Фань Кэкай тренировал своё легендарное мастерство во дворе, орудуя старой деревянной саблей. Конечно, легендарным это искусство называл вовсе не он сам — так прозвали его приёмы деревенские мальчишки ещё несколько лет назад. В его арсенале были лишь рубящие, секущие и блокирующие движения, да и кулачный бой выглядел совершенно заурядно. Этим приёмам Фань Кэкай научился у одного дядьки, бывшего охотника, который когда-то служил в одном из малых кланов Цинчэна. Позже тот клан был уничтожен, охотник получил увечье, стал хромым и, потеряв всякую надежду, вернулся в родную деревню. Дядька любил читать, и Фань Кэкай частенько приносил ему книги из деревенской библиотеки. В свободное время старик обучал парня своим навыкам, но однажды, закончив обучение, оставил записку и бесследно исчез.
С тех самых пор, с четырнадцати лет, Фань Кэкай каждый день по несколько часов оттачивал эти приёмы, а в остальное время подрабатывал на подхвате, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Родители его рано скончались, оставив после себя лишь небольшое наследство, которого, к счастью, хватило, чтобы не умереть с голоду в детстве.
Сегодня, закончив тренировку, Фань Кэкай вопреки обыкновению не пошёл на заработки. Обычно после занятий он трудился до самой ночи, возвращаясь домой лишь затемно.
Лежа на своей лавке, он размышлял: когда же наступит конец такой жизни? Годы прошли в бесконечной погоне за куском хлеба, а все накопленные гроши уходили на покупку хоть сколько-нибудь приличного оружия. Ему уже двадцать, неужели придётся ждать до тридцати, чтобы получить право стать охотником? Охотники — это наёмные мастера, чья задача — истреблять диких зверей. Нет, больше так жить нельзя. Я отправлюсь в путь, попытаю удачи. В конце концов, я один, терять мне нечего.
На следующее утро Фань Кэкай уже собрался выйти за порог, чтобы направиться в Цинчэн, как вдруг раздался оглушительный грохот, и земля содрогнулась. Фань Кэкай в испуге обернулся и обомлел: его собственный дом превратился в груду руин.
— Твою мать, кто это сделал! — выругался он.
Он был полон решимости найти виновника, но, сколько ни обыскивал окрестности, не увидел даже тени человека.
— Выходи, трус! Не попадись мне только, пришибу! — Фань Кэкай обычно был человеком спокойным и рассудительным, но видеть свой дом разрушенным было выше его сил.
Выругавшись ещё несколько раз, он с досадой начал разбирать завалы. Денег на ремонт всё равно не было, так что стоило хотя бы забрать уцелевшие ценные вещи. Вдруг среди обломков он заметил чёрное сияние. Подумав, что от злости у него помутилось в глазах, он моргнул — свет исчез. Присмотревшись, он обнаружил саблю, у которой и ножны, и рукоять были угольно-чёрными. Глаза парня загорелись: это была настоящая, добротная вещь. В деревне он отродясь не видел оружия такого качества, что уж говорить о его собственной деревяшке.
Сначала он подумал, что это семейная реликвия, но родители никогда о таком не упоминали. Фань Кэкай посмотрел, где лежит сабля — она придавила карниз его дома. Неужели она упала с неба? Или кто-то бросил её так, что разрушил дом? Неужели я настолько неудачлив? Раздумывать было некогда: раз упало в его дворе, значит, теперь это его. Однако сколько бы он ни тянул, чёрная сабля не сдвинулась ни на миллиметр, даже из ножен не вышла.
Вот чертовщина! За годы тренировок он набрался сил, как же он не может поднять обычную саблю? Сколько же она весит? Пока он ломал голову, со стороны послышался шум людей. Фань Кэкай порылся в обломках, нашёл кусок чёрной ткани — узоры на ней напоминали те, что были на ножнах. Он накрыл саблю тканью, и та вдруг вздрогнула. Фань Кэкай решил, что у него окончательно помутилось в голове, но, попробовав поднять её снова, с удивлением обнаружил, что она стала лёгкой, как пёрышко, весом не больше пары фунтов.
Быстро завернув саблю в ткань, он обернулся к подошедшим людям. Те галдели о землетрясении и грохоте. Увидев Фань Кэкая посреди руин с вещдоком в руках, кто-то из знакомых спросил, что случилось. Парень покрутился на месте, а затем, не говоря ни слова, припустил прочь. Люди, ошарашенные его видом и разрушенным домом, решили, что он нажил себе опасных врагов, и поспешили разойтись.
Фань Кэкай бежал прочь из деревни, держа путь на Цинчэн. В голове уже рисовались картины: вот он прибывает в город, становится охотником или поступает в именитую школу, и его ждёт великое будущее.
— Дорогу, уступите дорогу! — крик здоровенного мужчины и топот копыт прервали его грёзы.
Фань Кэкай отступил в сторону, наблюдая за огромным мужчиной, мощными конями и роскошной каретой. Неизвестно, судьба ли это, но в тот момент, когда он взглянул на занавеску кареты, та приоткрылась. Внутри сидела девушка лет двадцати. Несмотря на некоторую полноту, её миловидное лицо заставило Фань Кэкая замереть на мгновение. Девушка окинула взглядом окрестности и заметила просто одетого, заурядного на вид парня, который с глупым выражением лица пялился прямо на неё. Она невольно прыснула со смеху. Фань Кэкай, осознав свою оплошность, поспешно отвёл глаза.
— Сю-эр, не глазей по сторонам. До Цинчэна ещё путь неблизкий, остановимся на ночлег в ближайшем постоялом дворе, — раздался голос женщины из кареты.
— Матушка, как думаешь, среди этих людей есть охотники? Вон тот парень, хоть и выглядит невзрачно, но у него за спиной сабля, завёрнутая в чёрную ткань. Похож на странствующего мечника, жаль только, одет простецки, — ответила девушка.
— Сю-эр, мы едем через глухие деревни, тут даже мастеров боевых искусств днём с огнём не сыщешь, не то что охотников. Ты опять хочешь неприятностей?
— Ой, матушка, я просто хотела бы поучиться мастерству.
— В постоялом дворе веди себя тихо. Ты в детстве столько дел наворотила, отец из-за тебя поседел. Теперь ты вернулась после обучения — веди себя достойно, не натвори бед.
— Поняла, матушка, — обиженно пробормотала девушка, про себя думая: скорее бы доехать, там-то я и разомнусь.
Фань Кэкай, не подозревая, что стал мишенью, решил следовать за каретой. Вскоре начало темнеть, и карета остановилась у постоялого двора. Рядом находился ресторан под названием Встреча. Фань Кэкай вошёл внутрь. Заведение было небольшим, двухэтажным. Он занял столик в углу, заказал фирменную говядину, но от вина отказался — не только из-за дороговизны, но и потому, что отродясь его не пробовал.
Ожидая заказ, он оглядывался по сторонам. Вскоре ресторан заполнился, и лишь за его столиком в углу было пусто. В этот момент вошли та самая девушка из кареты в сопровождении рослого кучера. Она окинула зал взглядом, заметила одинокого Фань Кэкая и направилась прямо к нему.
— Можно присесть? — спросила она.
— Конечно, прошу, — Фань Кэкай старался выглядеть невозмутимым, хотя сердце его бешено колотилось.
Девушка села напротив, а здоровяк остался стоять за её спиной. Она заказала три бутылки вина и полный стол закусок. Когда принесли говядину, Фань Кэкай только взялся за палочки, как девушка снова заговорила:
— Ешь мясо и не пьешь вина?
— У меня дела, вино только помешает.
— Ха-ха, неужели ты охотник? — ресторан был невелик, и эти слова услышали многие. Начался шум, люди с любопытством обернулись. Фань Кэкай вздрогнул и уставился на девушку, положив левую руку на саблю. Он опасался, что она может напасть в любую секунду. Минуты тянулись в напряжении. Фань Кэкай чувствовал себя совершенно беспомощным — в чужом месте, без связей.
— Я всего лишь безымянный путник, — ответил он, размышляя, чего же она добивается.
— Неужели у безымянного путника может быть такая добротная сабля?
— Неужели вы видели мою саблю? — подумал Фань Кэкай. Девушка оказалась проницательной: даже через ткань разглядела, что это сабля, а не меч. Или, может, она и есть её истинная владелица?
— Ха-ха, конечно, нет. Не позволишь ли взглянуть? — едва успев договорить, девушка уже положила руку на эфес меча, готовая к бою. Однако Фань Кэкай не воспринял это как угрозу. Он не стал выхватывать оружие, а, наоборот, отвязал саблю и положил её на стол, забрав ткань. Он ожидал, что вес сабли проломит столешницу, но этого не произошло. Странно. Впрочем, сейчас было не до этого. Если она — хозяйка, то пусть забирает. И тогда он потребует компенсацию за свой дом.
Узоры на ножнах подтверждали, что это вещь необычайная. У девушки загорелись глаза — даже в её школе она не видела подобного оружия. Но её озадачивало поведение этого парня: почему он так спокойно отреагировал на её провокацию? Странный тип.
Фань Кэкай наблюдал за её лицом и понял: она не владелица сабли.
— Я Лю Юйсю из клана Лю в Цинчэне. А как зовут тебя?
— Фань Кэкай. Я простой деревенский парень.
— У деревенских парней не бывает таких сабель. Куда путь держишь?
— В Цинчэн.
http://tl.rulate.ru/book/233291/33833580
Готово:
