Сайт сообщества «Тауэр».
Этот ресурс, где курсанты общались анонимно, был создан когда-то выпускником – бывшим лучшим студентом факультета, – чтобы безнаказанно ругать заносчивых профессоров. Спустя годы он превратился в неофициальную главную площадку Вавилона.
Курсантам он полюбился не только за удобство, но и за возможность говорить свободно, не оглядываясь на окружающих.
И сейчас главной темой в «Тауэре» был Ли Сехун, а точнее – его экспонат.
«Не понимаю, зачем его так превозносят, мол, лучший в истории» [493]
Даже профессора говорят, что это аномалия из-за навыка, а люди всё равно кричат: «Лучший, лучший!» только потому, что это выглядит необычно.
Я не говорю, что работа плохая, но перехваливать за такое – это уже перебор.
Понятно, что факультет рад появлению лидера, но пора бы и честь знать.
[Аноним 1]: Реально, смешно смотреть, как его вытягивают.
└[Аноним 2]: Ппц, пора бы уже завязывать.
└[Аноним 1]: Самое забавное, что профессора говорят одно, а они сами себе что-то придумывают.
.
.
.
[Аноним 51]: По-моему, у вас просто подгорает.
└[Аноним 1]: Слышь, у вас ещё сильнее.
└[Аноним 2]: Ну вот и фанатики набежали лол.
└[Аноним 13]: Есть люди, которые думают, что если масштабно, то значит круто.
Оригинальность признают лишь до определённого предела. Стоит его перешагнуть – и тебя назовут просто чудаком.
К тому же, объяснение про «особенность навыка» породило кучу негатива: мол, парень просто рисуется, в работе нет сути, или он вообще специально всё подстроил, чтобы привлечь внимание.
Однако были и те, кто утверждал, что узрел истинную ценность работы.
— Почему я не могу его съесть… то есть, купить? — Спросила завкафедрой Борсиппы Рю Ынха.
— Разве после выставки экспонаты не возвращаются во владение курсантов?
Рю Ынха сохраняла бесстрастное лицо, но в её глазах пылал азарт. Стоящий напротив Ким Инчхоль горько усмехнулся.
«Она изменилась до неузнаваемости».
Раньше она не проявляла никакого интереса к делам, выходящим за рамки её обязанностей, но стоило теме коснуться Ли Сехуна, как её поведение менялось.
Видя в ней скорее «Гурмана», чем завкафедрой, Ким Инчхоль начал терпеливо объяснять причины отказа:
— Купить можно что угодно, но только не этого Двойника. Вы ведь и сами понимаете, что это за вещь.
На факультете кузнечного дела Двойников из проекционного сплава создают всего дважды: после поступления и перед выпускной выставкой.
Их хранят, чтобы в конце обучения выставить рядом – это наглядно показывает, насколько вырос курсант за время жизни в Вавилоне.
— Это традиция нашего факультета, и я прошу вас отнестись к ней с уважением.
Ким Инчхоль говорил твёрдо, давая понять, что не намерен уступать. Рю Ынха молча посмотрела на него и коротко кивнула:
— Прошу прощения. Я повела себя неподобающе.
— Что вы, я понимаю ваши чувства…
Когда Ким Инчхоль впервые увидел работу Ли Сехуна, его тоже посетило непреодолимое желание немедленно её изучить.
Каково его понимание оружия, если на свет появилось такое? Он надеялся, что разгадка этого секрета поможет разрешить и его собственные творческие терзания.
«Но именно этот экспонат трогать нельзя».
Конечно, можно было бы просто дать Ли Сехуну ещё проекционного сплава и попросить сделать то же самое, но оба мастера были единодушны в этом вопросе.
«Даже если сделать точь-в-точь, вкус будет уже не тот».
«Это будет лишь подделка, похожая на оригинал».
В мире не существует двух абсолютно одинаковых вещей. Получить и анализировать нечто «почти похожее» – значит лишь ещё сильнее раздразнить своё любопытство.
— Нужно перейти к рабочим вопросам.
— Согласен.
Продолжать этот разговор было бессмысленно – он приносил лишь разочарование, поэтому они сменили тему.
— О Ли Сехуне говорят уже даже за пределами академии. Как он сам на это реагирует?
— Никак. Спокойно посещает занятия и присматривает себе дополнительные курсы.
— Дополнительные курсы…
На факультете кузнечного дела по выбору дополнительных дисциплин можно было примерно предсказать, какое оружие курсант будет создавать в будущем.
Чему же решит научиться Ли Сехун и что создаст на основе этих знаний?
— Лично я думаю… — Ким Инчхоль мягко улыбнулся, отвечая на невысказанный вопрос Рю Ынхи. — Что первым делом он займётся своим телом.
***
Дзынь! Дзынь! Дзынь!
Перед горном ритмично раздавались удары молота.
С каждым ударом раскалённое железо расплющивалось, постепенно превращаясь в клинок. Курсанты, работавшие рядом, вполголоса перешёптывались:
— Ты засёк время?
— …До этого момента не было погрешности даже в одну сотую секунды.
— С ума сойти…
В современной технике ковки, сформировавшейся после появления Башни героев, ключевыми были два фактора.
Первый – равномерное распределение маны внутри руды. Второй – контроль за тем, чтобы руда не деформировалась в процессе закачки маны.
Дзынь! Дзынь! Дзынь!
Если сосредоточиться только на распределении маны, руда искривится. Если же думать только о форме, порядок маны нарушится, и заготовка станет бесполезной.
Поэтому было жизненно важно соблюдать идеальный баланс при ковке. И Ли Сехун сейчас делал это безупречно, без малейшей ошибки!
— Хм-м…
Хан Инсон, ассистент, заменявший преподавателя на уроке Плавки металлов, смотрел на это с неоднозначным выражением лица.
«И чему мне его учить?»
Навыки ковки Ли Сехуна уже были на том уровне, когда советы ассистента ему не требовались. Понимая, что втиснуться со своими замечаниями здесь не получится, Хан Инсон быстро принял решение.
«Этого парня просто оставлю в покое».
Попытка дать неуместный совет могла закончиться позором перед всеми курсантами. Хан Инсон с невозмутимым видом прошёл мимо к другим студентам, а вскоре прозвенел сигнал об окончании урока.
— …
Ли Сехун, без устали бивший молотом, остановился. Весь в поту, он посмотрел на созданные им мечи.
Клинки были выкованы с идеальным соблюдением основ. В них не было ничего особенного, так как это была простая ковка, но если их еще немного доработать, они вполне подошли бы героям низших рангов.
— Хм-м…
Однако взгляд Ли Сехуна, прикованный к мечам, становился всё более яростным, а рука с молотом мелко задрожала.
— Хм-м-м-м…
И в тот момент, когда рука с молотом была готова обрушиться на заготовки подобно молнии…
— Снова хочешь их сломать?
Хан Инсон, который весь урок не решался подойти, незаметно возник рядом.
— Тебе они понадобятся на следующем занятии, так что постарайся не ломать. После уроков по ковке на этой неделе мы должны сдать их в торговый квартал.
— …Сдать?
— А ты думал, откуда факультет берёт бюджет? Мы продаём изделия за пределы академии, и в зависимости от объёмов продаж Вавилон выделяет нам поддержку. Если ты не из богатой семьи, стоит об этом позаботиться.
Оружие продавали боевым курсантам для тренировок или через сторонние фирмы действующим героям. Это было частью системы оценки и одновременно способом дать курсантам социальный опыт.
— …Фу-ух.
Будь это раньше, он бы тут же всё уничтожил, услышав о «сдаче продукции», но если на кону бюджет, придётся пойти на компромисс.
Ли Сехун расслабил руку, сжимавшую молот, и с недовольством осмотрел своё тело.
«Серьёзно, это тело нужно либо полностью переделывать, либо выбрасывать».
С момента регрессии не было дня, чтобы он не проклинал свою физическую слабость, но в последнее время его гнев был близок к точке кипения.
Он хотел обработать Камень тяжелой тьмы – один из материалов, полученных от Людвига, – чтобы создать тренировочные инструменты, но из-за нехватки физических сил не смог даже начать.
«Это был самый простой способ, не думал, что даже он не сработает…»
Он несколько раз пытался сделать это в кузне ночью, но результатом стали лишь мышечные боли и ярость на своё никчёмное тело.
Пока Ли Сехун, вспоминая об этом, скрипел зубами, Хан Инсон, внимательно наблюдавший за ним, спросил:
— Что именно тебя сейчас не устраивает?
— …О чём вы?
— Тебе не нравятся твои физические данные, так ведь? Скажи честно – дело в теле или в мане?
Вопрос Хан Инсона звучал неожиданно серьёзно. Ли Сехун немного подумал и ответил:
— Сейчас – в теле.
Метод обработки Камня тяжелой тьмы, который он собирался использовать, не требовал много маны, но занимал много времени и требовал огромной выносливости.
И именно на выносливости Ли Сехун постоянно спотыкался.
— Тело, значит… Тебе это нужно во время ковки?
— Именно.
— То есть тебе не важно, если сила вырастет только на время работы… А!
Что-то вспомнив, Хан Инсон спросил:
— Тогда баффы будут куда эффективнее тренировок, разве нет?
Глаза Ли Сехуна округлились, и он невольно рассмеялся.
«Как я мог об этом забыть!»
Видно, из-за того, что до регрессии он избегал подобных методов, сейчас он подсознательно даже не рассматривал этот вариант.
Найдя выход из тупика, Ли Сехун вскочил и поклонился Хан Инсону:
— Спасибо за совет.
— Да ладно, мелочи. Баффы бывают разные, так что походи поспрашивай, попробуй всё на себе.
— Есть.
На вступительном экзамене тот казался совсем тюфяком, но сейчас Ли Сехун признал – перед ним действительно старший товарищ, окончивший академию раньше него.
Ли Сехун посмотрел на Хан Инсона, взглянул на меч, который тот ковал в качестве образца, и произнёс:
— При ковке.
— А?
— Вы используете слишком много маны. Сократите до семидесяти процентов, но бейте так, будто концентрируете всё в одной точке. Сейчас так будет лучше.
Ли Сехун вышел наружу, не дожидаясь ответа.
Хан Инсон оцепенело смотрел ему вслед, а когда пришёл в себя, ошеломлённо пробормотал:
— Он что, только что меня поучал?
Первокурсник, который в академии всего пару дней, учит его, ассистента?
В любой другой ситуации он бы взорвался от гнева и накричал на наглеца, но, как ни странно, злости не было.
Потому ли, что это был лучший студент факультета? Или потому, что в этом совете что-то чувствовалось?
— …
Оглядев пустую кузню, Хан Инсон осторожно взял молот, лежавший на его месте.
Дзынь! Дзынь! Дзынь!
И вскоре в помещении раздались удары молота, исполненные странного азарта.
***
— Фу-ух.
Приняв душ и сменив рабочую одежду на форму курсанта, Ли Сехун сразу сел на поезд легкого метро и отправился в сектор Ур, где обитали студенты факультета поддержки.
«Постоянно приходится ездить на метро. То, что здесь так просторно, – не всегда плюс».
Вавилон, если не считать Центральную площадь с Башней героев и особняком Мадурк, делился на три крупных сектора.
Поскольку каждым сектором управляли разные факультеты, атмосфера в них различалась, создавая ощущение разных городов.
«Если в Борсиппе повсюду валяются прототипы и царит творческий беспорядок, то в Уре всё чисто и аккуратно, как в новом районе».
Глядя в окно, Ли Сехун раздумывал, на какой факультет заглянуть первым.
«Даже если цель одна – усиление тела, эффект будет разным в зависимости от используемой техники».
Некоторые способы легко дают силу, но снижают точность, что для кузнеца неприемлемо. У других могут исказиться чувства, и тогда результат будет далёк от чертежа.
Поэтому многие считали, что использовать баффы во время изготовления предметов – только вредить делу. Раньше Ли Сехун был с этим согласен, но сейчас ситуация изменилась.
«В каком-то смысле я сейчас под дебаффом».
Его нынешнее тело было жалкой пародией на то, что у него было до регрессии. Так что усиление способностей баффами сейчас было скорее возвращением к нормальному состоянию.
«Раз мне нужно использовать это постоянно во время работы, лучше выбрать что-то простое, но с высоким показателем длительности».
Пока он отсеивал варианты, из динамиков раздалось объявление:
— Следующая станция – факультет шаманизма.
«Шаманизм…»
Баффы шаманов обычно проще в использовании, чем магические, но их эффект прямолинеен и часто не подходит для тонкой ковки.
«Но показатели длительности у них приличные. Может, заглянуть ради интереса?»
Факультет шаманизма в Вавилоне считался одним из ведущих в Уре. При таком уровне финансирования и знаний у них вполне могли быть баффы с повышенной точностью.
Решив просто разведать обстановку, Ли Сехун вышел из вагона.
— О.
— …
И столкнулся лицом к лицу с Эрикой, лучшей студенткой Ура.
— …
— …
Всё та же бледная кожа и угольно-черные волосы.
Она не только не отвела взгляд, но и вперилась в него ещё пристальнее. Между ними повисла странная атмосфера.
Эрика смотрела так, будто хотела что-то сказать, а Ли Сехун – как будто ждал, когда она заговорит.
Но тишину прервал другой голос.
— Эй ты.
Один из парней, окружавших Эрику, юноша с наглым лицом, вызывающе посмотрел на Ли Сехуна.
— Не загораживай дорогу, отойди.
Он явно пытался говорить вежливо, но тон так и сочился враждебностью.
Ли Сехун, видя перед собой типа, который явно ищет повод для драки, слегка прищурился.
— Это вы должны отойти.
Разве не логично сначала выпустить людей, а потом заходить?
Ли Сехун просто констатировал факт, но юноша и его свита скривились так, будто их только что обложили матом.
Атмосфера мгновенно накалилась, и Ли Сехун даже растерялся.
«Неужели я выгляжу таким слабаком?»
Пока его скверный характер уже готов был дать о себе знать в ответ на необъяснимую агрессию…
— Куда ты идешь? — Тихо спросила Эрика.
Ли Сехун окинул взглядом её свиту и безучастно ответил:
— На факультет шаманизма.
— Зачем?
— Хочу посмотреть, нет ли там чего интересного для дополнительных занятий.
Эрика немного подумала и, приняв решение, произнесла:
— Тогда пошли вместе.
Ли Сехун удивлённо вскинул брови, а её приспешники и вовсе застыли в шоке.
— Что? Госпожа Эрика, но у нас же запланирована встреча…
— Идите без меня.
— Но… старшекурсники очень просили вас присутствовать…
— Мне плевать.
Эрика игнорировала лепетание свиты, ожидая ответа Ли Сехуна. Тот, помедлив мгновение, посмотрел ей в глаза и сказал:
— Не хочу.
И стал свидетелем того, как её глаза в реальном времени полезли на лоб от удивления.
http://tl.rulate.ru/book/44193/12593321
Готово:
