Передал все камни духа и золотые монеты трем женщинам. В мгновение ока пространственное кольцо Сяо Дуня опустело, остались только перхоть и фу, да меч Мулун.
Сяо Дунь с горечью сел на свое место, вздохнул и выпил много вина. Казалось, что он собирается закончить год за один раз.
Ничего не могу поделать, теперь, когда я беден, бедный Динь-Динь звонит, что значит, карманы чище, чем лицо, просто Сяо Дунь, по всему телу одна золотая монета, не вывернешься.
Глядя на Сяо Ду со скорбным лицом, маленькая Ни Гу Линъяо тоже засмеялась, держа Сяо Ду за руку.
"Ну, есть еще мы, у брата Сяо Дуна нет денег, но у нас есть деньги. Если брат Сяо Дун захочет что-нибудь в будущем, мы просто купим это для тебя. "
Маленькая девочка улыбается, пахнет словами, Сяо Дуну хочется плакать, что это такое? Вы вырастили себя в собственном кошельке?
Когда в будущем ты надумаешь купить что-то наугад, ты должен сообщить об этом трем женщинам, стоящим перед тобой. Сяо Дунь чувствует, что его будущее мрачно.
Сильная голова опускается, чтобы выпить, в то время как сердце Сяо Ду тоже принимает мрачное решение.
"Нет, я отвечаю за свое будущее. Черт, у меня просто нет денег. Похоже, я найду способ спрятать деньги в частной комнате позже. "
Сердце Сяо Дуня, естественно, не сравнимо с сердцем обычных людей, и он быстро приободрился. В это время этот продукт уже придумывает, как спрятать деньги в частной комнате в будущем, что называется политикой. Есть и контрмеры.
Успех и три главы Сяо Дуня, эмоции трех женщин, очевидно, намного улучшились, и в то же время отношения между ними стали намного более интимными, что обнадеживает Сяо Дуня.
В конце концов, все они сами по себе женщины. Если бы они враждовали друг с другом весь день, то у Сяо Дунь действительно были бы головные боли, но теперь, кажется, этой проблемы больше не существует.
Они с удовольствием посидели за ужином и поболтали.
Что касается Ван Бена, то его уже закинули за голову четыре человека.
Однако этим четверым было наплевать на Ван Пэна, но Ван Пэн так не думал. Он уже был избит Сяо Дунем, ничего не сказав, а затем одной ногой вышвырнут из Ямы. Ван Пэн впервые связался со своей семьей.
Королевская семья Ван Бэна - группа номер один в древнем городе. Не может быть. Королевские предки - святые древней святой секты. Это не сравнится с обычными людьми.
В этом древнем городе никогда не было таких больших потерь, Ван Пэн поклялся, что заставит Сяо Дуня выглядеть хорошо.
Более чем через полчаса королевские стражники и отец Ван Бэна поспешили к башне ветра и ступили прямо на второй этаж, как увидели Ван Бэна, лежащего на проходе.
Уголок его рта все еще был испачкан кровью, волосы разметались, а слова были жалкими. Отец Ван Бэна поспешно подошел и с беспокойством спросил.
"Бен, ты в порядке? Не пугай папу..."
Ван Бэнь - единственный сын, поэтому с самого детства он был деликатно усыновлен своими родителями. Конечно, отец Ван Бена не является большим персонажем в королевской семье, но, по крайней мере, их отец и сын также являются королевскими отпрысками, поэтому он все еще имеет определенный голос в королевской семье.
Это не так, Ван Бен музыкальная нота, его отец пришел с более чем дюжиной королевских охранников, даже принес королевское подношение, с большой честью культивирования.
Увидев прибытие своего отца, он не знал, откуда взялась сила Ван Бэна. Он стоял, дрожа. Его глаза были полны ненависти. Он посмотрел на Яму, где находились четыре Сяо Дуня, и сказал, стиснув зубы.
"Папа, я убью этого маленького ублюдка. "
"Хорошо, хорошо, хорошо. Папа, наверное, убил его, чтобы отомстить за тебя". Когда Ванг Бен услышал это, его отец без колебаний ответил ему.
Возможно, с точки зрения отца и сына, такие люди, как Сяо Дунь, даже если он был учеником древней священной секты, убили бы, если бы убили его. Ну и что?
Царские предки - святые.
Во время разговора Ван Пэн, поддерживаемый своим отцом, вышел за пределы Ямы. Как и в предыдущем Сяо Ду, королевский стражник одной ногой открыл дверь, а затем вошла группа русалок, мгновенно окружив группу из четырех Сяо Ду, находившихся в Яме.
После того, как их окружили королевские стражники, отец и сын Ван Бэна также вошли внутрь.
Увидев трех дочерей Цинь Шуйчжоу среди элегантной одежды, глаза отца Ван Бэна тоже приобрели потрясающий цвет. Такая красивая женщина - настоящая встреча в мире.
В его глазах мелькнула одержимость, но отец Ван Бэна был по меньшей мере стариком. Естественно, столица должна быть глубже, поэтому вместо того, чтобы показать эту одержимость, он перевел взгляд на Сяо Дуня.
При виде Сяо Дуна лицо отца Ван Бэна, естественно, мгновенно утихло, а во рту появилось легкое убийственное намерение: "Это ты обидел моего сына? "
Услышав эти слова отца Ван Бэна, Сяо Дунь выпил глоток алкоголя и повернулся к отцу и сыну. Сяо Дунь не убил его раньше, хотя даже если бы он убил Ван Бэна, Сяо Дунь не удержался бы, чтобы не убить за такую мелочь.
Если бы он не убил Ван Бэна, то, естественно, не боялся бы мести со стороны семьи Ван. Поэтому, услышав слова отца Ван Бэна, Сяо Дунь слабо произнес.
"Не убив его, вы сохранили лицо вашей королевской семьи. "
В этих словах не было паники. Я слышал, что отец Ван Бэна снова выглядел немного сомнительным. Он был таким высокомерным ребенком. Он осмелился быть таким агрессивным перед лицом семьи Ванг.
Молчаливый старик рядом с ним бросил взгляд. Старик был жертвой, принесенной отцом Ван Бэна из его семьи. Он обладал великой и успешной культивацией.
Такая модификация не вошла бы в число древних священных религий, но в великих семьях древнего города это уже незаменимая сила.
Отец Ван Бэня не сомневался в силе подношения, но увидел, как отец Ван Бэня бросил на себя взгляд. Подношение также было шагом вперед. Уникальное давление высокочтимого человека распространилось, и он с яростным напором подошел к Сяо Дуню.
С точки зрения этого признания, Сяо Дунь так молод, какой же рост он может исправить?
Чтобы подавить Сяо Дуня давлением, но, к сожалению, под давлением этого признания, Сяо Дунь все еще чувствует себя комфортно, и на его лице все еще нет никаких пятен. В связи с этим признание также скрыто в его сердце, и кажется, что он о чем-то догадывается.
В отличие от таких отбросов, как отец и сын Ван Бэнь, это подношение может быть возделано до состояния даосизма. Естественно, это не пакетик вина. В то же время, хорошо известно о ситуации над материком Тяньхэ.
Зная, что такие люди, как Сяо Дунь, могут комфортно чувствовать себя под собственным гнетом, есть только одно объяснение, что Сяо Дунь является, по крайней мере, квази-сыном, иначе Сяо Дунь никогда не смог бы противостоять собственному давлению.
При мысли о том, что Сяо Дун может быть квази-сыном, подношение несколько испугалось, но в этот момент Сяо Дун также слабо произнес.
"Отвали, если тебе это не нравится, пусть твои предки приходят лично, вы, ребята, не квалифицированы. "
(Избранное, Лунные билеты, Рекомендации!
http://tl.rulate.ru/book/39197/2474650
Готово:
