиаппарационными чарами. Ты где его достал? Он же незаконен!
— Не совсем так. Их нельзя продавать, но делать-то никто не мешает. Тем более что лет триста назад, они были разрешены и найти схемы пусть и сложно, но можно. — Тут я немного слукавил, пробойник мне помогли создать знания о пространственной магии из книги Лераха. Всего-то нужно было расширить канал аппарации и стабилизировать его. Хотя это на словах просто, а на деле я прикончил сотню доппелей, наверное. Не говоря уже о неудачной горе испорченных пробойников.
— И скоро они поступят в продажу? — с легкой обидой спросила именинница. Ну да, с первым браслетом неловко вышло, пусть он и был исполнен в виде красивой змейки и являлся уникальным.
— Никогда не поступят. Может быть похожие по функционалу сделаю для себя и мамы, при желании, могу подарок сделать Жаклин, Патрику, Алену и Людвигу, слишком уж сложно они производятся.
— И слишком опасны они не в тех руках, — удивил меня своим мрачным высказыванием Патрик.
— Верно. Это же идеальное средство побега для преступника. Сделал дело и невзирая ни на какие препоны и атаки можешь убежать. И благодаря заблаговременному предупреждению об опасности, это можно сделать и до прибытия слуг закона.
— Влад, ты уверен? Такая дорогая и серьезная вещь, — кажется, мы напугали девушку, и она уже засомневалась в необходимости такого подарка.
— Конечно, это же подарок. Тем более пока ты сама никому не расскажешь — для всех остальных он будет простым медальоном или неизвестным артефактом, если найдется кто-то более сведущий, — с астральным зрением, например.
— Тогда еще раз спасибо! — обрадовалась она. Подарком Патрика оказалась металлическая анимированная статуэтка самой девушки, которая могла танцевать. Всю работу он проделал сам, пусть и не без моей помощи — я помогал с подбором необходимой литературы и чар. И пусть, его подарок был дешевле моего, но сам факт труда и внимания девушка оценила, и покрасневший герой получил свою долю награды в виде поцелуя в щеку, отчего он снова заалел аки маков цвет. А потом он отправился в медкрыло — лечить ожоги от не в меру вспыльчивого объекта любви. Правда перед этим, нам пришлось пробираться обратно через женское крыло как двум грабителям золотого хранилища США Форт Нокс. И зачем столько ловушек тут?
Так как был учебный день, до самого вечера я со своими друзьями не встречался, кроме завтрака и обеда. Зато после, мы взяли собранные с завтрака круассаны, которые не зачерствели в моей сумке, заваренный мною чай, заранее заказанные совиной почтой сладости и отправились к берегу озера, где наблюдая танцующую с фигуркой Апполин Пикси, наслаждались переливами заходящего солнца на водной глади и приятным вечерним ветерком.
— Друзья, возможно вопрос вам покажется странным и слишком серьезным, но кем вы хотите стать в будущем? — отпив глоток вкусного чаю с мятой, ответил я.
— Я хочу быть аврором, — это снова за сегодняшний день удивил меня Патрик.
— После того случая? — намекая на наше знакомство, спросил я, и парень мне кивнул.
— А я не знаю, — после долгого молчания ответила девушка. — Наверное, это плохо, да?
— Не обязательно. Ведь это значит, что ты можешь стать кем угодно и попробовать множество занятий. Я вот тоже занимаюсь многим, — отхлебнув еще глоток, сказал я.
— Это мы уже заметили, — рассмеялась девушка, закидывая зачарованную конфетку в рот, которая зашипела и взорвалась в виде мини-фейерверка. Забавная штука, язык щиплет. — Но ты сам не ответил, кем хочешь стать.
— Я хочу стать магом.
— Так ты и так маг! — пихнула меня Апполин, из-за чего я чуть чай не пролил.
— Эй, осторожнее! Чай — это святое! — возмутился я. — Я имею в виду, что мне интересна именно магия. Меня не привлекают такие вещи, как титулы и мастерство сами по себе. Деньги у нашей семьи есть, а если будет не хватать — выпустим на рынок еще какой-нибудь артефакт. Мне нравится магия, мне нравится магический мир и его изучение. Взять твой кулон, любой другой посчитает, что это очень дорогой сложный артефакт для подарка. А для меня в радость было сделать что-то новое. Тем более для своей подруги.
— Так ты хочешь стать артефактором? — уточнил Патрик.
— Нет, скорее, Архимагом, — ответил я. Не в том плане, что я хочу достичь его уровня силы, хотя и не без этого, конечно. А его уровня знаний и понимания мира.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/44304/1038039
Использование: