На следующее утро силы Красного Пера наконец достигли города Сигэто. Это и впрямь была величественная крепость, достойная даймё. Русло реки обходительно изменили так, что она не только протекала через замок, служа торговым путем, но и окружала его.
Четыре моста позволяли пересечь ров, и, на вид, это были основательные постоянные сооружения. Впрочем, они ничуть не умаляли оборонительные возможности рва. Мосты были едва ли достаточно широки, чтобы пройти по ним могли одновременно десять человек. Это не давало атакующим силам плотно сомкнуть ряды и штурмовать стены сплошной линией.
И пока враг терял драгоценное время, перестраиваясь в пылу битвы, обороняющиеся обрушивали на них град стрел. Стрел действительно было множество. Внутри крепости возвышались деревянные постройки, что возносились над стенами и нижними лучными позициями, позволяя еще большему числу воинов пускать свои смертоносные снаряды.
За первой стеной жили горожане и велась торговля, а за ней предстояло преодолеть еще одну стену и еще одну линию обороны, прежде чем приблизиться к жилищу даймё.
Даже с такого расстояния было видно множество воинов, патрулирующих внутри. Тысячи. И такое же количество флагов, каждый из которых нес моно клана Имагава, реяло над ними.
Ворота были закрыты, торговля остановлена. Их угрозу, похоже, восприняли достаточно серьезно. И все же, те речные ворота, о которых упоминал Мацудайра минувшей ночью, по-прежнему оставались открытыми, словно насмехаясь и приглашая войти.
По реке никто из торговцев не плыл. Все было готово. Враги хотели, чтобы они двинулись по реке. Именно этого они и ожидали. Атаковать крепостные стены было бы трудно и глупо для любого нападающего. Это дало бы защитникам огромное преимущество и позволило бы быстро закончить осаду, возможно, даже одним боем.
В военном деле действовать так, как того ждет противник, — это ошибка новичка. Битва подобна шахматной партии. Нужно ходить нестандартно, там, где враг меньше всего ожидает удара.
– Мы обязательно пойдем по реке, – объявил Гэнгё вечером, когда они ставили палатки.
– О, нам повезло, – сказал Дзикодзи. – Чему мы обязаны такой неожиданной информацией? Честно говоря, ты меня немного беспокоишь. Когда ты не раскрываешь планы, у нас все идет хорошо. Зачем менять тактику сейчас, когда на кону так много?
– Потому что скоро ему придется отчитываться не только перед нами, – ответила за него Акико, успокаивающе положив руку ему на плечо. – И когда это время придет, он не сможет действовать так скрытно, иначе вызовет недовольство своих подчиненных.
– Именно, – подтвердил Гэнгё, поставив руки на бедра и сделав несколько круговых движений, чтобы размяться. Для чего – никто не знал, но на губах играла лукавая улыбка, как всегда, когда он придумывал, как подпортить жизнь врагу.
– Ох… Это не к добру, – прошептала Рин, чувствуя дурное предчувствие.
– Это ужасно, – без колебаний согласилась Изабелла.
Мужчины переглянулись, потом посмотрели на Гэнгё, не понимая их тревоги. Что может быть ужасного в хорошем настроении командира? Только один из новичков осмелился спросить.
– А что плохого? – громко спросил Мацудайра, не понимая, почему нужно говорить тихо.
Рин и Изабелла обменялись взглядами, прежде чем младшая девушка заговорила:
- Перед тем как у него возникла идея атаковать быками, в битве против вас... У него было точно такое же выражение лица. И, конечно, это сработало. У него всегда всё получается. Но представьте, что мы чувствовали, услышав настолько нелепую идею!
- Этот человек – источник всех моих переживаний, - добавила Изабелла. - Я не удивлюсь, если мои волосы начнут седеть от его выходок.
Мацудайра никогда не задумывался, как та битва выглядела с их стороны. Он лишь видел – вернее, ощутил – результат и был сокрушен им. Сейчас он уже смирился с поражением и мог говорить о нем без боли. Сочувствуя их положению, он представил, как один из его людей предлагает использовать быков в качестве кавалерии... Он, возможно, убил бы такого человека на месте, к своему вечному стыду.
- Я... понимаю, - только и смог ответить он.
Лишь Дзикодзи, как самый старший, мог стать связующим звеном и предложить объяснение:
- Талант попадает в цель, в которую никто другой попасть не сможет, а гений попадает в цель, которую никто другой даже не видит. Его методы кажутся дикими, но именно в этом кроется его величие. Доверьтесь ему, и ваши переживания уменьшатся.
- Легко тебе говорить, - тут же отмахнулась Рин от его мудрости. - Тебе скоро уже в могиле с ногами лежать.
- Что это вообще значит? Это значит, я гений? Я ведь лучший стрелок во всей этой чертовой армии! - заявил Роккаку, совершенно не понявший сказанного.
Дзикодзи пожал плечами, зная, что с ним не стоит вдаваться в философские рассуждения:
- Это уж как ты сам истолкуешь. Я просто как-то прочел это в одном свитке.
- Так что там насчет твоего настоящего плана? - настойчиво спросил Морохира, обращаясь к Гэнге, который погрузился в свои мысли, не замечая разговора вокруг.
- А? О, ничего особенного. Морожо делает работу богов, таская эти бревна и строя для нас корабли, нам оставалось только ждать его. - Он ненадолго замолчал, любуясь заходящим солнцем. - Слушай, а как насчет того, чтобы сегодня вечером развести большой костер в честь бога? Или богов. Да, давайте соберем всю армию и помолимся вместе... Думаю, это будет подходяще. Может, они даже ответят.
- Я не знал, что вы религиозны, Миура... - нерешительно сказал Тогаши, посмотрев на остальных.
- О нет, я не религиозен. Я пытаюсь убедить Имагаву, что мы все абсолютно безумны. Так что, давайте сегодня вечером повеселимся. Помолимся богу, которого создадим сами. Богу огня. Зенок. Хорошее имя, как думаешь? Мы будем танцевать, молиться и пить, а когда придет время, посмотрим, ответит ли бог. Да. Это отличная идея - сообщите людям, какую роль они должны сыграть в этом. Я хочу, чтобы представление было безупречным.
Им не нужно было убеждать себя в его безумии, как и Имагаву, судя по их взглядам. Они не понимали, с какой целью он приказывал им делать такие странные вещи, но он лишь пожал плечами и тихо произнес: - Если враг думает, что мы безумны, разве он не будет немного больше нас бояться? Вы помните битву до того, как мы встретились с Одой при Окехазаме?
- Боюсь, я не присутствовал при этом, чтобы засвидетельствовать, - с сожалением признал Мацудайра. У него были другие дела, которыми он был вынужден заниматься.
- Некоторых из нас действительно не было. Что ж, проще говоря, враг выслал вперед значительную часть своих людей и приказал им перерезать себе глотки прямо перед нами. Ах, какой хаос это вызвало. Какие психопаты перерезают себе глотки? Нам удалось одержать победу лишь чудом. Понадобилось огромное усилие, чтобы повернуть ход событий в нашу пользу.
- Понимаю... Это, конечно, изрядно подорвало бы боевой дух войск, и вы стремитесь к тому же, только без жертв?
- Вот и вся суть. Я попросил Такэси создать приспособление, чтобы придать этому дополнительное измерение, так что будет интересно осуществить задумку. Но да, давайте насладимся этой ночью – а это, между прочим, ночь полнолуния, если вы не заметили, – и воздадим должное Зенку, богу огня. Отлично. У каждого есть своя роль.
Объявив это, довольный собой, он удалился.
Его манеры сбивали с толку. Тихий Китадзё, несмотря на пугающий рост мастерства, не вернулся таким же странным, как он.
- Эта идея кажется мне вполне разумной, - задумчиво произнес Мацудайра, довольный тем, что не ощутил ни малейшего стресса, описанного Рин и Изабеллой.
Они жалостливо посмотрели на него, качая головами.
- Это не план, - просто сказала Рин.
- Откуда ты знаешь? - спросил он, явно не убежденный.
- Он мой нии-сан. Я знаю.
http://tl.rulate.ru/book/31106/6529789
Готово:
