Глава 355. Причуды судьбы
^
— Уа… ааа… уауа… аа…
Казалось, весь мир заполнил лишь детский плач.
— Нет, Большой червяк, нет, ты не можешь, не смей… — словно молясь, взывал в душе Чу Юньшэн.
— Уауа… ааа…
Время словно остановилось. Острые бритвенные ноги Глупого Большого Червяка замерли в опасной близости — менее чем в десяти сантиметрах от нежного личика младенца.
— Большой червяк, нет, умоляю, ты не смеешь, вернись, вернись же! — Чу Юньшэн не мог издать ни звука, но в душе его раздавался отчаянный крик.
Бритвенные ноги Глупого Большого Червяка снова начали опускаться. Ослепительный блеск лезвий почти касался губ младенца.
— Большой червяк, я умоляю тебя, вернись, не вонзай их, не надо, не надо, не надо! Вернись! Вернись же, я умоляю тебя! Прошу тебя! — Чу Юньшэн полностью забыл о раздирающей боли в теле, его душа была на грани полного краха!
Он мучительно закрыл глаза. Этот миг был во сто крат мучительнее, чем если бы он сам умирал. Он никак не мог принять, что его самый доверенный Глупый Большой Червяк вонзит свои бритвенные ноги в беззащитного младенца, такого же, как и он сам, человека!
В этот миг Глупый Большой Червяк собирался пронзить не человеческого младенца, а его, Чу Юньшэна, душу, у которой уже не было пути к отступлению.
Детский плач стих…
Весь мир погрузился в полную тишину.
Чу Юньшэн не осмеливался открыть глаза. Он не знал, как теперь смотреть на Глупого Большого Червяка. Он не знал, как смотреть на самого себя. Кто он — человек или насекомое!?
Всё его тело было окутано бушующим пламенем огненной энергии, но он чувствовал лишь пронизывающий до костей холод, от макушки до пят — не было места, которое не леденело бы!
Он мог принять, что Старый Пурпурный раньше убивал людей — ведь им тогда управлял Минь. Но он не мог принять, что Глупый Большой Червяк, уже способный мыслить самостоятельно, сейчас убьёт беззащитного младенца!
Большой Червяк и он — их пути разошлись. Куда же ему теперь идти!?
Мысли Чу Юньшэна пришли в полный хаос. Словно последний клочок его душевной земли превратился в руины, смысл существования был утрачен — оставалась лишь смерть.
И как раз когда он подумал, что только смерть может избавить его от жестоких мук реальности, в его слуховые органы пробился едва слышный, невероятный, чудесный звук сосания.
— Ммм, мммм…
Сердце Чу Юньшэна дрогнуло. Он тотчас открыл глаза и увидел сцену, которую не забудет никогда, — сцену, что вернула его к жизни.
Бритвенные ноги Глупого Большого Червяка всё ещё висели в воздухе. Голодный младенец изо всех сил сосал их своим нежным ротиком. Звуки «мммм» раздавались именно из этих мягких губ.
Глупый Большой Червяк в этот миг, казалось, пребывал в сильнейшем колебании и борьбе. Ощущение того, как младенец сосёт его ноги, это удивительное чувство, внезапно сделало для него невозможным нанести удар.
Младенец с наслаждением сосал грязную воду, налипшую на кончики бритвенных ног Глупого Большого Червяка. Временами он издавал «мммм», временами улыбался. Каждое движение странным и жутким образом потрясало зарождающийся разум Глупого Большого Червяка.
Он внезапно содрогнулся всем телом, словно что-то глубоко вонзилось в его душу.
Тайком и с тревогой взглянув на вершину Гигантской могилы, Глупый Большой Червяк сделал ещё один поступок, крайне удививший Чу Юньшэна!
Он своими клешнями осторожно подхватил младенца и спрятал его под свой панцирь. Затем, сделав вид, что что-то ищет, он с напускной невозмутимостью, но с явной виноватостью пополз обратно.
…
Незаметно для самого Чу Юньшэна эволюция его второй формы уже завершилась!
Он бесшумно скользнул внутрь Гигантской могилы и стал спокойно ждать Глупого Большого Червяка.
Однако Глупый Большой Червяк, словно нарочно избегая его, только протиснулся со дна могилы, высунул голову и тут же поспешил юркнуть в отдалённый угол вдоль стенки.
— Ты… — Чу Юньшэн на мгновение не знал, что и сказать.
Глупый Большой Червяк тут же подскочил, словно испуганный кролик, и громко ответил:
— Я, я ничего, ничего, не, прятал!
Одновременно он крепко прижимал клешнями щели своего панциря.
— Ты? Ты? — Чу Юньшэн слегка удивился.
Глупый Большой Червяк захлопал глазами и поспешно сказал:
— Я, кажется, немного, ранен. Я, я пойду, лечиться.
— Ты!? — Чу Юньшэн открыл рот от изумления.
Глупый Большой Червяк не осмелился больше говорить с Чу Юньшэном и мигом скрылся, спрятавшись в проходе.
— Уауа… — внезапно в Гигантской могиле раздался детский плач, прозвучавший крайне нелепо.
— Большой червяк? — Чу Юньшэн тоже не понимал, что, чёрт возьми, происходит.
Глупый Большой Червяк, в панике высунув голову из угла прохода, забормотал:
— А, я, я, ничего, ничего, не, слышал.
— Большой червяк! Выходи! — Чу Юньшэну пришлось повысить голос. Он был очень благодарен и тронут тем, что Глупый Большой Червяк всё-таки не нанёс тот удар. Это словно вернуло его к жизни. Ненанесённый удар спас не только его, но и его отношения с Глупым Большим Червяком.
Но он совершенно не понимал, что сейчас задумал Глупый Большой Червяк?
Глупый Большой Червяк, прячась то тут, то там, тихо ответил:
— Я, я лечусь, погоди, погоди.
— Не прячься, я всё видел! — хотя Чу Юньшэну было жаль разоблачать его, но он должен был понять, что тот задумал!
Глупый Большой Червяк мгновенно оцепенел. С испугом и тревогой он спросил:
— Ты, ты всё, видел? Я, я…
— Всё видел. Быстро выходи, мне нужно тебя кое о чём спросить. — уверенно сказал Чу Юньшэн, стоя на платформе из переплетённых труб.
Глупый Большой Червяк сразу сник и, уныло умоляя, произнёс:
— Ты, ты не, убьёшь… его?
— Нет! — Чу Юньшэн на мгновение остолбенел. Глупый Большой Червяк на самом деле боялся, что он убьёт человека? Разве это насекомое, которое раньше ненавидело людей?
Глупый Большой Червяк с удивлением поднял голову:
— Пра, правда?
— Разве я когда-нибудь тебя обманывал? — возразил Чу Юньшэн, в душе его мелькнуло странное чувство.
Но Глупый Большой Червяк, казалось, всё ещё не мог ему поверить. С сомнением он произнёс:
— Но, но, это же, человек, человек.
— Я знаю. И к тому же он инородный источник. — спокойно сказал Чу Юньшэн.
Глупый Большой Червяк тут же взволнованно возразил:
— Нет, не, не правда, он не, инородный.
Он отрицал это на словах, но его вид безжалостно выдавал его. В конечном счёте, он был насекомым, не умеющим врать.
Чу Юньшэн покачал насекомьей головой и не стал разоблачать его жалкую ложь. Какая разница, инородный он источник или нет? Это всего лишь младенец, только пришедший в этот мир. В чём его вина?
— Ничего страшного. Я обещаю не причинять ему вреда. — Чу Юньшэн был очень благодарен Глупому Большому Червяку. Его поведение сейчас полностью превзошло все ожидания Чу Юньшэна.
Глупому Большому Червяку ничего не оставалось, как только выползти по проходу. Он достал младенца из-под панциря и положил на трубную платформу.
Но он вытянул одну клешню, всё время сохраняя позу, готовую в любой момент отдёрнуть младенца назад.
— Большой червяк, он человек, а мы насекомые. Что ты собираешься делать? — Чу Юньшэн взглянул на уже уснувшего младенца и тихо спросил.
— Я, я не, не знаю. — Глупый Большой Червяк подумал немного и растерянно ответил.
— Почему ты, почему ты не убил… — Чу Юньшэн не знал, как задать этот вопрос.
— Я, то, же, не, не знаю. — Глупый Большой Червяк, напряжённо глядя на Чу Юньшэна, ответил.
Чу Юньшэн вздохнул. Может быть, это «причуды судьбы над насекомыми». Помолчав, он сказал:
— Я придумаю, как отправить его обратно к людям.
Глупый Большой Червяк раскрыл свою огромную жвалую пасть, хотел что-то сказать, но под взглядом Чу Юньшэна, робея, снова закрыл её.
В этот момент до Чу Юньшэна наконец дошло. Он в крайнем изумлении выпалил:
— Неужели ты хочешь его вырастить!!!?
Услышав это, Глупый Большой Червяк в испуге подскочил и, отчаянно пытаясь скрыть правду, забормотал:
— Я, я, я…
На душе у Чу Юньшэна потеплело. Глупый Большой Червяк сделал то, что когда-то не смог сделать даже он сам. Какая сила заставила его проявить такое сострадание к человеческому младенцу?
Он не знал. Теперь Глупый Большой Червяк начал казаться ему загадкой. Откуда взялся его разум? Почему он так сильно отличается от всех остальных насекомых? Словно какое-то божество во тьме решило подшутить над ним.
— Большой червяк, еда людей отличается от нашей. Мы не сможем его выкормить. Его обязательно нужно отправить обратно, иначе он скоро умрёт с голоду. Понимаешь? — терпеливо объяснил Чу Юньшэн.
— По, понимаю… — Глупый Большой Червяк никогда не сомневался в мудрости и знаниях Чу Юньшэна. Перед ним он всегда испытывал какое-то необъяснимое чувство неполноценности.
— Оставь его мне. А ты быстро займись восстановлением Гигантской могилы. Пока энергия с тел тех щупальцевых монстров не рассеялась, затащи их всех внутрь и раствори. Не теряй времени, выведи одного вторичного червя-строителя могил. Нам нужно больше энергии, чтобы построить больше могил для червей. — сказав это, Чу Юньшэн спрятал младенца под свой панцирь и отдал распоряжение.
Глупый Большой Червяк тупо смотрел на младенца, которого убрал Чу Юньшэн, словно потерял какое-то сокровище, и безвольно промычал в ответ.
Чу Юньшэн легко спрыгнул с платформы из переплетённых труб, скользнул по проходу в глубь могилы и быстро вылез наружу. Ему нужно было лично отправиться в Сянцзян или в город Ста Островов, чтобы найти выживших людей, которым можно было бы передать младенца.
Энергии, заключённой в тушах четырёх гигантских щупальцевых монстров, было достаточно, чтобы Глупый Большой Червяк вывел одного вторичного червя-строителя могил. Как только будет возведена вторая Гигантская могила, будь то способность к производству червей или способность к получению энергии, всё значительно возрастёт. Затем последует третья, четвёртая… и так до десятой.
Чу Юньшэн верил: если здесь будет стоять десять Гигантских могил, пусть даже пустых, пусть даже в их слизистой зоне не будет ни одного червя, ни люди, ни другие монстры никогда не осмелятся напасть!
Чу Юньшэн, чьё тело стало вдвое больше, двигался гораздо быстрее. В тусклом свете он был подобен ярко-красной тени, пересёк горный перевал и устремился прямо к Сянцзяну.
Сянцзян — место, которое когда-то называли краем рыбы и риса, — таил в себе много продовольствия. Выжившие люди бродили здесь исключительно ради этого.
Опасаясь снова столкнуться с гигантскими щупальцевыми монстрами, Чу Юньшэн, добравшись до окраины Сянцзяна, немедленно подавил свою огненную энергию и перешёл в бесшумное состояние маскировки с изменением окраски.
Эта особая способность, приобретённая им в подводном мире озера через пожирание и эволюцию, позволяла ему, словно призраку, проникать в беззащитный город.
У него был ещё один смелый план, почему он отправился в Сянцзян, а не в город Ста Островов.
Вернув младенца людям, он собирался найти того тяжело раненого гигантского щупальцевого монстра, поглотить его и получить его ужасающую регенеративную способность.
В подземном озере он бесчисленное количество раз экспериментировал: только пожирание живых организмов позволяло эволюционировать и перенимать их способности. Поэтому те четыре туши под Гигантской могилой были уже бесполезны.
Чу Юньшэн бесшумно переползал от одного здания к другому, внимательно прислушиваясь к звукам вокруг. Слух насекомых был чрезвычайно развит; если внутри находились люди, он непременно их услышит.
Примерно через полчаса он услышал чей-то шёпот возле небольшого здания. Как раз когда он собирался подползти ближе, он увидел, как внутрь вбежала чья-то фигура, источающая мощные энергетические колебания, ничуть не уступающие Чёрному Королю из Цзиньлина.
— Приказ господина: только успех, никаких неудач! … У неё на голове трещина, её легко опознать… Немедленно начинайте поиски!
^
(Конец главы)
Спасибо что читаете, для вас cтарался HoodRichLife
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/4378/515025
Готово:
