Готовый перевод I Am This Type of Woman / Я такой тип женщины [Завершено✅]: Глава 62.2

Три месяца назад, когда в результате покушения погибла Чжан Гунчжу, эти люди выглядели такими печальными, как будто умерла их собственная бабушка, но теперь они даже не потрудились разыграть спектакль.

Мир был бессердечным местом. Двое из них, брат и сестра, с тех пор были ряской, плывущей по воде, без поддержки или без кого-либо, на кого можно было бы положиться, всё равно что ходить по тонкому льду.

 – Пожалуйста, не горюйте слишком сильно, – послышался молодой и немного незрелый голос. Кан Нин подняла голову, это был Шицзы из резиденции Цзинтин хоу. Другие крупные дома прислали своих управляющих, чтобы присутствовать, но резиденция Цзинтин хоу прислала своего Шицзы, чтобы лично выразить свои соболезнования, это действие имело больший вес, чем другие.

Кан Нин ошеломлённо отдала честь в ответ, затем продолжила оцепенело шагать вперёд. Слишком много слёз было пролито за эти несколько дней, на данный момент больше ничего не могло выйти.

Если бы резиденция Цзинтин хоу знала, что смерть Чжан Гунчжу связана с ними, это уличное подношение не было бы сделано. Цзюньчжу Кан Нин посмотрела на бумажные деньги, плавающие в воздухе, и горько рассмеялась. Единственной резиденцией, которая искренне поднесла уличное подношение, был дом, которому их семья причинила вред. Что за шутка.

Фу Ван (1) всегда говорил им быть осторожными, всегда быть начеку. Но, в конце концов, это он сам толкнул их семью в бесконечную пропасть.

В прошлом она мечтала стать Гунчжу, но проснулась от этого сна. К счастью, нынешний Император был тем, кто хотел хорошо выглядеть в глазах других, поэтому он не стал обнародовать, что его собственный брат пытался убить его, или что он не был любимым сыном предыдущего Императора. Чтобы выглядеть великодушным, он позволил им двоим, брату и сестре, остаться в живых. Даже несмотря на то, что... У брата была повреждена нога, а её левая рука была изуродована.

Когда они проходили мимо особняка юсяна, она увидела очень простой уличный стол для пожертвований у входа, он даже не охранялся. Девушка внутренне усмехнулась, как и ожидалось от резиденции юсяна, они будут "управлять лодкой, пока дует ветер". Неудивительно, что они это делали.

 – Цзюньчжу Кан Нин, – Цзян Юй Чэнь был в деревянном инвалидном кресле, он увидел, как его сестра смотрит на уличное предложение особняка юсяна. – Пойдём.

* * *

Во дворце Да Юэ Император Юнь Цин сидел за Императорским столом, он бесстрастно слушал, как тайная стража докладывает об уличных предложениях различных заведений.

 – Чжэнь не удивлён, что семья Бань может это сделать, – услышав отчёт о семье Бань, лицо Императора Юнь Цина действительно расплылось в улыбке. – Только они – те, у кого чистое сердце.

Он также был доволен тем, что Жун Ся не передал результаты расследования семье Бань. В противном случае, с темпераментом семьи Бань, в этот момент они бы разбили гроб Хуэй Вана вместо того, чтобы отправить своего Шицзы стоять рядом с уличным столом для пожертвований.

Жун Ся был хорошим, семья Бань была хорошей, с ними он всегда чувствовал себя непринуждённо. Только семья Ши, они стали смелее...

* * *

 – Господин бо, шуся не понимает, – в густом лесу Ду Цзю стоял позади Жун Ся, наблюдая за одетыми в чёрное мужчинами, занятыми неподалёку: – Фу Лэ Цзюньчжу – не лучший выбор.

 – Для меня она – лучший выбор, – Жун Ся натянул чёрный плащ, чтобы прикрыть свою голову: – Ду Цзю, ты перешёл все границы дозволенного.

Лицо Ду Цзю мгновенно изменилось:

 – Шуся неправильно выразился!

Жун Ся завязал свой плащ:

 – Возвращайся в город.

* * *

 – Кто это? Комендантский час уже прошёл. Нет приказа, вход воспрещен! – стража на вершине городских ворот мгновенно насторожилась при виде группы всадников, приближающихся снаружи.

Лидер одетых в чёрное людей достал кусок золотого значка, он блестел отражением яркого света от факелов. Стражники также увидели чёрные атласные ленты с золотой вышивкой, висящие на шее лошадей. Стражник сложил руки в поклоне:

 – Шуся был груб. Шуся прикажет им открыть ворота сейчас. Сказав это, он использовал свой факел, чтобы жестом позвать тех, кто стоял под городскими воротами позади него.

Группа быстро и внушительно вошла в городские ворота и вскоре исчезла в кромешной тьме ночи.

* * *

 – Жу И, – что-то разбудило Бань Хуа, она села и спросила: – Разве снаружи не было звука лошадиных копыт?

 – Вероятно, это стражники, патрулирующие город, – Жу И подошла к занавеске кровати Бань Хуа: – Но нуби ничего не слышала.

 – Это так? – Бань Хуа зевнула и снова легла под одеяло: – Который сейчас час?

 – Цзюньчжу, это сань гэн (2), – услышав время, Бань Хуа немедленно закрыла глаза, пытаясь снова заснуть как можно скорее.

Эксперт по женскому здоровью сказал, что бодрствование во время сань гэна может повредить лицу женщины, поэтому эту инструкцию определённо нельзя игнорировать.

Она спала без сновидений. Слуги сказали, что Чэнъань бо прибыл, когда Бань Хуа ещё была в полусне. Только после того, как она умыла лицо, девушка начала просыпаться.

 – Цзюньчжу, здесь Чэнъань бо. Вы ещё не приоделись, даже привели себя в порядок. Как Вы можете быть такой неспешной? – Жу И увидела, что Бань Хуа всё ещё сонно сидит на кровати, и беспомощно сказала: – Позвольте нуби помочь Вам переодеться.

 – А? – Бань Хуа потёрла лицо: – Жу И, ты должна понять. Мужчина, который умеет ждать, очень привлекателен.

Жу И мысленно проворчала:

"Нет, нуби не знает, какой мужчина привлекателен, но нуби знает, что ты умеешь заставлять мужчин ждать".

* * *

В главном зале Бань Хэн сидел с Жун Ся уже почти полшичэня. Чай меняли дважды, но его сестра всё ещё не прибыла.

 – Жун бо, моя сестра, она...

 – Я не договаривался о встрече с Цзюньчжу. Я опрометчиво пришёл без приглашения и предварительного уведомления и нарушил отдых Цзюньчжу.

Бань Хэн дотронулся до своего носа, не в силах говорить дальше.

Одна сторона любила давать пощёчины, другая сторона любила получать пощёчины. Что ещё можно было сказать?

 – Жун Ся, ты здесь? – Бань Хуа вошла в комнату, всё ещё в простой одежде, с серебряной заколкой для волос. На её лице не было косметики, но она выглядела освежающе.

 – Хуа Хуа, – Жун Ся поднялся со стула, с улыбкой спросил: – Я пришёл опрометчиво, я нарушил твой покой?

 – Всё в порядке. Обычно я встаю примерно в это время, – Бань Хуа подошла к нему. – Погода довольно хорошая, ты здесь, чтобы сводить меня поесть лапши?

 – Да, – Жун Ся кивнул: – Сегодня яркое солнце, это хорошо для прогулки.

 – Хорошо, пойдём, – Бань Хуа немедленно кивнула, она повернулась, чтобы уйти.

 – Сестрёнка, ты не завтракаешь? – спросил сзади Бань Хэн.

 – В этом нет необходимости. Я хочу сэкономить место в моем желудке, – Бань Хуа покачала головой: – Если я поем сейчас, я не смогу есть что-то другое.

Жун Ся улыбнулся Бань Хэну:

 – Шицзы, не хочешь пойти с нами?

 – В этом нет необходимости. Я только что позавтракал, я не могу больше есть. Вы можете идти, – Бань Хэн фальшиво улыбнулся.

Они оба были мужчинами, как можно было не понять намерения другого? Если бы он пошёл с ними, Жун Ся больше не смог бы улыбаться.

____________________

1. 父王 (fùwáng) – исторический термин – Фу Ван – обращение детей к своему отцу, который носит титул Вана.

2. 三更 (sāngēng) – сань гэн или третья ночная стража – третий из пяти периодов ночного дозора в старые времена, примерно с двадцати трёх часов до первого часа ночи.

http://tl.rulate.ru/book/41874/3498315