Глава 740. Фрагмент Девяти Небес
Центральный континент.
В небе летали белые цапли, стояла прекрасная погода. В воздухе парили три Бессмертных Гу седьмого ранга, прибывшие из Секты Боевых Бессмертных.
— Если верить словам Бессмертного Короля Обезьян, мы на месте… — Цянь Жу Сянь огляделся вокруг.
Стройный кареглазый мужчина с умиротворённым взглядом одет в зеленый мундир.
— Ничего необычного не замечаю… — Владыка Долины Мин Хэ в белых одеждах огляделся. — Очевидно, что отверстие грота, о котором говорилось в письме, закрылось. Но чтобы проверить, действительно ли мы пришли по адресу, нам понадобится помощь Божественной Матери.
Рядом с ним стояла бессмертная Гу. В золотом одеянии, красивая и элегантная, она излучала величие и достоинство. Эта бессмертная была известна как Божественная Мать Цзюэ Кун. В собравшейся компании её можно считать старейшиной, ведь ей за девятьсот лет.
Божественная Мать Цзюэ Конг закрыла глаза, используя свой секретный метод. Её аура оставалась стабильной. Через некоторое время она открыла глаза и шумно выдохнула.
— Врата Звёздного Неба расположены здесь, вне всяких сомнений.
Услышав это, остальные бессмертные воспрянули духом.
— Дитя Семи Звёзд в те времена росло в уединении и совершенствовалось, не издавая ни звука. На самом деле, его грот-небо даже поглотило фрагмент голубого неба… — пояснила Цянь Жу Сянь. — Благодаря чему Звёздное Небо существует по сей день. Это невероятно.
В эпоху Незапамятной Древности в мире мастеров Гу насчитывалось девять небес. Красное, оранжевое, жёлтое, зелёное, лазурное, голубое, фиолетовое, белое и чёрное вместе образовывали девять небес. Но семь из девяти небес были уничтожены детьми Рэн Цзу. Остались только чёрные и белые небеса, сменяющие друг друга. Ребёнку Семи Звёзд крупно повезло: он тайно поглотил фрагмент голубого неба, что позволило его гроту существовать доныне, а не превратиться в отмершее отверстие.
Незапамятные девять небес являлись девятью разными мирами. Апертуры бессмертных тоже были мирами, и миры могли поглощать друг друга. Самым известным примером служило Жёлтое Небо Сокровищ. В те времена владелец сокровищ Жёлтого неба — Бессмертный восьмого ранга, даос Бесчисленных Сокровищ, неожиданно получил фрагмент мира Жёлтого неба. После того, как он соединил его со своим грот-небом, образовались необыкновенные сокровища, которые также существуют до сих пор.
— Как только грот-небо поглощает фрагмент девяти небес, то получает непредсказуемую мистическую силу. Сила апертуры тоже становится неограниченной. — с завистью произнёс Владыка Долины. — Кроме того, бедствия и несчастья на время отступят или совсем исчезнут. Если я смогу получить такой фрагмент мира, то от счастья лишусь сна.
— Мечтай дальше, Мин Хэ. Сначала доведи свой уровень культивации до восьмого ранга. Только грот-небо восьмого ранга способно поглотить фрагмент мира девяти небес! — Цянь Жу Сянь рассмеялась.
Владыка долины Мин Хэ, хмыкнул в ответ на её замечание.
— Я тоже хочу достичь восьмого ранга, но я не уверен, что переживу второе великое испытание. При мысли о том, что Бессмертные Гу восьмого ранга должны проходить Великое Испытание каждые пятьдесят лет, я содрогаюсь. Что же касается мириад испытаний, которые ещё страшнее, чем великие испытания… Я не могу их себе представить! Может быть, только такой человек, как Ши Лэй, не испытывает страха...
Благословенные земли были крайне удачливы, но небо и земля требовали баланса, поэтому время от времени случались беды и несчастья. Бессмертные Гу шестого ранга испытывают земные бедствия каждые десять лет, а небесные — каждые сто лет. Поэтому при оценке уровня культивирования Бессмертного часто использовали кару небесную в качестве стандарта. Фан Юань в прошлой жизни бы экспертом в области подобных ненастий. После того как Бессмертный Гу шестого ранга пройдет через три небесных испытания, его благословенная земля расширится до следующего уровня, и он станет Бессмертным Гу седьмого ранга. Бессмертные Гу седьмого ранга сталкиваются с земным бедствием каждые десять лет, небесным — каждые пятьдесят, а великим — каждые сто лет. Цянь Чжу Сянь и Владыка Долины Мин Хэ были Бессмертными Гу одного великого трибута, а Божественная Мать Цзюэ Конг была на уровень выше их, находясь на уровне культивации двух великих трибутов. Что касается Бессмертных Гу восьмого ранга, то они больше не испытывали земных бедствий, но каждые десять лет сталкивались с небесным бедствием, каждые пятьдесят лет — с великим, а каждые сто — с мириадами бед. Мириады испытаний были намного опаснее и сложнее прочих и именовались «безнадёжными».
Таким образом, фрагменты девяти небес были гораздо ценнее. Девять небес представляли собой часть огромного мира мастеров Гу. Беды и несчастья обрушивались только на благословенные земли и грот-небеса, так как они были мирами апертур бессмертных — пяти регионов и девять небес оставались нетронутыми. После того, как грот-небо поглотит фрагмент девяти небес, оно в некотором смысле станут частью большого мира мастеров Гу. Это могло значительно уменьшить масштаб и силу бедствий и несчастий. Грото-небо не умирало вслед за своим хозяином. Например, Звёздное Небо никуда не исчезло, несмотря на то, что Дитя Семи Звёзд уже превратилось в бессмертного мертвеца. Если получалось поглотить большой фрагмент, бедствия и несчастья уходили навсегда, как это произошло на Жёлтом Небе, ставшем центром торговли в мире Бессмертных Гу.
— Преимущества поглощения фрагмента девяти небес огромны. Но не забывай, что у этого метода есть и слабое место. Даже если поглотишь мизерный фрагмент, ты впитаешь в себя ауру большого мира. Как только грот-небо укоренится в нём, его уже никогда нельзя будет поместить в твоё тело. — напомнила Божественная Мать Цзюэ Кун.
Цянь Жу Сянь кивнул, соглашаясь:
— Проще говоря, поглотив фрагмент девяти небес, Бессмертный Гу теряет свободу. Они лишается возможности перемещаться по внешнему миру, оставаясь навечно в пространстве апертуры. Это действительно огромная потеря. Но если передо мной появится фрагмент девяти небес, я выберу его без колебаний!
— Верно! — Владыка Долины Мин Хэ согласился: — Беды и несчастья слишком трудно пережить. Иногда я хотел бы стать бессмертным мертвецом. По крайней мере, они живут без всяких потрясений.
— Проехали. Нам нужно выполнить задание. Мы намеренно потратили столько дней впустую. — Цзюэ Кун медленно прикрыла веки. — Я уверена, что Король Обезьян усвоил урок.
Владыка Долины Мин Хэ погрузился в молчание.
Цянь Жу Сянь рассмеялась:
— Хе-хе, после того, как мы спасем Ши Лэя, я хочу посмотреть, рискнёт ли он снова вести себя высокомерно?
Божественная Мать Цзюэ Кун больше не могла сохранять спокойствие — золотые одежды затрепетали, когда она освободила свою ауру Бессмертной Гу.
— Откройся нам! — внезапно она распахнула глаза, пронзая пустоту цепким взглядом.
Сквозь отверстие высотой с человека просматривался вид Звёздного Неба. Бессмертные умолкли.
Наконец Цянь Чжу Сиань сделал шаг вперёд и пошёл в отверстие. За ним последовал Владыка Долины. Божественная Мать замыкала процессию.
В следующее мгновение бессмертные очутились там, откуда начали движение.
— Что происходит?!
Цянь Чжу Сянь и Владыка Долины Мин Хэ изобразили удивление. Божественная Мать теперь походила на готового к битве воина.
— Вход — не вход, выход — не выход, пространство чередуется, меняется местами... — пробормотала она. — Это и есть мистическая способность Звёздного Неба, полученная после поглощения фрагмента?
— Да. Ши Лэй тоже упоминал об этом в своей просьбе о помощи! — вспомнил Владыка Долины.
— Неудивительно, — сказал Цянь Жу Сянь. — Будь всё проще некуда, он давно загнал бы обезьяну в ловушку.
Божественная Мать Цзюэ Кун презрительно фыркнула.
— Это всего лишь заминка.
В то же время на Северной равнине, в филиале Альянса, на улицах города-гиганта скопилась густая тьма. Даже ясное небо не могло пропустить сюда солнечный свет.
Фан Юань толкнул дверь и оказался под прицелом более двадцати взглядов. Заходя в зал для обсуждений, он притворился испуганным. И тут же выразил почтение, склонив голову.
— Я Ша Хуан, приветствую своих собратьев.
— Собратья... Ты использовал точный термин. Мы, члены Альянса, находимся в одинаковой ситуации, и мы должны помогать друг другу.
В центре зала восседал бессмертный мертвец и улыбался. Этот толстяк был высотой в шесть метров, как и у восьмирукий бессмертный мертвец Фан Юаня, но он был по крайней мере в три раза толще. Кожа цвета бронзы, а живот – словно винный чан, большой и круглый. Не только живот, но и лицо, руки, пальцы — всё было округлым.
Фан Юань увидел его и задумался.
«Бронзовое тело мертвеца… Инь Лю Гун...»
До того, как войти сюда, он получил достаточно информации. Бессмертный зомби Гу Е искренне верил, что Фан Юань — новичок, и быстро протараторил:
— Гу Юй выражает почтение Владыке Инь Лю Гуну, Владыке Командующего Драконами Е Ча и Владыке Хуан Куан Вэну.
Фан Юань повторил за ним:
— Я приветствую Владыку Инь Лю Гуна, Владыку Командующего Драконами Е Ча и Владыку Хуан Куан Вэна.
Сказав это, он бросил на Гу Е благодарный взгляд. Тот улыбнулся в ответ.
Инь Лю Гон сидел в центре, слева от него расположился Командующий Драконами Е Ча — мертвец с суровой физиономией и белыми остыми клыками — его клыками. Справа сидел Хуан Куан Вэн — он выглядел старым и горбился. Несмотря на то, что их переполняла энергия смерти, подлинную ауру седьмого ранга невозможно было скрыть. Не зря они обитали в Тёмном Потоке…
— Ша Хуань — твоё настоящее имя? — спросил командир драконов Е Ча громогласно.
Низкий голос его отдавался эхом, заставляя человека чувствовать себя как на поле битвы. Командующий драконами Е Ча был матёрым культиватором-одиночкой, участвовал в конкурсе Императорского Двора и пользовался преференции, чтобы накопить фундамент и стать Бессмертным Гу. Другими словами, из-за богатейшего боевого опыта никто не смел смотреть на него свысока.
Он подавлял людей даже тогда, когда просто начинал говорить с ними.
— Конечно, нет. — Фан Юань печально рассмеялся. Это имя я дал себе на второй день после того, как стал бессмертным мертвецом. Оно означало новое начало, когда я на время забыл о прошлой славе. Когда-то я поклялся небесам, что буду использовать прежнее имя лишь после того, как верну настоящее тело.
Бессмертные отреагировали по-разному. Фан Юань видел и презрение, и насмешки, и смятение, и грусть. Но преобладало понимание. Слова и образ мысли Фан Юаня напоминали присутствующим о прошлых версиях самих себя — полных стремлений. Спустя много лет их грандиозные амбиции исчезли, надежды и желания почти полностью погибли. Они по-прежнему оставались бессмертными мертвецами, а жизнь не изменилась к лучшему.
— Ладно, раз Ша Хуань открыл дверь, значит, он — Бессмертный Гу Северных Равнин. Мы в Альянсе разбогатели, обрели ещё одного брата. Он уже показал свою силу. Нужно знать, что раньше даже Яо Хуаню не удавалось открыть дверь… Кхе-кхе-кхе!..
Хуан Куан Вэн закашлялся. Он действительно был стар и немощен.
http://tl.rulate.ru/book/3697/2015080
Готово:
