Глава 489. Полное изумление
Это был летательный аппарат, которого Чу Юньшэн раньше никогда не видел: приплюснутый с обоих концов и приподнятый посередине, около тридцати метров в длину и семи-восьми метров в высоту, напоминающий веретено. Снизу, из двух двигателей, извергающих бледно-голубое пламя, один работал нормально, а второй выбрасывал клубы дыма. Понять, что это за штука, было невозможно.
Завязав пояс, Чу Юньшэн отвёл взгляд и, не меняя выражения лица, вернулся в толпу, нашёл голый камень и сел, продолжая незаметно наблюдать за внезапно появившимся летательным аппаратом.
Глубокой ночью, в пустынной, безлюдной местности, встретить такой странный летательный аппарат — это точно было не к добру.
Однако, судя по характеру его полёта, он не был нацелен на жителей посёлка у Обломанного Пика. Судя по тому, как староста Гао описывал низшие слои общества, эти люди, естественно, ещё не «удостоились чести» быть преследуемыми летательным аппаратом. Что касается его самого — это было тем более невозможно.
Не говоря уже о том, что он выбрался наружу всего три-четыре дня назад, в его нынешнем виде вряд ли кто-то мог его узнать. Конечно, Мин, возможно, был исключением — ведь у них была одна и та же жизненная основа. Хотя талисман Фэншоу исчез, некоторые вещи стереть невозможно.
Подумав так, оставалась только одна возможность: возможно, это действительно была случайность — как в эру солнечного света обычные люди натыкались на НЛО. Правда, с какой именно аварийной ситуацией столкнулись эти люди, оставалось только гадать.
Веретенообразный летательный аппарат в мгновение ока приблизился к вершине ущелья. Нижние бледно-голубые двигатели извергали волны жара, но звук был негромким, что говорило о высоком технологическом уровне.
Такое внезапное появление вызвало у жителей посёлка у Обломанного Пика реакцию, которая сильно удивила Чу Юньшэна. Судя по прошлому опыту с человеком в чёрном балахоне, они должны были в панике разбежаться. Однако реальность оказалась иной. Большая группа крестьян в лохмотьях, под всё более холодным взглядом Чу Юньшэна, один за другим пала на колени, распростёршись ниц — от старосты Гао и ниже, без единого исключения.
— Старый Чу, быстрее вставай на колени! Это небесные люди! — один из крестьян, пару раз говоривший с Чу Юньшэном, дёрнул его за полу одежды и очень тихо, из добрых побуждений, предупредил.
Чу Юньшэн, естественно, не собирался становиться на колени. Его крайне раздражала эта привычка падать на колени при любом случае. В его глазах, не важно, что пришёл всего лишь какой-то странный летательный аппарат — даже если бы явился настоящий бессмертный, его колени остались бы прямыми.
Поэтому он продолжал сидеть на месте, невозмутимо разглядывая веретенообразный аппарат.
Тем временем аппарат заглушил двигатели и совершил вынужденную посадку неподалёку на пустыре. Камни и мелкие предметы под ним жалобно захрустели — это говорило о том, что вес летательного аппарата был немалым, возможно, он был загружен тяжелым вооружением.
Взгляд Чу Юньшэна скользнул по распростёртой толпе, и он незаметно сжал в руке несколько атакующих амулетов Юань, на всякий случай.
Кто бы ни вышел из аппарата, если только они не заденут его, Чу Юньшэну было не интересно вступать с ними в конфликт. Каждый идёт своей дорогой, не мешая друг другу. Но незаинтересованность не равна отсутствию подготовки — он всегда был осторожен.
Вскоре на фюзеляже зажглась гирлянда огней, затмившая тусклое пламя костров жителей посёлка у Обломанного Пика. Контраст между современной цивилизацией и «примитивной» в этот момент был особенно разительным.
Задымлённый люк с шипением медленно открылся. Первыми вышли семь-восемь мужчин в форме, держащие в руках одинаковое неизвестное оружие, похожее на винтовки. Они быстро рассредоточились по периметру, заняв оборону.
Убедившись в безопасности, из люка появились две женщины. Одна — с длинными волосами, ниспадающими на плечи, в изящной одежде, подчёркивающей её воздушную фигуру. Другая — с короткой стрижкой до ушей, белокожая, с довольно острым взглядом, одетая в форму, заметно отличавшуюся от формы остальных; на поясе у неё висел серебристо-серый пистолет.
Девушки одна за другой покинули аппарат и ступили на холодную землю ущелья. Они мельком окинули взглядом распростёртую толпу обитателей посёлка у Обломанного Пика, не проявив к ним особого интереса, и даже не взглянули на Чу Юньшэна. Он сидел на земле, смешавшись с толпой, и по высоте почти не отличался от стоящих на коленях, поэтому не привлекал внимания.
Наконец из кабины вышел молодой человек, похожий на офицера, весьма красивый. По сравнению с нынешней внешностью Чу Юньшэна — это была разница между небом и землёй.
Для Чу Юньшэна эти люди не представляли ничего особенного, но для старосты Гао и его односельчан они были чем-то невероятным. Не говоря уже о благородной внешности молодых людей и передовом летательном аппарате — даже сама одежда в их мире могла быть доступна лишь «небесным людям».
Но их почтительное коленопреклонение не привлекло особого внимания «небесных людей» — максимум беглый взгляд. После того как красивый офицер спустился, аппарат издал гулкий звук, и вокруг него образовалось невидимое полусферическое силовое поле, накрывшее аппарат.
Затем, хотя действия людей внутри полусферы были ещё видны, звуков не было слышно совершенно. Очевидно, это было энергетическое поле, блокирующее распространение звуковых колебаний воздуха.
Для старосты Гао и других это было не чем иным, как проявлением «небесных людей» или «бессмертных»! В роскошных, благородных одеждах, в окружении иллюзорного света — их можно было видеть, но не слышать. Всё было настолько таинственно и непостижимо, что под силу только бессмертным «небесным людям»!
Но для Чу Юньшэна раньше тоже было бы невозможно услышать, о чём они говорят — это было ограничением трёхмерного пространства. Органы восприятия трёхмерного человека не могли преодолеть этот щит.
Однако по той же логике, все физические законы действуют только в том измерении пространства, в котором они зародились. Как только измерение преодолевается, всё нужно переопределять заново.
Шестая ответвлённая линия Чу Юньшэна, после долгой закалки в нуль-пространстве, стала яркой и упругой. Эта линия отвечала за восприятие четвёртого измерения. Смотря с более высокого измерения, звуковой барьер, создаваемый стоящим перед ним летательным аппаратом, казался тонким, как бумага, и не играл никакой роли…
— Прошу прощения, моя вина, что заставил вас волноваться! — офицер средних лет вытянулся по струнке и отдал честь.
— Ничего страшного, эта авария не ваша вина. — Женщина с развевающимися волосами, одетая в изящное платье, спокойно улыбнулась.
— Я обязательно как можно скорее отремонтирую истребитель! Кроме того, ядовитый туман в кабине скоро выветрится. Прошу вас вернуться внутрь. Чтобы ваше местонахождение не было раскрыто, я немедленно разберусь с этими людьми снаружи. Вы — особа благородного происхождения. Если эти кровавые дела снова вас оскорбят, мне действительно не будет прощения! — молодой офицер всё время говорил вежливо.
Но его «вежливость» была направлена только на эту женщину. За ней сквозила холодная жестокость, безразличие к другим жизням.
Женщина с длинными волосами, ниспадающими на плечи, слегка нахмурила изящные брови и сказала:
— Не нужно. Они всего лишь презренные дикари, ничего не смогут разболтать. Мне надоело сидеть внутри, как раз хочется проветриться.
Молодой офицер казался очень озабоченным, но все его выражения лица были выверены до мелочей. В конце концов он не стал возражать, отдал воинское приветствие, сказал ещё несколько слов заботы, отошёл от них и направился к двигателю, руководя ремонтом.
Когда он ушёл, две женщины пошли бок о бок в другую сторону.
— Сестрица, мне кажется, ты ему нравишься. Он всю дорогу глаз с тебя не сводил. — Когда вокруг не осталось мужчин, две женщины заговорили шёпотом, не подозревая, что Чу Юньшэн слышит их слово в слово.
— И когда это ты, ледяная красавица, научилась сплетничать, как все? — женщина с длинными волосами сделала удивлённое лицо и посмотрела на короткостриженую. — «Удивлённо» спросила она.
— Это не сплетни. Будь я мужчиной, встретив такую прекрасную и трогательную, к тому же с добрым сердцем красавицу, как сестрица, я бы тоже непременно влюбился! — короткостриженая подмигнула, в глазах сверкнули озорные искры.
— Это не доброта от природы. Просто с детства дядюшка меня учил: став человеком, нельзя забывать свои корни. — Женщина с длинными волосами покачала головой и тихо сказала.
Услышав, что она упомянула своего дядю, в глазах короткостриженой мелькнула трогательная нежность, но она быстро скрыла её и осторожно спросила:
— Сестрица, говорят, раньше взрослый называл тебя сестрёнкой. Это правда или нет?
На прекрасном лице женщины с длинными волосами лежал лёгкий отпечаток грусти. Как и сказала короткостриженая, она вызывала у мужчин желание защитить её, прижать к груди, разгладить её печали.
Но в этот момент, услышав, что кто-то упомянул этот случай, она, что редко бывало, с радостью улыбнулась:
— Это было давно. Тогда дядюшка был ещё маленьким, говорил по-детски. Сейчас ему самому неловко об этом вспоминать.
Услышав это, короткостриженая на мгновение отвлеклась и невольно сказала:
— Неужели? Такой серьёзный и строгий взрослый, оказывается, был таким забавным!
Тут женщина с длинными волосами действительно «удивилась», посмотрев на свою спутницу, но ничего не сказала.
Короткостриженая быстро опомнилась и перевела разговор:
— Сестрица, говорят, позавчера этот мерзавец снова тебя донимал?
Взгляд женщины с длинными волосами слегка помрачнел, только что появившаяся улыбка исчезла без следа, но она всё равно покачала головой:
— Ничего подобного. Просто такие же шалости, как в детстве. Не слушай чужих сплетен.
Короткостриженая холодно усмехнулась и с возмущением сказала:
— Сестрица, ты до сих пор его защищаешь! Я вчера сама своими глазами видела, как этот мерзавец, этот гад пытался тебя обидеть, пользоваться тобой!
Женщина с длинными волосами нахмурила свои тонкие брови, словно огорчённая красавица, и мягко сказала:
— Твой характер никак не исправишь. То «мерзавец», то «гад». Услышат дяди и тёти — тебя строго накажут.
Короткостриженая вскинула свои гордые брови и упрямо сказала:
— Пусть наказывают! Меня уже не раз наказывали. К тому же, где я не права, называя его мерзавцем? Я его хвалю! Каких только пакостей он не творил? Такой подлец — я просто не понимаю, почему дяди и тёти его покрывают? Каждый раз, когда случается беда, страдает куча народа, а ему хоть бы что!
Женщина с длинными волосами ещё сильнее нахмурилась, прерывая её:
— Хватит! Смотри, чтобы кто-нибудь не подслушал. Поплатишься опять ты.
Короткостриженая фыркнула и холодно сказала:
— Подумаешь! Неужели только потому, что он единственная кровная линия того человека? Что в этом такого? Я так скажу: если верхний брус кривой, то и нижний пойдёт вкривь и вкось —
Услышав это, лицо женщины с длинными волосами резко изменилось. В испуге она быстро протянула руку и зажала ей рот:
— Ты жить надоело?! Как можно такое болтать!
Дослушав до этого места, Чу Юньшэн тоже был крайне изумлён. Он смутно понимал, откуда они родом, но когда это у него появилась «кровная линия»?!
***
Эту главу я вчера вечером написал только половину, вторую половину дописывал сегодня на работе, рискуя «головой», улучив свободную минутку. Братья и сёстры, проголосуйте за меня, учитывая, что Пяо Хо шёл на риск гнева начальника!
(Конец главы)
Спасибо что читаете, для вас cтарался HoodRichLife
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/4378/599213
Готово:
