Глава 1021. Кровь
Лу Чжоу внезапно открыл глаза.
Он вскочил с кровати, тяжело дыша.
Только тогда он осознал, что его одежда насквозь промокла от пота.
Он протер лоб и встал с кровати. Он подошел к холодильнику, взял бутылку воды и сделал глоток, пытаясь успокоиться.
Все происходило лишь в его голове.
Но, возможно, все было слишком реалистично, воспоминания врезались ему в память.
Почти как…
Он подошел к окнам и уставился на ночной пейзаж. Он стоял там до тех пор, пока бутылка минеральной воды в его руке не перестала казаться холодной, после чего развернулся и пробормотал:
— Как… Ночной кошмар.
Он пошел в ванную и принял душ.
Лу Чжоу переоделся в чистую одежду и сел за компьютерный стол.
Он вернулся в системное пространство и убедился, что чисто-белое системное пространство не изменилось.
Однако фиолетовый образец из его инвентаря исчез.
Словно его никогда и не существовало.
Лу Чжоу вернулся к реальности и, открыв документ, начал печатать.
«Что за черные здания?»
«Если это компьютер, то кому он принадлежит?»
«Что он рассчитывает?»
Кроме того, золотые кубы, лежащие на дне бассейна, были тем же самым, что и его вторые обломки.
Но переживать не стоило. После возвращения в Цзиньлин он собирался использовать свои новообретенные знания для исследования этих обломок.
Лу Чжоу задумался, прежде чем поставить пароль для документа.
Даже если кто-то прочтет о его нелепом сне, ничего не случится.
Однако лучше сохранять осторожность.
………………
На следующий день.
Начался 45 минутный доклад Веры, который проводился в седьмом лекционном зале.
В лекционном зале было довольно оживленно.
Многих интересовала женщина обладательница Филдсовской премии.
В конце концов, хотя женщин физиков и химиков было много, женщины математики были достаточно редки.
Особенно выдающиеся женщины математики.
Не говоря уже о том, что Вера обладала не только знаниями, но и красотой.
Даже ученые, которые не занимались аналитической теорией чисел, решили посетить доклад.
Лу Чжоу, который прибыл на место за десять минут до начала, почти не смог найти свободного места. Шольце, сидевший в центре зала, помахал ему рукой.
— Я приберег это место для моего друга Акшая, но он пошел на другой доклад.
— Спасибо.
Шольце улыбнулся.
— Не за что.
Лу Чжоу зевнул и взял лежащую перед ним статью. Он небрежно пролистал страницы.
Прошлой ночью он плохо спал.
В голове у него был полный сумбур, и он не мог перестать думать о металлическом городе, черных зданиях, лезвиях, жидком гелии…
— Ты плохо спал?
— Да.
— Поздно лег?
— Вроде того. — Лу Чжоу помолчал немного, а потом добавил. — Мне приснился длинный кошмар.
Шольце с любопытством спросил:
— Что снилось?
— Будущее.
Шольце нахмурился:
— Уверен, что это был кошмар?
— Наверное… Я не уверен, что это будущее человечества… Я имею в виду, что не помню, что видел такое в фантастических фильмах. Просто мертвая атмосфера. Не очень приятное апокалиптическое ощущение.
— Как в «Я легенда»?
— Ха-ха, может быть, но это старый фильм.
Шольце пожал плечами и шутливо заметил:
— Печально, величайший ученый этого столетия пессимистично смотрит на будущее. Похоже, мне стоит подумать о покупке дополнительной страховки.
Лу Чжоу покачал головой и улыбнулся.
— Это совсем не смешно.
Шольце улыбнулся:
— Но разве ты не смеялся?
— Мне смешно от того, что первым делом ты решил купить страховку… Кто застрахует твоего страховщика?
Шольце потер подбородок и задумался:
— Это проблема.
Пока эти двое разговаривали, начался доклад.
Вера стояла на сцене, и Лу Чжоу почувствовал, что она выглядит не слишком хорошо.
Однако он мог расспросить ее только после доклада.
Теперь, когда доклад начался, ему следует сосредоточиться на научной части.
Это самое элементарное уважение к докладчику.
Лу Чжоу глубоко вздохнул и сосредоточил свое внимание на работе, которую держал в руке.
Из-за того, что в последнее время он был сильно занят, у него не было времени прочитать текст доклада.
Впрочем, это не имело особого значения.
Он мог понять большинство концепций, просто просмотрев их.
— Дополнение к методу анализа гиперэллиптических кривых? — Лу Чжоу с интересом прочитал аннотацию. — Это интересно.
По сути, Вера основывалась на методе анализа гиперэллиптических кривых. Однако она использовала более сложный метод, чтобы ввести формулу Планшереля в группу Гейзенберга. Это сделало метод анализа гиперэллиптических кривых более применимым к связанным одномерным комплексным многообразиям на римановых поверхностях.
Это трудно объяснить простыми словами. Но, если вкратце, это оригинальная идея, что привлекла внимание Лу Чжоу и аудитории.
Доклад даже вдохновил Лу Чжоу, что у него возникло желание немедленно вернуться в свой номер и вновь закрыться.
Конечно, это всего лишь мысль.
Он бы так не поступил, поддавшись порыву.
Не говоря уже о том, что Вера все еще выступала с докладом.
Наконец-то у нее появилась возможность выступить перед всем математическим сообществом. Если бы ее наставник внезапно ушел посреди выступления, она могла расплакаться прямо на сцене…
Шольце слушал доклад Веры, затем он скрестил руки и вздохнул.
— Честно говоря, я тебе очень завидую.
Не поворачивая головы, Лу Чжоу спросил.
— Завидуешь чему?
— Тому, что у тебя такая умная и послушная ученица. Всякий раз, когда ты придумываешь новую теорию, она рядом, чтобы помочь тебе ее усовершенствовать.
Лу Чжоу улыбнулся.
Однако внезапно произошел несчастный случай.
Вера начала сильно кашлять на сцене.
— Извините.
Вера прикрыла рот рукой и собиралась продолжить свой доклад. Однако, когда она попыталась заговорить, у нее снова начался кашель.
На лбу у нее выступил пот, а сам она выглядела бледной, когда оперлась рукой на доску.
На сцену тут же поднялся сотрудник.
— Госпожа Пулюй, давайте пока прекратим доклад, если вы плохо себя чувствуете…
— Нет, дайте мне закончить!
Она сжала кулаки, когда в ее глазах промелькнуло замешательство. Однако растерянность вскоре сменилась смелостью и решимостью.
Год назад, когда она заболела, она поняла, что у нее мало времени.
И после упорного труда она попала сюда…
Сотрудник немного поколебался и отступил.
Вера посмотрела на доску.
Ее разум еще никогда не был таким ясным.
Она стиснула зубы и продолжила писать на доске.
Из-за боли и беспокойства цифры и символы на доске начали искажаться, но поток мыслей в ее голове не прекращался.
Она записала на доске все свои мысли, в том числе и те, которые не были изложены в работе.
Казалось, время и пространство остались позади, как и боль в груди.
Говорят, когда человек достигает своего физического предела, организм направляет все ресурсы мозгу.
Однако ей некогда было думать об этом.
Она делала это не для математического сообщества или своего наставника…
Возможно, это ее последний доклад…
По меньшей мере…
Она собиралась сделать все возможное без каких-либо сожалений!
Наконец, она закончила писать последнюю строку уравнений.
Глядя на заполненную доску, она отступила на полшага со слабой улыбкой.
Хотя она не дошла до конца лабиринта.
По крайней мере…
Это могло помочь другим людям.
Особенно Лу Чжоу.
Внезапно она ощутила тяжесть.
Она оперлась о доску, но ее рука оставила на доске кровавый след.
Кровь!
Первоначально тихая аудитория наполнилась шумом.
Черт…
Увидев красный след, Вера вздохнула.
Хоть это чудо, что я продержалась до сих пор, не ожидала, что это случится именно сегодня.
Это одновременно и худший, и лучший день в моей жизни.
Ее ноги постепенно теряли силу.
Прежде чем потерять сознание, она увидела знакомую фигуру, мчащуюся к ней из центра зала.
Внезапно она поняла…
Она ни о чем не жалеет.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/26441/4293300
Готово:
Использование: