Готовый перевод Returning from the Xianxia World / Возвращение из мира Сянься: Глава 1903 Сломленные небесные таланты племени Кун

Глава 1903. Сломленные небесные таланты племени Кун

— Твоя смертельная кальпа десяти тысяч лет снята. Отныне тебе нечего бояться, — произнёс Сяо Фань ровным голосом, глядя на согнувшуюся в приступах рвоты Кун Хуаньцин — с её содрогающимся телом и белоснежной грудью, волновавшейся, словно морской прибой.

Кун Хуаньцин не ответила — лицо её было мертвенно-бледным.

Процесс обезвреживания яда и впрямь оказался безболезненным, как и обещал Сяо Фань. Но в тот миг, когда Яд обнуления покинул тело, ей стало невыносимо дурно — она почти лишилась сил.

Так что даже если бы она и хотела что-то сказать, на это попросту не было мочи.

Рвота длилась целую четверть часа, прежде чем Кун Хуаньцин наконец остановилась и худо-бедно пришла в себя. К тому времени Сяо Фань уже сидел и записывал рецепт противоядия.

Ключ к обезвреживанию Яда обнуления состоял в том, чтобы сначала отбросить привычный ход мыслей — и за тупиком отыскать выход. Затем — обнаружить ту тончайшую грань между летальным исходом и самораспадом яда.

Раз эта критическая точка была найдена, обезвредить Яд обнуления не составляло более ни малейшего труда. Сяо Фань мог походя набросать сотню рецептов — и каждый сработал бы.

Более того, если бы племя Кун узнало об этой точке, они и сами могли бы приготовить противоядие.

А ещё, разрешив проблему смертельной кальпы, Сяо Фань задумался кое о чём ещё.

По сути, смертельная кальпа десяти тысяч лет племени Кун вовсе не была неразрешимой загадкой. Если сегодня Сяо Фань сумел отойти от шаблонного мышления, найти выход за пределами тупика и обнаружить ту самую критическую точку — то в Мире Срединного Императора нашлись бы и другие, кому это было по плечу.

Можно даже сказать, что любой мало-мальски опытный алхимик из Средней или Нижней области, верно определив направление и проведя серию опытов, точно так же справился бы со смертельной кальпой племени Кун.

Тех, кто мог бы решить эту проблему, — без преувеличения, пруд пруди.

Однако племя Кун погрузилось в полный упадок. Некогда входя в сотню сильнейших кланов Мира Срединного Императора, ныне оно сократилось до жалких нескольких миллионов, прозябавших в Тёмной Области.

И причин тому было две. Во-первых, страх перед той сущностью из прошлого: даже те, кто мог помочь, не осмеливались. Во-вторых, гибель племени Кун была выгодна крупным кланам Средней и Верхней областей — так зачем же помогать?

Эти две причины предрешили неизбежный закат племени.

Да и та сущность, по всей видимости, никогда не придавала племени Кун особого значения. Простейший Яд обнуления, небрежно брошенный, — и целый народ обречён на вымирание. Словно рассеянно раздавить муравья на обочине дороги — равнодушно и походя.

Таков был Мир Срединного Императора.

Беспощадный!

Слабый — вечно лишь камень под чужой ногой. Сколько ни сетуй на несправедливость, сколько ни кляни равнодушие небес и холодность людских сердец — всё тщетно.

— Вот рецепт противоядия от смертельной кальпы десяти тысяч лет вашего племени. Возьми его и передай своим, — Сяо Фань закончил записывать формулу. Помимо самого рецепта он подробнейше описал способ изготовления, ключевые тонкости, на что обращать внимание и общую логику обезвреживания. Протянув свиток Кун Хуаньцин, он кивнул.

Пусть визит к племени Кун прошёл не слишком гладко, но дело есть дело. Сяо Фань обещал решить проблему смертельной кальпы — и решил, без малейшего обмана или намеренных придирок.

Разумеется, после этого он намеревался разобраться и с остальными делами. Кого надо — побить, кого надо — убить, и ни малейшей пощады.

— Я... — Кун Хуаньцин потянулась было за свитком и, похоже, хотела что-то сказать.

Но договорить не успела — слова оборвались на полуслове.

Потому что она с изумлением обнаружила: её культивация скакнула с уровня Великого Небесного Царства прямо на уровень Высшего Небесного Царства. Сила взлетела более чем в десять раз!

— Как это возможно?! — Кун Хуаньцин восторженно оглядела себя и не удержалась от радостного возгласа. Стыдливый румянец на мгновение сменился безграничным счастьем.

Красавица несравненная — но талант к культивации куда скромнее, чем у Цзы Жуянь или Божественной Девы Линло. Внешний мир звал её «вазой», и хотя Кун Хуаньцин никогда не жаловалась вслух, этот камень всегда лежал в самой глубине её сердца.

Ведь красота со временем увянет. Лишь сила — вечна. Она — основа всего.

Будь у неё выбор, разве хотела бы Кун Хуаньцин слыть «вазой»?

А ведь «ваза» — отнюдь не ласковое прозвище.

Но реальность оставалась реальностью. Её талант к культивации действительно был невелик, и как бы она ни старалась, преодолеть барьер между Великим и Высшим Небесным Царством было ей не под силу.

Оставалось лишь копить время!

Но к чему копить время?

Другие уже достигли второй ступени Инь и Ян, а ты всё топчешься на уровне Великого Небесного Царства, безнадёжно отставая. Какие тут перспективы и будущее?

И вот теперь барьер между Великим и Высшим Небесным Царством пал, сила совершила рывок — погасшие было перспективы вновь озарились ярким сиянием. Кун Хуаньцин была вне себя от радости — слёзы счастья заблестели в её глазах.

— Яд обнуления гнездился в позвоночнике не только ради маскировки, чтобы его было трудно обнаружить и извлечь. Он ещё и подавлял уровень культивации людей вашего племени, — спокойно пояснил Сяо Фань, глядя на ликующую Кун Хуаньцин. — Позвоночник — важнейшая часть тела. Если с ним что-то не так, сила неизбежно страдает.

— Теперь, когда я удалил Яд обнуления из твоего тела, многолетнее подавление исчезло, и прорыв в культивации стал совершенно естественным.

— Кстати, твой истинный талант не так уж плох, как тебе казалось. Его просто подавлял Яд обнуления. Если подсчитать, твой реальный уровень таланта примерно равен таланту Му Цзюньсу.

— Впрочем, равен он лишь в плане таланта к культивации. Во всём остальном ты по-прежнему уступаешь Му Цзюньсу — и очень значительно.

— Талант к культивации — важнейший элемент на этом пути, но далеко не единственный. Одного таланта, без прочего, недостаточно — толку всё равно не будет.

— Благодарю за наставления, господин! — прошептала Кун Хуаньцин голосом тише комариного писка, поклонившись Сяо Фаню.

— Одевайся, — коротко бросил Сяо Фань.

— Да! — прошелестела она чуть слышно и стремительно повернулась к нему спиной.

Точёная, подобная снегу, гладкая, словно застывшие сливки, безупречная спина, изящный изгиб — и она торопливо, шурша тканью, принялась натягивать одежду.

Но Сяо Фань лишь мельком скользнул по ней взглядом и отвернулся. Невозмутимый, он сидел и мерно поглаживал спинку Мин Есюэ — как отец, баюкающий дочь, помогая ей снова уснуть.

И вот, когда Кун Хуаньцин уже почти оделась и натягивала последний слой верхнего платья — обнажённые белоснежные плечи ещё были видны, и краешек нижнего белья мелькал в вырезе, — ворота двора внезапно распахнулись.

Толпа молодых небесных талантов племени Кун ворвалась внутрь.

Лица их были суровы, ауры — напористы и воинственны, словно они явились с каким-то заявлением. Но едва они увидели полуодетую Кун Хуаньцин...

В одно мгновение — будто молнии обрушились с небес — каждого из них поразило, словно громом. Они окаменели на месте с пустыми головами, с ужасом в глазах, не в силах поверить своим глазам.

Что они видят?!

Кун Хуаньцин — во дворе, где остановился Сяо Фань — торопливо одевается, белоснежные плечи обнажены, кромка нижнего белья мелькает...

Значит, до их прихода здесь уже...

Двор погрузился в мёртвую тишину, словно время застыло.

Больше сотни пар глаз впились в Кун Хуаньцин — которая и сама, застигнутая врасплох вторжением толпы, замерла на месте, так и не выпустив из пальцев край одежды, — и ни одна пара глаз не моргнула.

А затем!

После кратких мгновений оцепенения, остолбенения и ужаса во взглядах этих молодых небесных талантов племени Кун проступила невыносимая боль — отчаяние, от которого хотелось рухнуть.

Что произошло до их прихода — казалось яснее ясного. Но Кун Хуаньцин — жемчужина племени, общая богиня всех молодых небесных талантов клана! Немало из них были влюблены в неё до безумия, готовые и в этой, и в следующей жизни не жениться ни на ком, кроме неё.

И вот, увидев, что их богиня осквернена, невинность утрачена, — да ещё только что, прямо сейчас, — один за другим они не выдержали и сломались.

— Не хочу жить! Не хочу жить!.. — Один из молодых небесных талантов нарушил оцепеневшую тишину двора, истерично ударяясь лбом о землю, крича в голос — каждое слово сочилось болью.

— Моя богиня, зачем ты так с собой?! Ты была такой совершенной в моих глазах, такой благородной, такой чистой и безупречной!.. А теперь... А-а-а-а!.. — закричал ещё один, истошно, надрывно, и рухнул, не в силах устоять на ногах.

— Никто меня не удержит! Я покончу с собой! Я покончу с собой!.. — Кто-то из небесных талантов окончательно обезумел, глаза налились кровью, лицо исказилось.

И остальные молодые небесные таланты племени Кун — все до единого — разразились криками отчаяния. Одни корчились от боли, другие сходили с ума, третьи выли — и весь двор забурлил, словно кипящий котёл.

http://tl.rulate.ru/book/28948/16464892