Готовый перевод Returning from the Xianxia World / Возвращение из мира Сянься: Глава 2196 Муравей, ты должен умереть

Глава 2196. Муравей, ты должен умереть

— Хм? — Увидев пятерых боевых слуг Фань Чанкуна, внезапно свалившихся с неба, Сяо Фань и его спутники подняли головы.

Цзян И в этот момент, похоже, тоже услышал окрик пятерых: его плотно сомкнутые веки еле заметно дрогнули, словно он пытался открыть глаза.

— Цзян И, сюда! — Один из пятерых шагнул вперёд и, даже не взглянув на Сяо Фаня, обратился к ещё не полностью очнувшемуся Цзян И с ледяным безразличием: — Иначе я снова лично переломаю тебе все кости!

— Ползи обратно! — Единственная женщина среди пятерых тоже вышла вперёд. Красивая, но с таким суровым, леденящим выражением лица, что взгляд на неё отбивал всякое желание приблизиться. Она рыкнула на Цзян И без тени учтивости.

— Цзян И, ты! — Третий тоже шагнул вперёд и хотел было выкрикнуть ещё что-то, но тут его взгляд упал на обнажённую грудь Цзян И — и он осёкся, лицо его мгновенно переменилось, в глазах метнулся ужас!

— Метка раба! Цзян И, почему у тебя исчезла метка раба?! — Он впился взглядом в Цзян И, на лице его застыл неприкрытый шок, и он закричал во весь голос.

— Метка раба Цзян И исчезла?! — Тут же множество людей Академии Тяньсяо, парящих в небе вокруг Пика Девяти Драконов, тоже заметили белоснежную, ничем не отмеченную грудь Цзян И. Все разом побледнели, не веря своим глазам.

Метку раба Академии Тяньсяо могла снять только сама Академия. Даже Врата Юань перед этой меткой были бессильны.

Это — незыблемый закон!

А теперь у Цзян И не было ни разрешения Академии, ни высших чинов, которые сняли бы с него метку, — но метка бесследно исчезла. Очевидно, он освободился от рабства Академии Тяньсяо — и такое случилось впервые за всю историю Академии.

— Как это возможно?! Как могла исчезнуть метка раба Цзян И?! — потрясённо вскрикнул один из высших чинов Академии.

— С момента выхода Цзян И из Пещеры прошло не более получаса! — Другой высший чин тоже подал голос, не сводя глаз с Цзян И. — А ведь даже когда мы, высшие чины Академии, снимаем метку раба, на это уходит не меньше часа!

— Так что же произошло с Цзян И за эти полчаса, что привело к исчезновению метки и освобождению от рабства?

— Неужели?.. — Остальные высшие чины невольно перевели взгляды на Сяо Фаня и его спутников, особенно пристально — на Мин Есюэ и Последний Дьявольский Клинок, полные сомнений.

Цзян И не мог сам снять с себя метку — это явно сделал кто-то другой. А среди спутников Сяо Фаня наиболее вероятными кандидатами выглядели Мин Есюэ и Последний Дьявольский Клинок, предположительно Непобедимые Владыки.

Но как это возможно?

Если бы метку раба Академии Тяньсяо было так просто взломать, это означало бы, что Академию Тяньсяо слишком недооценивают. Если даже Врата Юань бессильны — с чего бы людям Сяо Фаня это удалось?

Неужели они могущественнее самих Врат Юань?

— Они!.. — Один из высших чинов, глядя на Сяо Фаня и его спутников, вдруг ощутил, что дыхание перехватило.

Это ведь далеко не первый раз, когда Сяо Фань и его спутники демонстрируют нечто из ряда вон выходящее в стенах Академии Тяньсяо.

Восьмой уровень Карты Семи Жизней и Семи Смертей, с лёгкостью снятый яд с тела Нинсюан, беспрепятственный вход в Землю Гробницы Мечей, чёрный туман, окутавший Павильон Пурпурных Облаков, который даже великие предки Академии не смогли сходу пробить!

И вот теперь — снятие метки раба Цзян И менее чем за полчаса!

Хотя общее мнение уже склонялось к тому, что Сяо Фань — подделка, а не истинный предречённый, — все эти невозможные деяния ставили людей в тупик.

Именно поэтому Академия Тяньсяо до сих пор не могла вынести окончательный вердикт о том, кто из них настоящий — Сяо Фань или Лун Чжэн. Слишком много загадок окружало Сяо Фаня и его спутников; разобраться в них было невозможно.

— Цзян И, где твоя метка раба? Объясни! — Единственная женщина среди пятерых, очнувшись от потрясения, протянула руку к Цзян И — жёстко, безжалостно — намереваясь схватить его и допросить!

— Ха!

Линь Шань вдруг взревел, шагнул вперёд и, сжав кулак, ударил навстречу её руке. Кулак со свистом рассёк воздух, гулкий вихрь ударной волны разлетелся во все стороны.

— Ничтожный муравей, и ты смеешь мне мешать? Живой, видать, надоело! — С нескрываемым презрением она скользнула взглядом по Линь Шаню, развернула руку в воздухе — и вместо Цзян И хлестнула ладонью по Линь Шаню.

Удар был мощнейший, без малейшего сдерживания — она явно намеревалась убить Линь Шаня на месте, без всякого снисхождения.

— Бух!

Кулак Линь Шаня столкнулся с её ладонью. Раздался оглушительный взрыв; Линь Шань отлетел назад, отступив на целых семь шагов, прежде чем устоял, — лицо чуть побледнело.

Но и ей досталось: рука с хрустом вывернулась в обратную сторону, кость переломилась, и белый осколок прорвал кожу, обнажившись на воздухе.

— А-а-а!

Пронзительный крик боли вырвался из её горла, оглушив всех вокруг, едва не разорвав барабанные перепонки.

Тогда, когда Безумный Воин бросил вызов Сяо Фаню, Линь Шань уже сломал руку Безумному Воину, сражавшемуся вполсилы и лишь проверявшему прочность своего тела.

Эта женщина-боевой слуга Фань Чанкуна была действительно сильна, но далеко не так сильна, как Безумный Воин. Сейчас она атаковала Линь Шаня в полную мощь, но, учитывая чудовищную физическую силу Линь Шаня в ближнем бою, закономерно получила перелом.

Впрочем, виновата она была сама: Линь Шань славился мощью тела и был страшен в рукопашной, а она, не владея ближним боем, бросилась на его сильную сторону своим слабым местом — поделом ей и досталось.

— Сяо Юй!

— Сяо Юй!

Увидев, как их товарищ мгновенно получила увечье — Линь Шань сломал ей руку, и она истошно вопит, — остальные четверо мгновенно изменились в лице, бросились к ней с криками тревоги и ярости!

— Муравей, сегодня ты умрёшь!

Один из них обезумел: его аура взорвалась чудовищной мощью, он заревел и ринулся на Линь Шаня — убийственное намерение клокотало в каждом движении.

http://tl.rulate.ru/book/28948/16465794