Готовый перевод Returning from the Xianxia World / Возвращение из мира Сянься: Глава 1807 Наказание

Глава 1807. Наказание

Тишина длилась лишь несколько вдохов.

— Наглец! Он посмел силой ворваться на территорию наших Тридцати Шести Сект! Правоохранительный отряд — взять их! — Чэнь Цин, глядя вслед удаляющимся Сяо Фаню и его спутникам, исказил лицо в яростной гримасе и выкрикнул приказ.

Вжих! Вжих! Вжих!..

Стоило Чэнь Цину отдать приказ, как из-за укрытий со всех сторон вылетела сотня стремительных фигур с грозными аурами. Все разом бросились к Сяо Фаню — схватить его.

Это был правоохранительный отряд, составленный из отборных бойцов Тридцати Шести Сект и специально приставленный для охраны турнира — на случай, если кто-то вздумает намеренно помешать проведению состязаний.

Положение Чэнь Цина было не из низких, а Сяо Фань и впрямь только что ранил человека, что могло угрожать безопасности турнира. Поэтому по одному слову Чэнь Цина отряд выступил в полном составе.

Одновременно несколько старейшин из других сект нахмурились, их лица выразили явное недовольство, и они тоже подались вперёд, готовые вмешаться.

Тридцать Шесть Сект города Тяньин стояли друг за друга. Раз Сяо Фань враждовал с сектой Небесной Звезды, значит, враждовал со всеми Тридцатью Шестью Сектами разом.

И пусть виноват был старейшина Ли, намеренно нарывавшийся на неприятности, а Сяо Фань лишь дал сдачи, — своих не бросают. Объединиться и схватить Сяо Фаня было в порядке вещей.

Иначе где Тридцати Шести Сектам держать лицо?

Только вот!

— Стоять!

Прежде чем сотня бойцов успела добраться до Сяо Фаня, из жетона в руках Чжучжу стремительно материализовалась призрачная фигура женщины в белых одеждах. Она мгновенно возникла перед всеми и звонким голосом остановила происходящее.

Му Цзюньсу!

Жетон, который она дала Чжучжу, содержал особый слепок её сущности. Он не только позволял ощущать местоположение владельца жетона, но и проецировать через него собственную призрачную тень.

Разумеется, на слишком большом расстоянии все эти функции переставали работать — Му Цзюньсу была ещё недостаточно могущественна и могла использовать их, лишь когда жетон и её настоящее тело находились в определённом радиусе.

Сейчас, когда Чжучжу привела Сяо Фаня и остальных к подножию гор Тридцати Шести Сект, расстояние до Му Цзюньсу оказалось невелико. Потому, «увидев» через жетон разгоревшийся конфликт, она немедленно спроецировала свою призрачную тень и пресекла дальнейшее обострение.

— Молодая Глава! — Завидев призрачный образ Му Цзюньсу, Чэнь Цин мгновенно сменил выражение лица на почтительное, склонился в поклоне и произнёс.

— Молодая Глава!

— Молодая Глава!

Ученики других сект тоже заговорили, кланяясь столь же почтительно.

Му Цзюньсу была Молодой Главой секты Небесной Звезды и одновременно сильнейшей среди молодого поколения всех Тридцати Шести Сект. Её положение было исключительно высоким — даже ученики других сект обязаны были приветствовать её словами «Молодая Глава».

— Что здесь происходит? — Окинув взглядом беспорядок вокруг, Му Цзюньсу нахмурила тонкие брови, посмотрела на Сяо Фаня и его спутников, затем на Чэнь Цина и произнесла.

Сегодняшний турнир был слишком важен, а она, будучи Молодой Главой секты Небесной Звезды, была занята множеством других дел и не могла следить за всем одновременно. Потому через жетон она «увидела» лишь то, как Сяо Фань ударил старейшину Ли, — а что произошло до этого, ей было неведомо.

Именно потому она и задала этот вопрос.

— Это он — он ударил старейшину Ли! — Услышав Му Цзюньсу, Чэнь Цин тотчас выкрикнул, тыча пальцем в Сяо Фаня, голос его сочился враждебностью и ненавистью.

— Я прекрасно видела, что старейшину Ли ударил он. Но я спрашиваю: почему это произошло? Чэнь Цин, как ты справляешься со своими обязанностями? — Му Цзюньсу вперила в Чэнь Цина прекрасные глаза, и её голос внезапно стал ледяным.

Говоря начистоту, Му Цзюньсу сейчас не волновало, кто прав, а кто виноват. Её заботило лишь одно: сегодня — великий день Тридцати Шести Сект, событие первостепенной важности. В такой день, даже будь у тебя непримиримая вражда, всё следовало отложить, и ни в коем случае нельзя было мешать проведению турнира.

Чэнь Цин, как один из ведущих учеников молодого поколения секты Небесной Звезды, должен был подавать пример. Но вместо этого он, словно не понимая важности происходящего, сам затеял смуту. Это привело Му Цзюньсу в крайнее раздражение — сердце её наполнилось досадой и гневом.

— Молодая Глава, я... я... — Увидев, что лицо Му Цзюньсу резко похолодело, Чэнь Цин тут же побледнел. На его лице проступил нескрываемый ужас, и он начал заикаться, пытаясь оправдаться, но так и не смог выдавить ни одного вразумительного слова.

Ибо авторитет Му Цзюньсу в секте Небесной Звезды был непререкаем. Ни один ученик не смел ей перечить — иначе она не смогла бы, будучи женщиной, занять пост Молодой Главы.

Стоит заметить: в секте Небесной Звезды власть всегда передавалась по мужской линии. Му Цзюньсу, судя по всему, предстояло стать первой женщиной-Главой за всю историю секты.

Потому стоило ей разгневаться, как Чэнь Цин мгновенно затрепетал — словно небо рушилось ему на голову.

— Ты! — Глядя на жалкий вид Чэнь Цина, Му Цзюньсу не пожелала с ним больше разговаривать. Она повернулась к другому ученику секты Небесной Звезды и холодно произнесла. — Рассказывай!

— Это... Старейшина Ли не пускал Сяо Фаня, Линь Шаня и остальных в горы, требовал обыскать их и заставить выпить Пилюлю Десяти Тысяч Червей, поэтому... — Этот ученик не хотел ссориться с Чэнь Цином, но, призванный Му Цзюньсу, деваться было некуда. Запинаясь, он изложил всё как было — голосом столь тихим, что его едва можно было расслышать.

— Ясно, достаточно. — В нескольких словах Му Цзюньсу уяснила суть дела, прервала ученика и холодно произнесла, после чего посмотрела на Чэнь Цина.

Ученик тотчас вздохнул с облегчением и мгновенно отступил назад, затерявшись в толпе, где стоял, не смея лишний раз вздохнуть.

— Чэнь Цин, после сегодняшнего дня отправишься в Холодную Бездну на месяц наказания. Старейшина Ли отстраняется от всех обязанностей — пусть сначала залечит раны, а остальное потом. — Му Цзюньсу вынесла вердикт ледяным голосом.

— Молодая Глава!.. — Услышав приговор, Чэнь Цин пошатнулся и отступил на несколько шагов. Лицо его стало мертвенно-бледным, без единой кровинки, и он невнятно забормотал.

Холодная Бездна — это место не для людей. Провести там месяц... Кем бы ты ни был — если не погибнешь, то сдерёшь с себя слой кожи.

При мысли о предстоящем месяце в Холодной Бездне у Чэнь Цина потемнело в глазах. Голова закружилась, ноги подкосились — он едва не рухнул на землю.

— Молодая Глава, с какой стати меня отстраняют от всех полномочий? Я не согласен, не согласен! — Чэнь Цин не осмеливался возражать Му Цзюньсу, но старейшина Ли — осмеливался. Его подвели к месту разговора, и ещё издали, свесив единственную уцелевшую половину изувеченного лица, он пронзительно завопил, и его голос разнёсся далеко вокруг.

— Молодая Глава, я тоже не согласен! — Увидев, что старейшина Ли восстал первым, Чэнь Цин немного поколебался, но перспектива месяца в Холодной Бездне была невыносима. Подавив в себе привычный страх перед Му Цзюньсу, он собрался с духом и тоже произнёс — правда, голос его звучал очень тихо.

— Вы оба не согласны? Хорошо. Старейшина Ли, Чэнь Цин, тогда позвольте спросить вас обоих: вы не понимаете, какой сегодня день? Зачем вы затеяли смуту и пытаетесь сорвать турнир? — Лицо Му Цзюньсу стало совершенно ледяным. Она посмотрела на них обоих и произнесла раздельно, слово за словом, — холодом в её голосе, казалось, можно было заморозить до костей.

— Я... — Услышав эти слова, и старейшина Ли, и Чэнь Цин наконец осознали свою ошибку. Оба застыли на месте, губы их дрожали, но сказать было нечего.

Действительно, они были неправы.

Сегодня главной задачей было обеспечить мирное проведение турнира. Всякий, кто затевал смуту, был виноват. И наказание Му Цзюньсу было вполне справедливым — даже патриархи секты Небесной Звезды не стали бы возражать.

Но Му Цзюньсу ещё не закончила.

— Чэнь Цин, старейшина Ли, вы меня очень разочаровали! — Му Цзюньсу бросила последний взгляд на Чэнь Цина, затем перевела глаза на старейшину Ли и покачала головой, и голос её стал ещё холоднее. — Один — ведущий ученик молодого поколения нашей секты Небесной Звезды, другой — важный старейшина. Вы занимаете высокое положение, облечены властью — и при этом не понимаете, что уместно, а что нет!

— Раз так — вам незачем занимать эти места. После окончания турнира отправляйтесь в дочернюю секту. Можете не возвращаться.

Сказав это, Му Цзюньсу более не удостоила их взглядом, повернувшись к Сяо Фаню и его спутникам.

— Молодая Глава!..

Окончательный приговор Му Цзюньсу поразил старейшину Ли и Чэнь Цина, словно гром среди ясного неба. Оба стояли, потерянные и опустошённые, с мертвенно-серыми лицами.

Отправка в дочернюю секту означала фактическое изгнание. А вместе с изгнанием их будущее рушилось безвозвратно.

Такое наказание немногим лучше смертного приговора — оно было одной из высших кар в секте Небесной Звезды.

— Чжучжу, проводи их на турнир! — Му Цзюньсу спокойно посмотрела на Сяо Фаня и его спутников и, не говоря ничего лишнего — словно ничего только что не произошло, — повернулась к Чжучжу.

— Слушаюсь, Молодая Глава! — торопливо откликнулась Чжучжу, и на её лице тоже мелькнул испуг.

С этими словами Му Цзюньсу окинула последним взглядом всех собравшихся старейшин и учеников, после чего её призрачная фигура медленно растаяла и исчезла.

— Господин Сяо, прошу вас! — Чжучжу с лёгкой робостью взглянула на Сяо Фаня и тихо произнесла.

Сяо Фань спокойно кивнул и зашагал вперёд. Линь Шань, Цин Нин и Малая Черепашка следовали за ним по пятам. Чжучжу поспешила выйти вперёд, указывая путь, и вся компания двинулась вглубь гор, оставив позади безмолвную толпу старейшин и учеников Тридцати Шести Сект, которые ещё долго не могли вымолвить ни слова.

http://tl.rulate.ru/book/28948/16464630