"Господин, мне жаль, что я разбил ваше сердце. Я искренне прошу у вас прощения. Учитель, пожалуйста, простите меня!" Цзинь Цинъянь извинился, после чего тут же трижды поклонился.
После того, как они закончили кланяться, с неба без предупреждения хлынул ливень.
Цзинь Цинъянь посмотрел на небо. В тот момент, когда капли дождя упали на его лицо, ему показалось, что его наставник ласкает его.
Все четверо поспешно разбежались в разные стороны, чтобы укрыться, так как зонтов у них с собой не было.
Странно, но дождь резко прекратился, как только они добрались до своей машины.
Они установили две палатки, обращенные отверстиями на восток.
После установки палаток небо все еще было светлым. Тогда они решили достать решетку для барбекю и продукты.
После совместного ужина они вернулись в свои палатки, чтобы отдохнуть.
Сяо Чэньянь и Фан Эрлан, прижавшись друг к другу, тихонько переговаривались между собой. Любопытная, как кошка, Фан Эрлан требовала, чтобы Сяо Чэньян рассказал ей больше об их прежней жизни.
Однако он часто рассказывал ей лишь малую часть событий.
В этот раз он действительно рассказал ей обо всем, что произошло, после чего ему в голову пришел важный вопрос.
"Знаешь ли ты, какая должность тебе больше всего нравилась в нашей прошлой жизни?"
"Нет", - ответила Фан Эрлан, покраснев от смущения.
"Попробуй угадать".
"Сзади?"
Сяо Чэньянь прищурился и поддразнил: "Похоже, тебе очень нравится, когда я вхожу в тебя сзади".
"Ты просто пытался меня подслушать?" - спросила Фан Эрлан, внезапно осознав, что он, похоже, подслушивает ее. Ей вдруг показалось, что он очень хитрый. Казалось, что он может узнать все, что захочет, одним щелчком пальцев.
"Неправда, потому что тебе очень нравилось это положение в нашей предыдущей жизни".
"Правда?" с опаской спросил Фан Эрлан.
"Да".
Она подошла к нему ближе и спросила: "Какими духами ты пользуешься каждый день? Почему от тебя так хорошо пахнет?"
"Ты когда-нибудь видел, чтобы я пользовалась духами?"
"Нет, поэтому мне и любопытно".
"Я никогда не пользуюсь духами. Мой запах естественный".
"О, почему у меня нет никакого запаха?"
"У тебя есть... но только я могу его чувствовать", - сказал он, зарываясь лицом в ее декольте, чтобы почувствовать ее телесный запах.
Почувствовав легкую щекотку, Фан Эрлан поморщился и сказал: "Ночь еще только началась. Я не могу заснуть так рано".
"Кто сказал, что мы должны спать рано?"
"Что же мы тогда будем делать?"
"Мы займемся любовью". Он перевернул ее на спину, заставив ее сердце пропустить удар. Она схватила одеяло и слегка приподняла свое тело.
....
Это было на следующий день.
Сяо Чэньян был энергичен, а Фан Эрлан была крайне вялой.
"Эрлан, почему ты выглядишь так, будто не сомкнул глаз прошлой ночью?" спросила Ань Сяонин, выливая бутылку воды на лицо Цзинь Цинъяна, чтобы помочь ему умыться.
"Я не могла привыкнуть к смене обстановки, поэтому у меня была... бессонница", - ответила Фан Эрлан с ноткой вины. Ей показалось, что ее оправдание было немного надуманным. Хотя мы не были слишком энергичными или громкими прошлой ночью, они наверняка слышали нас, не так ли?
Ань Сяонин улыбнулась, не проронив ни слова.
Они приступили к простому завтраку. Похоже, что их путешествие не было напрасным.
Солнце взошло на востоке и опустило свои теплые золотые лучи на землю под ним, добавив спокойствие и приятное настроение в атмосферу на вершине горы.
Все четверо стояли бок о бок и в приподнятом настроении смотрели на золотое солнце. Ань Сяонин достала фотоаппарат, чтобы сделать несколько снимков.
Они размяли свои тела, собрали вещи и приготовились к отъезду.
Воздух в горах был свеж как никогда. Поэтому они решили опустить окна и впустить свежий воздух, пока ехали с горы.
--
"Я все еще думаю, что ты должен вернуть Баоэр под свою опеку".
Услышав слова Вэнь Леля, Ши Шаочуань без колебаний ответил: "Почему?".
"Я очень люблю детей. Учитывая то состояние, в котором я сейчас нахожусь, я не знаю, смогу ли я когда-нибудь иметь своих собственных детей.
Поэтому, тщательно все обдумав, я решил относиться к Баоэр как к собственной дочери и вырастить ее до совершеннолетия. Думаю, это будет отличная идея".
Ши Шаочуань возразил: "Забудь об этом, пусть эта женщина воспитывает Баоэр. Все равно она одна воспитывала ее с тех пор, как родила. Я не хочу больше заботиться о Баоэр".
"Почему? Разве она не твоя дочь?" спросила Вэнь Леле.
"Разговор окончен. Больше никогда не поднимай эту тему".
"Даже если ты не хочешь ее воспитывать, ты все равно должен часто приводить ее домой, чтобы не отдаляться от нее после долгого отсутствия общения".
"Тебе не нужно об этом беспокоиться. Просто позаботься о себе", - сказал Ши Шаочуань, холодно отмахнувшись от нее.
Уставившись на него, Вэнь Леле ответила: "Хорошо".
"Тогда я выйду сейчас".
"Куда ты идешь?"
"Уладить кое-что".
Она решила не допытываться дальше, зная, что ее усилия все равно будут напрасны.
После его ухода Вэнь Леле перевела взгляд на окно, как она обычно делала. Во время госпитализации она каждый день проводила в одиночестве. Ей не перед кем было излить душу и высказать свои претензии.
Она потеряла всякую надежду на жизнь и не думала, что когда-нибудь снова почувствует себя счастливой.
Мирная и обыденная жизнь, которой она жила раньше, казалась ей раем, а жизнь, которой она так жаждала и которой жила сейчас, казалась адом.
Она никак не могла выбраться из того застоя, в котором сейчас находилась ее жизнь.
Вэнь Леле закрыла глаза и позволила слезам свободно течь.
Она изо всех сил вцепилась в углы одеяла.
Дверь снова открылась, и Вэнь Леле подняла голову и увидела, что это вернулся Ши Шаочуань.
"Почему ты снова вернулся?"
Ши Шаочуань протянул ей договор, который держал в руках, и сказал: "Я подумал и решил, что лучше отдать это тебе сейчас. В конце концов, это лишь вопрос времени, когда нам придется его подписать".
Вэнь Леле схватила документ, но обнаружила, что это соглашение о разводе.
"Ты... разводишься со мной?".
"Да, давай разведемся. Я не буду жестоко обращаться с тобой или обделять тебя. Я дам тебе достаточно денег, чтобы ты могла жить беззаботной жизнью с этого момента".
"Никакая сумма денег не сможет восстановить мое здоровье и внешность. Неужели ты думаешь, что сможешь удалить эти мои уродливые шрамы с помощью всех этих денег?"
После минутного молчания Ши Шаочуань ответил: "Никто не хотел, чтобы это случилось. Леле, я знаю, что ты, должно быть, чувствуешь себя ужасно, но это неизбежно. Развод обязателен. Другого выхода нет".
"Сколько ты планируешь мне дать?".
"Пять миллионов долларов, все одним махом. Этого хватит тебе на всю жизнь".
Вэнь Леле саркастически хмыкнул и усмехнулся: "Пять миллионов долларов... это не маленькая сумма. Мне придется работать годами, прежде чем я смогу заработать столько денег. Ши Шаочуань, ты действительно щедр, да? Но разве я не должна иметь право на половину твоего имущества, если мы разведемся?"
"Половина моего имущества? Невозможно. Мы были женаты совсем недолго. Я спал с тобой всего один раз, и все же ты просишь половину моего имущества? Честно говоря, я решил дать тебе эту сумму денег только в качестве компенсации, потому что ты получила травму в моем доме. Чего еще вы хотите? Как ты смеешь просить половину моего имущества?".
http://tl.rulate.ru/book/24840/2094263
Готово:
