Подкрепление снова попало под удары генералов Сингэна. Каждый из них владел боевыми искусствами на уровне, намного превосходящем обычных воинов. Их нельзя было победить парой быстрых ударов. Это была игра разумов и битва на выносливость.
Синген наблюдал, почти довольный своим положением, хотя враг был ближе, чем следовало бы. Обычно его генералы сеяли хаос, едва появившись на поле боя, но сейчас они оказались в жестоком тупике.
У него ещё были резервы, готовые вступить в бой в любой момент. Но как только он их бросит в атаку, он потеряет всю гибкость и способность отвечать на неожиданности. А враг продолжал их преподносить. Вступать в бой всеми силами, по крайней мере сейчас, было бы глупо.
Ичиджо всё ещё занимался вражеской конницей. Полагаться на него было бы неосмотрительно. Двумя пальцами Синген подозвал вестника. Тот немедленно подошёл, склонив голову.
– Как только Миура разгромит их третий фланг, бросьте все наши силы для окружения и будьте готовы, что генералы вступят в бой. – Он не стал объяснять слуге свой план – в этом не было нужды. Но он видел: даже если Гэнгё отправит в бой свой четвёртый фланг, чтобы освободить своих людей, они успеют нанести значительный урон, так что даже если они окажутся не в лучшей позиции, преимущество будет полностью на их стороне.
– Они… на равных? – Нобунага и его свита были поражены. Ещё минуту назад казалось, что они станут свидетелями бойни, но когда пыль осела, обе силы всё ещё держались.
– Если… Если мы вступим в бой, то сможем покончить с Такэдой Сингэном? Прямо здесь? – Хирата тяжело дышал. Они давно боялись вторжения Такэды. Это стало бы огромным событием для них. Две ужасные змеи обезглавлены одним и тем же клинком – тем, что появился будто ниоткуда.
Нобунага, испытывая не меньшее воодушевление, всё же обладал достаточной зрелостью и терпением, чтобы видеть ход битвы иначе.
- Мы подождём, Хирата. Дождёмся подходящего момента.
Помимо ожиданий, его терзало и беспокойство. Вполне возможно, что этот Миура окажется гораздо более опасным врагом, чем те, с кем они сталкивались прежде, и даровать ему силу будет равносильно подписанию собственного приговора.
Развевающийся стяг Мацудайра говорил о том, что Мотоясу также нашёл дорогу и присоединился к ним. Быть может, это лучшим образом характеризовало его… А может, и намекало на нечто иное.
Конница всё ещё вела ожесточённый бой. Хвалёные войска Такэда падали слишком быстро. Жуткое зрелище. Но их сила заключалась не в количестве, а в могучих воинах, что вели их за собой. Их боевое мастерство было настолько отточено, что уже стало легендой.
Перемещаясь взад и вперёд, кромсая и кромсая, они словно косилки на поле боя – безжалостно уничтожали всё на своём пути. Один за другим солдаты падали, и Итидзё невольно кривился от отвращения. Их враг продолжал сражаться даже лишившись руки, тогда как его люди после единственного удара отправлялись прямиком в могилы.
Кто же был причиной этого бездумного разрушения? Ведомые стрелы. Три человека, что могли бы быть одним. Никто из его воинов не мог противостоять им. Было ли это проявлением безрассудства, когда он вонзил шпоры в бока своего коня и ринулся им навстречу? Или у него был какой-то замысел? Неужели он действительно намеревался в одиночку бросить вызов трём столь грозным бойцам?
Его последние сто человек нашли укрытие за его спиной. Он следовал позади отступившего противника, а как только те замедлили ход и начали разворачивать своих скакунов, он выхватил вакидзаси, чтобы объединить усилия с катаной. Он чувствовал, что оно ему понадобится.
Он мог бы обрушиться на них, пока их спины были обращены, чтобы обеспечить себе преимущество, но вместо этого он замедлил своего скакуна, и его люди последовали его примеру. Он не позволил бы себе признать победу, если она не была достигнута честным путем.
— Хо… этот щенок бросает нам вызов? — Их старые глаза остановились на нем. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять его намерение. Две стороны сошлись лицом к лицу. Четыреста человек — многие с тяжелыми ранениями — стояли гордо, как армия нежити, а против них — всего сотня солдат. Теперь они стали почти робкими, смиренные безрассудным стилем боя противника.
— Я бы предложил вам сдаться, но, кажется, вы хотите умереть со своими людьми. Достойное качество.
— Как и вы хотите умереть со своими, — ровно ответил Итидзё.
— Хорошо. Давайте покончим с этим. У нас битва, которую нужно выиграть.
Трое всадников пришпорили коней и отделились друг от друга. Один поскакал вперед, выставив локоть и направив меч. Другой зашел слева, внимательно следя за его лошадью. Третий обошел кругом, заходя с тыла.
Глаза Итидзё быстро скользнули, отслеживая их движения и предсказывая, где они появятся снова. Проведя десятилетия вместе, старики действовали идеально синхронно, и их удар грозил обрушиться одновременно.
Это был бы жестокий конец одному из ценнейших генералов Сингэна, и битва полностью склонилась бы в их пользу. Все, у кого было время наблюдать, склонили головы, сердца учащенно бились, нервно ожидая очевидного исхода.
Итидзё стоял лицом вперед. Он с легкостью увернулся от пронзающего удара, летящего в его живот. Если бы это был всего один человек, было понятно, что Итидзё способен быстро его одолеть. Но нужно было отразить еще два удара.
Одной рукой он сумел отбить мощный двуручный удар, идущий сбоку, и тот пришелся по голове его лошади. Прежде чем жизнь покинула животное, он использовал свой вакидзаси для защиты спины, предсказав, куда придется удар, так как не было времени обернуться.
Маленький кинжал скользнул по всей длине оружия, значительно замедляя его, но не останавливаясь на этом. Блок превратился в удар и проскользнул под его мэнъёри, перерезав старику горло.
http://tl.rulate.ru/book/31106/6536370
Готово:
