В штаб Партиса с передовой примчался гонец на лошади.
«Главное! Главное! Рыцарь с рыжими волосами Зоан убил принца Туриуса! Отряд Туриуса разбит!»
Услышав неожиданную весть, генералы и феодалы были потрясены.
«В настоящее время Зоан сражается с отрядом Димона, находящимся в тылу. Однако отряд Димона также вынужден отступать. Димон просит подкрепления!»
Внезапно возникшая ситуация заставила генералов и феодалов растеряться, но только Партис немедленно принял решение.
«Хорошо! Немедленно отправляемся на помощь войскам Димона! Возьмите мои копья!»
Сказав это, он сам возглавил войска и направился к линии фронта. Генералы и феодалы пришли в панику.
«Подождите, Ваше Высочество! Вы, главнокомандующий армией, не можете отправиться на передовую! Это недопустимо!»
«Да, Ваше Высочество! Если с Вами что-нибудь случится, это будет страшная беда!»
Генералы и феодалы были в панике, и это было понятно. У армии Эрдоа, загнанной в смертельный угол, был только один способ переломить ситуацию. Это было убить Партиса, главнокомандующего армией Романии. И вот Партис сам вышел навстречу врагу, что было верным самоубийством.
Генералы и феодалы встали перед Партисом, который уже собирался броситься в самую гущу сражения, и стали отговаривать его.
Но Партис с удивленным выражением лица ответил:
«Что вы говорите? Этот страшный и яростный копье не направлено на нас».
Партис указал своим жезлом на место, где Димон и Зоан вели ожесточенную схватку.
«Если наши войска поддержат тыл отряда Димона, то это будет как крышка для Зоана, пытающегося прорваться. Сейчас Зоан и его люди окружены нашими войсками и находятся в положении рыбы в кастрюле с огнем. Если рыба пытается выпрыгнуть из кастрюли, то, естественно, нужно накрыть ее крышкой, не так ли?»
Я понимаю, что Партис имеет в виду.
Но для этого нельзя подвергать опасности Партиса, главнокомандующего армией. Это будет равносильно помощи врагу.
К тому же, Зоан и его люди не могут прорвать сильную линию тяжеловооруженных пехотинцев без потерь. Если мы будем держать оборону, то даже самый сильный враг не сможет нас остановить.Кроме того, хотя отряд Димона и прорвался, он не был полностью уничтожен, а с тыла его преследует генерал Октавиус. Если они догонят его, то вместе с основными силами мы сможем окружить врага и на этот раз уничтожить Зоана и его людей.
Старшие вельможи пытались убедить Партиса в этом, но тот выглядел озадаченным и сказал:
«Я же говорил вам, что их ярость направлена не на меня».
Генералы и феодалы смотрели на Партиса с недоумением, когда вдруг снова вбежал гонец.
«Глашатай! Глашатай! Срочное сообщение от Димона! Рыжий Зоан ведет ожесточенное наступление, его уже невозможно остановить!»
Как будто ждав этих слов, отряд Димона распался, и даже издалека было видно, как из него выскочили воины Зоана во главе с ярко-рыжим Зоаном.
Партис воскликнул от восхищения.
«О! Бросив оборону, они пошли в отчаянный прорыв! Хотя он и вражеский полководец, но он великолепен! Должно быть, это знаменитый военачальник!»
◆◇◆◇
Зуг, подняв победный клич, отдал приказ воинам.
«Вперед, последний рывок! Воины, дайте сигнал на барабанах! Мы прорвемся!»
И Зуг, встав на четвереньки, под звуки барабанов, бросился вперед.
Ритм барабанов донесся даже до Гарама, который находился в последнем ряду зоанцев.
Невозможность скрыть содержание барабана — это недостаток барабана Зоана. Но в этот раз это стало преимуществом. О том, что Зуг прорвался через вражеские ряды, стало известно сразу, и на лицах воинов Зоана, которые уже были готовы к смерти, появились улыбки удовлетворения.
То же самое произошло и с Гарамом.
«Молодец, Зуг!»
Гарам сразил двух романских солдат двумя мачете, а затем тихо приказал Сишуру, который стоял рядом.
«Дай сигнал барабаном своим товарищам. Мы будем кричать в такт».
Сишур немедленно перевел приказ Гарама в ритм барабана.
Шишул ударил по барабану один раз, и воины одновременно вдохнули.
Шишул ударил по барабану еще раз, и воины задержали дыхание.
А когда Шишул ударил по барабану в третий раз, воины выдохнули, превратив задержанный воздух в рев, и зарычали.
Это был ужасающий звук.
Римские солдаты, которые, воспользовавшись тем, что воины Зоана остановились, собирались атаковать, были потрясены этим звуком. Некоторые бросили копья и заткнули уши, некоторые упали на землю, а некоторые, пытаясь убежать, столкнулись с товарищами, стоявшими позади, и упали.
Перед таким уродливым зрелищем Гарам отдал приказ.
«В отбой! За «Гневными когтями»!
Воспользовавшись замешательством романских солдат, Гарам и его люди развернулись под ритм барабанов Шишура. Все они с детства играли под ритм барабанов, и их действия были слаженны, как у зонцев.
Римские солдаты не смогли мгновенно отреагировать на резкий поворот Зоана, который, после ожесточенной битвы, вдруг развернулся и бросился бежать. Одни ошеломленно смотрели ему вслед, другие пытались броситься в погоню, но, увидев ошеломленных товарищей, остановились.
Генерал Октавис гневно крикнул беспомощным солдатам.
«Что вы стоите как вкопанные! Быстрее, преследуйте Зоана и его людей!»
Под криками генерала Октависа солдаты в спешке начали преследование.
◆◇◆◇◆
«Я впервые вижу генерала с такой яростью! Хотел бы, чтобы он стал моим подданным!»
С восхищением произнес Партис и хлопнул ладонью по руководящему жезлу.
Для командующего войском это было высшей похвалой.
Генералы и феодалы покраснели от стыда.
В разгар сражения их главнокомандующий Партис так высоко оценил их подданного, что даже захотел взять его в свои подданные. Это означало, что они провалились на глазах у главнокомандующего.
Генералы и феодалы зарычали.
«Ах, вы, звери!
Укрепите штаб! Это последние агонические рывки врага! Защитите принца Партиса!»
Генералы и феодалы громко кричали солдатам, приказывая укрепить оборону в ожидании атаки Зоана.
Однако...
Зоан и его люди, которые, казалось, собирались броситься на штаб, вдруг разбежались в разные стороны.
«Что... что это такое...?!»
Генералы и феодалы, которые были уверены, что Зоан и его люди собираются атаковать, были ошеломлены, увидев, как те разбежались в разные стороны, демонстрируя им свои бока.
Ошеломленные неожиданным поворотом событий, генералы смотрели вслед убегающих зоанов и, увидев, куда они направляются, ахнули от удивления.
Перед зоанами пролегала дорога, ведущая прямо на юг.
«Неужели они собираются бежать?!»
Зоан, став на четвереньки, мог бежать со скоростью лошади. На пересеченной местности с возвышенностями и препятствиями это еще можно было бы понять, но на ровной дороге человеку было не догнать его, даже бежав со всех ног.
Однако для генералов и феодалов еще более шокирующим было то, что они были прорваны в лоб.
«Не смей нас дурить! Я никогда не слышал, чтобы отступали, прорвавшись в лоб!»
Генералы и феодалы были ошеломлены.
Если бы это было просто отступление, показав спину врагу, то даже если бы они успели убежать, их бы высмеяли за «быструю бегство». Однако это было отступление после мощного удара в лоб в виде прорыва фронта. Это оставило после себя только глупость армии Романии, которая позволила им уйти.
Тем более, отступление после прорыва фронта врага — это нечто неслыханное. То есть, это сражение, которое войдет в историю. Но не как сражение, которое прославило победителя, а как сражение, в котором потерпел поражение. Для почитающих честь генералов и феодалов это было непростительно.
«В погоню! Не дайте Зоанам уйти!»
Вслед за отрядом Димона и генералом Октависом, которые уже начали преследование, генералы-феодалы, находившиеся в главном лагере, также собрали войска и собрались броситься в погоню.
Но Партис остановил их.
«Прекратите. Наши противники — зоаны, которые бегают на четырех ногах со скоростью лошадей. Мы ни за что не догоним их. — Отправьте гонца Димону и Октавису, чтобы они прекратили преследование».
Если тратить солдат на бесполезную погоню, то лучше уже атаковать врага, который все еще медлит с отступлением в горы. Однако Димон и Октавис, в ярости, отчаянно преследовали зоанов, и большая часть войска была отвлечена на них, в результате чего фронт ослаб.
Таким образом, зоаны не только обеспечили себе отступление, но и помешали преследованию своих союзников.
«Хм. Они нас обманули».
Сказав это, Партис наклонил голову.
«Но что делает Пиата?»
Сотня волков, по-видимому, не понимала ситуацию и медленно продвигалась вперед от главного лагеря. Вероятно, они давали отдохнуть лошадям, которые были измучены при штурме вражеского лагеря.
Но если Партис знал Пьяту, то тот уже давно переместил бы сотню воинов за отряд Димона, чтобы прикрыть их, и не позволил бы им так легко отступить.
Некоторое время Партис смотрел на сотню воинов, а затем широко раскрыл глаза.
«Что? Я не чувствую боевого духа Пьяты. Куда он делся?»
http://tl.rulate.ru/book/38695/6263372
Готово:
