Утром я отправился в кузницу, чтобы приступить к работе. Мне нужно было делать всего три слитка в день – и всё. Если упралюсь за час, день закончен. Но если возникнут трудности, то и переработка будет в порядке вещей. Оплачивали мне за количество, а не за часы.
С моими силами я легко делал три слитка часа за два. Проблема в том, что такая скорость могла вызвать подозрения. А мне этого не хотелось. Поэтому я установил себе рабочий день в 4–5 часов. Если прихожу в семь утра и работаю до полудня или часу дня, остаток дня свободен. И поскольку я больше не голодал, не нужно было ходить на реку ловить рыбу. Иногда я всё равно это делал, просто для души, когда хотел забыть обо всём и отдохнуть.
В кузнице я увидел, что Гронд уже работает над слитками. Наверное, это был его первый слиток, потому что он не выглядел уставшим. Увидев меня, он сказал:
– Можешь начинать работу когда хочешь, но помни: нужно сделать три слитка в день. Можешь пользоваться всеми инструментами в мастерской. Обед тебе принесут сюда в одиннадцать утра. Всё ясно?
Я кивнул и пошёл к стойке с инструментами за молотом и другими принадлежностями: клещами, формами.
В кузнице было место, где хранили руду: железо, уголь, очищенный уголь для производства стали, медь и так далее. Я взял несколько кусков железной руды и пару кусков очищенного угля. Мне нужно было делать слитки очищенной стали, поэтому приходилось использовать особую технику, которую я выучил давным-давно, и соблюдать пропорции.
Сначала мне приходилось расплавить два куска железной руды и один кусок очищенного угля. Потом вылить это в форму, разгладить, снова расплавить, добавив еще один кусок железной руды и кускок очищенного угля. Я так и не понял, почему нельзя было сразу положить три куска железной руды и два куска очищенного угля и потом все вместе расплавить, но Гронд показывал мне именно так. Я просто следовал его указаниям. Мне было все равно, будет ли так лучше или нет, меня попросили сделать вот так, и я делал. Кроме этого, я научился еще кое-чему, например, как точить металл. Правда, он меня этому не учил, я просто видел, как он это делает, и поэтому, возможно, смог бы повторить. А может, это мне просто казалось.
Первый слиток я сделал за час. Это нормально, потому что я только начал. Мне нужно было отдохнуть, чтобы не вызвать подозрений, и я приступил к работе примерно в 8:30 утра. Второй слиток я закончил около 10:30 утра и отдыхал еще полчаса. Я хотел сначала пообедать, поэтому рассчитал время так, чтобы к этому часу закончить два слитка. После обеда, который занял минут десять, я начал работать над третьим слитком и закончил его к 12:30. Гронд за это время сделал только два слитка, он оказался гораздо ленивее, чем я думал. После первого слитка он отдыхал полчаса, а потом куда-то вышел ненадолго. К работе он вернулся только в десять утра. Он не закончил [до обеда] и снова приступил к работе примерно в 11:30. Закончил он около полудня и снова взял получасовой перерыв. За то же время я успел сделать три слитка, а опытный кузнец всего два. Поэтому я и решил, что он, должно быть, ленивый.
Я сказал Гронду, что закончил работу. Он слегка удивился и вернулся к своему делу. Мне больше не нужно было там оставаться, мне нужно было заняться тренировками. В конце недели мне должны были заплатить, и у меня уже оставалось немного денег. Этого не хватило бы даже на один кинжал, но все же что-то.
– Гронд, я закончил, – сказал я.
Гронд поднял на меня взгляд, слегка удивленный, но ничего не сказал, просто кивнул и снова взялся за молот.
Вернувшись домой, я попытался освоить последний шаг, о котором говорил Ник в искусстве скрытности. Он велел объединить всю предыдущую подготовку и избегать света. Я на некоторое время задумался.
"Моя первая тренировка была равновесие и движение. Вторая – инстинкты и чувства, а последняя – поведение".
Затем я попытался представить, что получится, если я объединю все это.
"Если я объединю все это, то что получу? Равновесие и движение можно отнести к ловкости. Таким образом, моя первая тренировка может быть названа так. Далее – чувства и инстинкты. Вероятно, это можно свести к чувствительности к окружающей среде. Иными словами – к домену. Последняя была поведение, но это не так просто классифицировать. Я бы сказал, это терпение и наблюдательность. Иными словами – бдительность".
Получилось три категории: ловкость, домен и бдительность.
"Но как мне объединить эти три?"
Я размышлял, но ничего не приходило на ум. Ловкость и бдительность, например, замедляли бы, потому что приходилось обращать внимание. Домен и ловкость тоже противоречили друг другу. Если местность была неподходящей, мне пришлось бы замедлиться. Домен и бдительность можно было бы объединить в одну категорию. Следовательно, теоретически, это могло бы быть рассмотрено как одна категория – скрытность.
"Странно. Категории домена и бдительности уже сами по себе создают навык скрытности, так зачем там еще и ловкость? Как можно быть скрытным, двигаясь быстро... Подожди! Именно поэтому первая тренировка была с шестами! Теперь я понял. Ловкость – это скорость, но ловкость, которую я учил, была скоростью через минимальные движения и уверенное равновесие, которое можно изменить в любой момент. Ловкость, которую я учил, отличается от той, о которой обычно думают. В основном люди предполагают скорость и гибкость, но как насчет полного контроля над своим телом и равновесия? Это тоже может увеличить скорость, но другим способом".
Мысли продолжали крутиться в голове: «Если так, то моя ловкость отличается от того, что думают люди, и ее можно вплести в искусство скрытности. Я могу быть незаметным и быстрым одновременно. Это же и есть искусство скрытности, а не просто навык!»
От одной этой мысли захватывало дух. «Я уже владею искусством скрытности! Если я задействую всю свою прежнюю подготовку, то даже тот, кто следил за мной по приказу Рэнда, меня никогда не найдет! Я мог все это делать, но никогда не думал объединить». Однако была одна загвоздка. Последними словами, что произнес Ник, было: «Избегай света». Я ломал голову, но никак не мог это понять. «Как я должен избегать света?»
Решив испытать свои объединенные навыки в искусстве скрытности, я вышел наружу и наткнулся на группу юнцов, что раньше гонялись за мной. Теперь я не был рабом, а стал работником, и правила о самообороне и отсутствии собственности на меня больше не распространялись. Хотя я мог бы раздавить их под ногой, я выследил их по другой причине.
Увидев меня приближающимся, один из них произнес:
- Чего тебе, раб?
На что я усмехнулся и ответил:
- Твоя мать прошлой ночью была рабыней, когда навещала меня. Вот это да, порой она совершенно дикая, скажу тебе.
Парень так разозлился, что его лицо пылало от ярости. Он закричал:
- Я убью тебя, чертов раб!
И бросился на меня. Его друзья не отставали и тоже ринулись в погоню.
В этом и заключалась моя истинная цель. Я хотел проверить, смогу ли остаться незамеченным. Убежать от них было проще простого, как украсть мороженое у ребенка. Я хотел спрятаться рядом с ними и проверить, смогут ли они меня найти с моими нынешними навыками.
Вскоре они потеряли мой след и начали осматривать окрестности. Я много раз находился совсем рядом, но они ни разу меня не заметили. Я следовал за ними и даже подбрасывал подсказки. И все равно они меня не нашли. Парень, которого я оскорбил, прошипел:
- Я тебе это припомню, раб!
И они ушли.
Похоже, мои умения заметно выросли с тех пор, как я пытался учиться этому сам. Даже когда я был в двух шагах от них, они не могли меня заметить. Конечно, им было всего лет по шестнадцать, и против взрослых или, тем более, умелых людей мне пришлось бы быть осторожнее.
Так я примерно понял, на что способен с моими нынешними навыками. Времени у меня было полно, к такому я совсем не привык. Решил пойти к реке, продолжить тренировать скрытность. «Может, во время тренировки придёт какая-нибудь мысль насчёт этого „избегания света“», — подумал я и направился к реке.
Как обычно, там было тихо. Я начал тренироваться, двигаясь между деревьями и камнями, как в первый раз с жердями, но теперь мог соединить разные приёмы, делая движения ещё хитрее и незаметнее.
Тренировался так пару часов, потом решил немного порыбачить. Время позволяло, да и нравилось мне это — успокаивает. Сети или удочки у меня не было, пришлось сделать, но поскольку делал это много раз, труда не составило. На этот раз сделал удочку — не за едой я шёл, а хотел расслабиться. Накопал червей, использовал кусок металла вместо крючка.
Сидел так, ловил рыбу, обо всём забыв, и спокойно смотрел на воду. Наблюдал за рыбами, за их поведением. Теперь мне стало естественным просчитывать поведение любого движущегося существа. Мог сказать, куда рыба двинется дальше или когда клюнет.
Солнце ещё стояло высоко, и вокруг царила безмятежность. Сидя с удочкой, я наблюдал за рыбами. И тут заметил нечто странное. Солнечные лучи, падая на воду, иногда освещали чешую плавающих рыб. Странность заключалась в том, что когда я видел приближение хищника, ярко освещённая чешуя рыбы тускнела. Не потому, что солнце переставало светить – нет. Это происходило потому, что рыба чувствовала приближение врага и каким-то образом убирала блеск со своей чешуи.
Конечно, рыба не становилась невидимой, но уж точно не выделялась на фоне других. Словно её и не было там вовсе. Вспомнив слова Ника о «Избегании света», я вдруг осознал нечто важное. Возможно, люди не были первыми, кто создал подобные техники. Рыбы существовали очень давно, быть может, даже дольше людей. А что, если люди на самом деле скопировали эти искусства у других животных и просто преобразили их таким образом, чтобы ими могли пользоваться люди?
- Если это правда, что животные изначально были создателями фундаментальных техник, тогда это значит, что если я буду учиться у животных, изучать эти примитивные методы и применять их к своему искусству скрытности, – не даст ли это мне подсказки или, быть может, даже поможет завершить моё искусство? – мелькнула мысль.
С этой мыслью я начал изучать рыб более детально. Мне хотелось понять или хотя бы узнать, как рыбам удаётся скрываться от солнечных лучей и становиться менее заметными для хищников в воде. Как гласит старинная поговорка: «Самые трудные для разгадок секреты хранит природа».
http://tl.rulate.ru/book/23943/6483442
Готово:
