Переводчик: Переводчик: Henyee Translations Редактор: Henyee Translations
Е Чжифань редко взрывался гневом в присутствии своей дочери. Неважно, насколько он был зол, он просто отчитывал ее некоторое время и в конце анализировал все "за" и "против". Не было случая, чтобы его тон был таким холодным и бесстрастным, как сегодня. От этого у людей мурашки бежали по сердцу.
Он был действительно возмущен.
Не только Е Ин боялась. Даже Сунь Дунцин почувствовала, что ее сердце бешено колотится от страха. Она посмотрела на мужа, потом на дочь. Она была в замешательстве. "Почему ей нужно переходить в другую школу? Разве она не хорошо учится? Солдаты сказали, что она слабая, поэтому с ней может случиться что-то плохое, если она продолжит оставаться там. Поэтому они попросили нас вернуть ее обратно, верно?"
"Какое отношение это имеет к переводу школы? Даже если учителя сказали, что Иньгин сплетничала в классе, что в этом плохого? Дети ничего не знают. Разве учитель будет поднимать шум из-за ребенка?".
Когда Сунь Дунцин увидела свою дочь, лежащую в одиночестве на кровати в лазарете, она бросилась к ней и прижала к себе. Ее голос был громким, и она заботилась только о Е Ин, поэтому не обратила внимания на слова учителя Сяо и политкомиссара.
В конце концов, Е Чжифань почувствовал себя так неловко, что вышел из лазарета. На улице было намного тише. Он слушал, как политический комиссар объяснял ему, что произошло.
"Господин Е, наша военная часть больше не осмелится держать здесь Е Ин. Вчера она подстрекала весь класс к дискриминации ученицы. Если бы студентка не обладала некоторыми способностями, нам было бы трудно распутать это дело".
"Мы думали, что то, что произошло вчера, послужит уроком для студентки Е, но мы были слишком наивны. Сегодня, во время целевой тренировки, инструктор первого класса показал свое восхищение одной из студенток. Из-за этого студентка Е Ин выдвинула беспочвенные обвинения в адрес солдата".
"Я заметил, что г-н.
Вы приехали на машине из правительственного агентства, так что вы, должно быть, действующий правительственный чиновник. Можете ли вы сказать мне, как военные и школа должны относиться к тому, кто обвиняет солдата в заслугах?"
"Сильные пишут историю, а слабые выдвигают обвинения. К счастью, мой солдат и та леди, которую обвинили, оба способны и имеют сильную психику. В противном случае, они могли бы действительно пострадать от ученицы Е Ин".
"Военные - это место, где важна дисциплина. Мы ищем только факты и строго наказываем всех, кто болтает. Так как Е Ин не является солдатом из моего военного подразделения, мне придется попросить господина Е сначала привести ее домой и научить ее быть человеком. Все мои солдаты - люди с несгибаемым духом. Я не могу позволить никому обвинять их!"
Е Чжифань почти не сдержался, чтобы не броситься к дочери, которая все еще лежала на больничной койке, и не дать ей пощечину. Он чувствовал, что его гордость, которую он копил столько лет, будучи чиновником, растоптали. Человек, из-за которого он потерял свое лицо, был не кто иной, как дочь, на которую он возлагал большие надежды. Он продолжал извиняться и кланяться офицерам. Он хотел покончить с этим вопросом раз и навсегда, но политкомиссар не дал ему никаких шансов. Политический комиссар прямо сказал: "У господина Е есть гордость, но у военных тоже есть гордость! Тот, кто осмеливается издеваться над нашим солдатом, издевается над всем военным подразделением. Е Ин осмеливается обвинять наших солдат, хотя она всего лишь студентка. Мы не будем искать ей неприятности. Вместо этого мы обратимся к ее родителям!"
Это было еще более унизительно, чем если бы кто-то топтал его лицо!
http://tl.rulate.ru/book/32233/2146791
Готово:
