Глава 1789. Десять тысяч склонили головы, он уходит, словно ветер
— Что?!
Увидев, что Кодекс Правил Академии, словно живое существо, испустил голос, все присутствующие из Академии Юнькун, включая Лань Юэ'эр, оцепенели от ужаса, а затем лишь переглядывались, не в силах вымолвить ни слова.
Ведь никто и представить себе не мог, что Кодекс Правил Академии обладает собственным сознанием, что он — живой, а не мёртвый предмет.
— Всего лишь кусок ржавого хлама, влачащий жалкое существование за счёт поглощения Энергии Судьбы. Хочешь окончательно сгинуть, перестать существовать — так я сегодня помогу тебе в этом! — Сяо Фань одной рукой сжимал шею командира армии Золотого Ворона, а затем сделал шаг вперёд, уставившись на Кодекс Правил Академии, висящий в небе, и произнёс холодным, бесстрастным голосом.
Кодекс Правил Академии не ответил. Из него медленно выступила смутная золотая фигура, воспарив в небо, и пара золотистых глаз пристально впилась в стоящего на земле Сяо Фаня.
— А, так ты положил глаз на мою Энергию Судьбы! — чутьё Сяо Фаня было невероятно острым, и он мгновенно уловил, куда именно направлен взгляд Кодекса, после чего кивнул.
Кодекс Правил Академии не произнёс ни слова. Лишь из его золотых глаз хлынуло немыслимо яркое золотое сияние, чудовищное давление затопило всё вокруг, придавив всех так, что дышать стало невыносимо трудно, а боль пронизывала каждую клетку тела. И при этом он безмолвно, не отрываясь, смотрел на Сяо Фаня.
— Отправляйся в путь!
Сяо Фань не стал тратить лишних слов — сказал кратко и по существу, а затем извлёк из собственного тела Последний Дьявольский Клинок. Его глаза мгновенно помрачнели до предела, и одним ударом он обрушил клинок сверху вниз на Кодекс Правил Академии.
Этот удар в глазах Лань Юэ'эр и всех остальных из Академии Юнькун выглядел совершенно простым, самым обычным ударом. Они видели лишь, как Сяо Фань рубанул клинком по висящему в небе Кодексу и по выступившей из него размытой золотой фигуре.
Но в действительности, когда Сяо Фань нанёс этот удар, весь мир на мгновение замер, а бескрайнее небо в один миг обратилось в зону абсолютного вакуума и уничтожения.
Всё, что оказывалось в этой зоне — неважно кто — погибало мгновенно: тело, душа, всё до последней частицы бесследно исчезало из этого мира. Не оставалось ровным счётом ничего.
Ужас этого удара невозможно было точно описать словами!
И перед лицом этого удара Кодекс Правил Академии тоже оказался бессилен. Лицо его размытой золотой фигуры исказилось, в золотых глазах вспыхнул неподдельный ужас; фигура мгновенно развернулась и в безумной панике бросилась бежать обратно внутрь Кодекса, начисто утратив всякое намерение сражаться с Сяо Фанем.
Прежде Сяо Фань даже не доставал Последний Дьявольский Клинок, а теперь они действовали вместе — Сяо Фань и Клинок одновременно. И пусть этот дух был существом не из нынешней эпохи — даже он наконец осознал, в чём заключается истинный ужас Сяо Фаня.
Он был духом Кодекса Правил Академии, пусть извращённым и невероятно могущественным, и уже одно то, что он пережил другие эпохи, свидетельствовало о его колоссальной силе. Но перед Великим Императором — существом, способным подавить всех врагов мира и даже подчинить целые эпохи, — он всё же был ничтожен.
Так куда ему было дерзать действовать и противостоять Сяо Фаню?
Однако!
Как бы быстр он ни был, обогнать Сяо Фаня он не мог. И все увидели: его фигура ещё не успела вернуться в Кодекс, как он застыл на месте, не в силах продвинуться и на полшага. Его золотое тело мгновенно, дюйм за дюймом, стало распадаться под клинком Сяо Фаня, пока не исчезло окончательно.
Впрочем, даже если бы он оказался быстрее Сяо Фаня, это было бы бесполезно. Ибо когда клинок Сяо Фаня опустился, не только он сам мгновенно растворился в небесах — сам Кодекс Правил Академии тут же рассыпался, разлетевшись на куски.
«Щелк!», «Щелк!», «Щелк!»...
Кодекс Правил Академии обратился в сотни золотых осколков, разлетевшихся во все стороны. И везде, куда попадали эти осколки, тут же грохотали устрашающие взрывы.
Бесчисленные горные хребты были разнесены вдребезги, неведомо сколько рек было испарено в мгновение ока, и никто не мог сосчитать, сколько трещин пролегло по земле — неисцелимых, непоправимых!
Кодекс Правил Академии — уничтожен!
— Вернись!
Сяо Фань негромко произнёс, поднял руку и сжал пустоту — и все осколки Кодекса, разлетевшиеся на все четыре стороны, мгновенно вернулись в его ладонь.
— Моё!
При виде осколков Кодекса в руке Сяо Фаня Последний Дьявольский Клинок тут же набросился на них, точно голодный волк, выхватив всё до единого, и втянулся обратно в тело Сяо Фаня, где принялся жевать и поглощать добычу.
Кодекс Правил Академии был древним реликтом из другой эпохи — пусть извращённым, но бесспорно редкостным. Для Последнего Дьявольского Клинка он был лучшим тонизирующим средством, и даже если бы Клинок не набросился сам — Сяо Фань всё равно отдал бы осколки ему!
Небо наконец полностью прояснилось!
Академия Юнькун окончательно утратила всякую способность к сопротивлению. Все стояли в мёртвом молчании, дыша с трудом, тела непрестанно дрожали, — и все ждали приговора Сяо Фаня, ждали его решения о жизни и смерти.
«Щелк!»
Сяо Фань первым делом переломил шею командира армии Золотого Ворона, которого всё ещё держал в руке, а затем небрежно отбросил бездыханное тело в сторону. Оно рухнуло на землю, взметнув облако пыли.
Затем!
«Бух!», «Бух!»
Сяо Фань поднял руку — и ладонь обрушилась вниз. Головы командира армии Тигриного Могущества и командира армии Небесного Дракона тут же лопнули. Оба не успели даже издать звука и погибли на месте.
«Бух!», «Бух!», «Бух!»...
Сяо Фань раз за разом поднимал руку, ладонь раз за разом опускалась — и высшие чины Академии Юнькун один за другим гибли под его дланью, не выживая ни одного.
Среди них кто-то отчаянно молил о пощаде, кто-то кричал в отчаянии, кто-то злобно проклинал, а кто-то бешено угрожал, — но какими бы ни были их действия, ничто не могло вызвать и малейшей ряби на лице Сяо Фаня. Всех их встречал один и тот же итог: ладонь опускалась, жизнь обрывалась, и всё было кончено.
За какие-то десять с небольшим вдохов командир армии Золотого Ворона и все высокопоставленные члены Академии Юнькун были Сяо Фанем уничтожены.
Но на этом не кончилось!
— Вон сюда!
Глаза Сяо Фаня были бесстрастны. Он рявкнул, снова поднял руку и схватил в глубинах Академии Юнькун — мгновенно двоих Великих Верховных Старейшин вырвал оттуда и швырнул к своим ногам.
Эти двое были теми самыми Великими Верховными Старейшинами, что постоянно находились в Академии Юнькун.
Хуэйсинь, Линтай и Буцзюэ — трое Великих Верховных Старейшин Академии, а также ректор и вице-ректор Академии — отсутствовали: они отправились за пределы академии вести переговоры с крупнейшими кланами Тёмной Области о предстоящей первой битве за Тёмную Область.
Цяньхуа и ещё двое Великих Верховных Старейшин Академии Юнькун находились в полной изоляции закрытого затворничества, и командир армии Золотого Ворона со своими людьми, уверенные, что справятся с Сяо Фанем сами, не стали тревожить их.
Ещё один Великий Верховный Старейшина странствовал далеко от академии и редко возвращался — его тоже не было.
Истинные зачинщики всего сегодняшнего — именно эти двое Великих Верховных Старейшин, которые стояли за всем из-за кулис. Командир армии Золотого Ворона и остальные были лишь исполнителями, и поэтому при окончательном расчёте Сяо Фань не собирался их щадить.
— Человек, ты...!
Эти двое были отнюдь не слабы — их сила была поистине выдающейся. Но сейчас они, словно пара цыплят, были зажаты в руке Сяо Фаня, не в силах даже шевельнуться.
Один из них скривился в свирепой гримасе и открыл рот, собираясь яростно прорычать что-то.
Но прежде чем слова сорвались с его губ, ладонь Сяо Фаня уже опустилась. Он разделил судьбу командира армии Золотого Ворона и всех прочих — голова раскололась, и он погиб на месте.
Второй Великий Верховный Старейшина постигла та же участь. Сяо Фань даже не удосужился узнать их имена — просто обрушил ладонь, и в мгновение ока этот Великий Верховный Старейшина тоже стал частью истории.
Уничтожив всех, Сяо Фань не стал совершать никаких дальнейших действий. Он просто замер на месте, недвижимый, — и вместе с ним замерли небо и земля. Он стал центром и единственной сущностью этого мира.
Глядя на застывшего Сяо Фаня, все люди Академии Юнькун в этот миг по собственной воле дружно пали ниц, один за другим склоняясь в глубочайшем поклоне, выражая покорность, умоляя о пощаде и прощении.
Десять тысяч — склонили головы!
— Наконец... всё кончено!
Глядя на тихо стоящего Сяо Фаня, чья убийственная аура наконец начала медленно рассеиваться, возвращая ему прежний, обыденный облик, Лань Юэ'эр с мешаниной чувств на лице произнесла надломленным голосом:
Ведь итог сегодняшней битвы ошеломил даже её!
Сяо Фань в одиночку подавил всю Академию Юнькун, заставив её покориться, — и от этого у Лань Юэ'эр бешено колотилось сердце, а душу охватывал невыразимый ужас.
Вспоминая свои увещевания перед началом боя, она теперь могла лишь горько усмехнуться и промолчать.
Она сама была глупа.
Что до Малой Черепашки, Линь Шаня, Цин Нин и Сюэ Хун — первые трое давно уже привыкли, ведь рядом с Сяо Фанем они видели слишком много его потрясающих деяний.
Лишь Сюэ Хун при виде происходящего окаменела на месте, ужас на её лице достиг предела.
Она не могла и вообразить, что тот молодой человек из людей, который некогда мимоходом спас ей жизнь, а потом потребовал, чтобы она стала пилюльной служанкой его ученицы, — оказался столь невообразимо могущественным.
В одиночку силой подавить всю Академию Юнькун, уничтожить несчётное число великих персон, перед которыми ей приходилось лишь благоговейно взирать снизу вверх, — его мощь не поддавалась никаким описаниям. Для неё существовали лишь три слова: непобедим, непобедим, непобедим!
Неудивительно, что в тот день он сказал: стать пилюльной служанкой Цин Нин — это её шанс. Неудивительно, что он заявил: он может привести её к вершине культивации, и вся Восточная Духовная Нижняя Провинция будет для неё ничем, а её достижения превзойдут сестру Сюэ Цинвэй в тысячи и миллионы раз.
За всем этим стояли абсолютная уверенность и подлинное основание.
И все эти слова были предрешённой истиной, без малейшего преувеличения!
— Академия Юнькун, позаботьтесь о себе сами!
Сяо Фань окинул взглядом всех людей Академии Юнькун, ненадолго задержав его на нескольких «знакомых» — таких как Святой Старейшина, Юнь Чжунхэ, — а затем отвёл глаза и произнёс ровным, бесстрастным тоном.
Сказав это, он добавил:
— Я ухожу. Когда найду Громовую Жемчужину Души — увидимся! — обратился Сяо Фань к Лань Юэ'эр с кивком.
— Хорошо! — кивнула Лань Юэ'эр.
Сяо Фань развернулся, подхватил Мин Есюэ, Малую Черепашку, Линь Шаня, Цин Нин и Сюэ Хун, взмыл в воздух и устремился вдаль. Не прошло и мгновения ока — они полностью скрылись из поля зрения всех в Академии Юнькун, и более их уже невозможно было разглядеть.
На месте все люди Академии Юнькун по-прежнему оставались в коленопреклонённой позе покорности, тела продолжали дрожать, и долгое время ни один не осмелился подняться.
Лань Юй'эр проводила взглядом удаляющиеся силуэты Сяо Фаня и остальных, издала тихий, протяжный вздох, а затем повернулась и направилась вглубь Академии Юнькун.
Академия Юнькун погрузилась в полную тишину.
http://tl.rulate.ru/book/28948/16464580
Готово:
