Впереди они увидели одинокую припаркованную конную повозку.
Не собирались же они в ней ехать?
Это зрелище застало Миё врасплох, но Киёка предложил объяснение.
– Эта карета используется для перевозки людей по территории Императорского дворца. Обычно она предназначена для императорских гостей, но принц Такаихито прислал её для нас.
– Невероятно...
Конные экипажи медленно, но верно выходили из моды, им на смену приходили автомобили, велосипеды и даже поезда.
Поскольку до недавнего времени Миё жила, не покидая пределов своего дома, она впервые увидела лошадь во плоти.
– Мы поедем в карете в резиденцию принца Такаихито.
Сказав это, Киёка сразу же подошёл к транспортному средству, а Миё последовала за ним.
Лошадь во главе кареты была не родом из Империи, а западной породой с крупным и мощным телом. Миё чувствовала себя почти подавленной рядом с ней, зная, что лошадь может запросто отправить в полёт человека её роста.
Сама же карета не была обычной коробчатой формы. Вместо этого она была похожа на рикшу, с открытыми сиденьями, закрытыми капюшоном. Однако, как и подобает императорскому дворцу, она была далеко не дешёвой: даже ткань, покрывающая сиденья, была явно высшего качества.
Миё взяла Киёку за руку и первой забралась на слегка приподнятое пассажирское сиденье, а затем и он сам забрался в карету.
Убедившись, что все сидят правильно, кучер взял в руки поводья и погнал лошадь вперёд.
Миё огляделась по сторонам, слушая стук колес кареты, сопровождаемый стуком копыт лошади. Через небольшой ров, разделяющий территорию, она увидела, скорее всего, объекты, относящиеся к императорскому дворцу – несколько правительственных зданий, полных людей, суетящихся вокруг.
Вдалеке виднелась местность, напоминающая лес, густые деревья которого отличались от других садов.
Над всем этим возвышался поразительно большой дворец. Должно быть, здесь жил император. Для Миё территория императорского дворца была практически городом или маленькой страной.
Карета проехала по ухоженной дорожке, пересекла несколько мостов, перекинутых через пруды и рвы, проехала мимо большого центрального дворца и остановилась перед зданием, расположенным прямо за ним.
Это была резиденция Такаихито – наследного принца.
Она была на один размер меньше, чем резиденция императора, но, тем не менее, была великолепна и обширна.
Когда Киёка и Миё вышли из кареты, к ним сразу же подошли несколько хорошо знакомых им людей.
– О, Миё!
– Сестрёнка.
Первой к ним подошла старшая сестра Киёки, Хадзуки.
Поскольку в последнее время Миё большую часть дня проводила на станции специального антигротескного отряда, у неё было меньше времени на уроки этикета для Хадзуки. Миё была рада, что конец года и новогодние каникулы дали ей больше шансов увидеться с сестрой Киёки.
Киёка же, как всегда, ледяным тоном поприветствовал свою старшую сестру.
– Сестренка...
– Смотри, кого кошка притащила. Все твои люди уже заняты работой. Не стоит ли тебе поторопиться и присоединиться к ним?
– Мне не нужно, чтобы ты мне это говорила.
Киёка недовольно нахмурил брови, услышав официозное замечание сестры.
Как раз в тот момент, когда в группе возникло напряжение, Юриэ внезапно высунула голову из-за спины Хадзуки.
– Молодой господин, госпожа Хадзуки, мне кажется, здесь не место ссориться друг с другом.
Брат и сестра отложили свои обиды и перестали спорить, как только Юриэ сделала это разумное замечание.
Миё подождала, пока в группе восстановится спокойствие, и поприветствовала двух женщин лёгким поклоном.
– Доброе утро, сестренка, Юриэ.
– И вам доброе утро, госпожа Миё.
– Доброе утро, Миё.
– Спасибо вам обеим за то, что пришли ко мне.
Они обе пришли сюда в качестве сопровождающих Миё.
Они без колебаний согласились жить с ней, хотя обе знали, что их пребывание здесь может затянуться дольше, чем на две недели, которые им дали. Миё должна была выразить им свою благодарность.
К её удивлению, ни одна из женщин не выглядела обеспокоенной таким расположением, и они радостно улыбались ей в ответ.
– Тебе не о чем беспокоиться, Миё. Ты не сделала ничего плохого, и это то, чего требовала ситуация. Мы же семья, так что позволь мне помочь.
– Всё именно так, как сказала Хадзуки, госпожа Миё. Я и сама нервничаю из-за того, что впервые оказалась в замке, но обещаю, что вы сможете жить здесь спокойно.
Хадзуки, как всегда, держалась уверенно. То, что она могла быть настолько уверенной в себе в таком месте, заставило бы засомневаться любого. Не имея возможности последовать её примеру, Миё восхищалась ею.
И хотя Юриэ, должно быть, нервничала, впервые оказавшись в столь внушительном месте, выражение её лица оставалось таким же нежным, как и всегда.
Когда Миё попыталась обратить на это внимание, Юриэ ответила следующее:
– О, пожалуйста, госпожа Миё. Эта старушка живёт уже много-много лет. В наши дни меня многое может расстроить.
То, что они оба были её сопровождающими, не могло не радовать.
– Спасибо вам обеим. Надеюсь, наше совместное времяпрепровождение пройдёт хорошо… – сказала Миё.
Через некоторое время появились члены отряда, которым было поручено нести багаж Киёки и Миё. После того как Миё и Киёка приняли свои сумки, они доверились придворным в резиденции Такаихито.
После общих приветствий было решено, что Миё и остальные встретятся, чтобы обсудить, как она будет проводить свои дни дальше.
Возможно, слово "встреча" было преувеличено. Это не было строгим мероприятием, а скорее краткой встречей. В ней участвовали Киёка, Миё, Хадзуки и Арата.
Кстати, об Арате: он появился как раз перед тем, как остальные собрались в путь. Киёка с подозрением посмотрел на кузена Миё.
– Арата Усуба. Где ты был?
– Ха-ха-ха. У тебя волосы начнут выпадать, если ты будешь переживать по пустякам.
Миё пристально посмотрела на него.
Его стройная фигура выглядела особенно утончённой в светлом жилете и черном костюме, дополненном галстуком и пальто.
В сочетании с приветливой и мягкой улыбкой Арата выглядел как элегантный молодой джентльмен.
Она встречалась с Аратой и на вечеринке в честь окончания года, и на вечеринке в честь Хадзуки, и в доме Усубы, когда она приходила поздравить его с Новым годом. В обоих случаях он вёл себя как обычно, ничуть не изменившись.
В обычной ситуации это было бы поводом для радости. Это свидетельствовало бы о том, что он не переживает из-за фиаско, постигшего императора прямо на его глазах.
Однако, глядя на лицо Араты, она не могла отделаться от чувства беспокойства.
– Надеюсь, у меня сложилось неверное впечатление...
Арата был из тех, кто жертвует собой из чувства долга. Хотя он жил по своим правилам, он всё равно был пользователем дара.
Следовательно, он так же, как и его сверстники, обязан подчиняться и защищать императора. Неужели Миё была единственной, кто испытывал по отношению к нему гибельно фальшивую радость?
– Нет, нет, я должна перестать беспокоиться о том, что мне не нужно. Если мне достаточно того, что я заметила, то тот, кто знает гораздо больше меня, например Киёка, наверняка сразу бы догадался о том же.
Ей нужно было сосредоточиться на себе. Она прекрасно понимала, что не настолько умна, чтобы переживать из-за нескольких вещей одновременно.
– Миё.
– Д-да?
Миё вынырнула из своего мысленного отступления, когда источник её беспокойства обратился к ней с улыбкой.
– Мне поручили быть твоей личной охраной.
– Я слышала. Спасибо.
Когда она ответила, улыбка Араты стала ещё ярче.
– Я рад, что могу проводить время вместе с тобой. Мы также продолжим твоё обучение дару, так что, надеюсь, ты готова.
С тех пор как Миё пробудила свой дар, Арата продолжал читать ей лекции, рассказывая о сверхъестественных способностях. В последнее время её учёба застопорилась: большую часть времени она проводила на станции специального антигротескного отряда, но, судя по всему, она сможет снова приступить к занятиям, пока будет жить в резиденции Такаихито.
Миё машинально выпрямилась и кивнула.
– Да, я постараюсь.
То, что Киёка согласился с идеей назначить Арату телохранителем Миё, после того как раньше так не хотел этого делать, говорило о том, насколько серьёзно он относился к сложившейся ситуации.
Это также показало, насколько грозными противниками были одарённое причастие и Наоси Усуи.
– Если уничтожить всё плохое, перемолоть его в пыль, пока не останется ничего...
Что же именно было плохого в словах Усуи?
Он сказал, что пришёл за Миё. В таком случае "уничтожить"... точнее, убить её, не могло быть его целью.
Но как же всё остальное? Вещи и люди, которые были ей дороги, которых она боялась потерять? Что с ними случится?
Это было слишком ужасно, чтобы представить.
– Что-то случилось, Миё?
Двоюродный брат пристально смотрел на неё.
Арата был членом семьи Усуба. Их дары обладали уникальной способностью контролировать разум, как и силы, передающиеся по основной линии Усуи.
В таком случае Миё шёпотом задала вопрос, который не давал ей покоя.
– Если ты защищаешь меня, значит, он пытается меня преследовать, верно?
– Наоси Усуи, да. Лично я хотел бы всегда быть рядом с тобой и защищать тебя, но для этого я сейчас здесь.
– Его дар очень силен... Ты знаешь какой-нибудь способ противостоять ему?
Независимо от того, есть ли способ его преодолеть или нет, это, скорее всего, не изменит того, что нужно сделать Миё, как и решение Киёки или роль Араты. Тем не менее, она не могла не спросить.
Ей не хотелось верить, что невозможно противостоять тому, кто так дерзко заявляет о своей способности всё разрушить.
– Я и сам думал о разных вариантах.
– И какие-нибудь из них кажутся эффективными?
– Я не уверен. Но я не хочу обсуждать неопределённые вещи, поэтому не могу дать тебе ответ прямо сейчас.
В этом был смысл. Даже если Арата и придумал, как противостоять Усуи, говорить об этом в открытую, где кто-то может подслушивать, было не самой лучшей идеей.
Миё повесила голову, размышляя над своей дерзостью.
– Итак, давайте отправимся на наше собрание. Всё начнётся там.
По настоянию Араты они переступили порог резиденции Такаихито.
Миё не могла позволить себе притворяться равнодушной посторонней. Ей не терпелось. Она жалела, что подняла такой шум во время инцидента с Каоруко, но когда дело касалось Наоси Усуи, она, несомненно, была главной фигурой в этом деле.
Возможно, она ничего не могла сделать. Девушка была так слаба и не владела своим даром.
Но она не могла сидеть в стороне и позволять другим защищать её, ничего не делая для них взамен.
– Но, может быть, будет лучше, если я вообще ничего не буду делать?
В прошлый раз, когда она столкнулась с Усуи, девушка, не задумываясь, выскочила вперёд всех.
Всё закончилось хорошо только потому, что удача была на её стороне. Её последняя попытка могла привести к гибели всех остальных, и если бы Киёка не подоспел вовремя, то Усуи унёс бы её с собой.
Но что ей оставалось делать, если она, по сути, была бессильна?
С этими сомнениями она вошла в комнату, которую они приготовили для встречи, и села на одну из напольных подушек.
– Возможно, это не самая важная тема, но… – сказал Киёка и начал перечислять то, о чём они должны договориться.
Первое, что Миё должна будет сделать в резиденции Такаихито, это не покидать территорию резиденции в одиночку. Разрешение или нет, но покидать можно было только здание, где жил Такаихито, отдельно стоящее строение, в котором Миё и остальные будут жить, и территорию между ними. По сути, эти два здания должны были служить фокусом барьера, создаваемого вокруг них.
Вторым условием было не приглашать никого без предварительного уведомления, даже если это будет кто-то из знакомых. Это, конечно, была мера предосторожности против ловушки Усуи.
Третье правило гласило: подчиняться всем приказам Такаихито.
– Есть указания... от принца Такаихито? – спросила Миё у Киёки, не понимая, что он имеет в виду.
Военные, а именно специальный отряд по борьбе с гротесками под командованием Окайто, играли главную роль в этой операции. Обычно Министерство императорского двора использует свои собственные специализированные техники для защиты императора и королевской семьи, но в этот раз им предстояло сразиться с одарённым причастием.
Организация полностью состояла из пользователей даров – от основателя Наоси Усуи до членов семьи Ходжу и людей, получивших искусственные дары. Охранники, обученные сражаться с обычными людьми, были бы неэффективны против таких противников.
Поэтому Такаихито доверил охрану армии, хотя сам разработал этот план.
– Да. Он сказал, что хочет поговорить с тобой о чём-то.
– Со мной?
– Именно так.
– О чём же он хотел со мной поговорить?
– Кто знает? – ответил Киёка, выглядя озадаченным.
Миё не могла поверить, что у неё есть что-то общее с Такаихито, о чём можно поговорить. Честно говоря, не похоже, чтобы они были на одной волне друг с другом. Личные склонности Такаихито, обстоятельства, его ход мыслей... Миё представляла, что все они совершенно не похожи на её собственные.
– В любом случае, если принц Такаихито попросит тебя что-то сделать, пожалуйста, подчинись его желанию, – сказал Киёка.
– Я... я понимаю. Я сделаю всё возможное, – с энтузиазмом ответила она.
Хадзуки хихикнула.
– Всё в порядке, не нужно так напрягаться. Если он скажет что-нибудь неподобающее, я тоже смогу тебе помочь, в конце концов. Предоставьте это мне. А пока я тут, я могу подать жалобу или...
– Сестрёнка! Пожалуйста, не говори мне... Ты же не собираешься отругать и принца Такаихито?
– Что? Даже у него есть пара слабостей, знаешь ли. Например, то, что было в детстве.
– Перестань так дразниться и тыкать в чужие слабости, серьёзно.
Несмотря на глубокие морщины, образовавшиеся на лбу Киёки, Хадзуки улыбалась.
– Мне определённо придётся остановить сестрёнку, если она начнёт читать нотации принцу Такаихито.
Необходимо было избежать ситуации, когда Хадзуки воспользуется слабостями императорского наследника, чтобы заставить его подчиниться ей. На кону стояло достоинство империи.
Миё поклялась себе в этом, чувствуя, как нервозность другого рода громко колотится в груди.
http://tl.rulate.ru/book/35636/5115681
Готово:
