Это большая редкость, когда две организации, враждующие на протяжении десятков лет, умудряются прийти к единому мнению относительно одного человека.
Если бы Совет планетарной обороны и Организация Три-Солярис могли встретиться, их разговор наверняка свелся бы к обсуждению безумных выходок Линь Сюаня за последний год.
— На этот раз этот парень, по крайней мере, не выкинул никаких фортелей, — Гальнин, глядя на приходящую на экран информацию в реальном времени, невольно выдохнул с облегчением.
В следующем году наступала его очередь председательствовать в СПО. Это должно было стать радостным событием, но из-за существования Линь Сюаня желанная должность превратилась в горячую картофелину. Даже представитель США уступил свою очередь председательства островному государству, которое вступило в СПО меньше года назад. Именно поэтому в этом году председателем стала Камисато Рёко — по логике вещей, островному государству пришлось бы ждать окончания целого цикла. В конце концов, никто не хотел работать с таким сумасшедшим, как Линь Сюань: кто знает, какой шокирующий номер он выкинет в следующую секунду.
Однако на этот раз Линь Сюань не стал доставлять хлопот, и это даже несколько смутило СПО.
Когда самолет только пересек воздушное пространство Великобритании, Линь Сюань молча нажал кнопку на поясе. В то же самое время в Лондоне, в Британском историческом музее, отряд СПО, только что закончивший демонтаж фильтров для улавливания материи, собирался перевести дух. Но в следующую секунду из глубин музея наружу, расширяясь кругом, хлынуло видимое синее излучение.
Пока все недоумевали, что происходит, раздался грохот. Люди в ужасе подняли головы: несущие колонны здания покрылись трещинами, словно поверхность разбивающегося зеркала, и эти трещины с пугающей скоростью охватили весь музей.
— Какого черта! — у всех возникло ощущение, будто им по голове ударили тяжелым молотом.
На их глазах древнее сооружение, простоявшее более двухсот лет и считавшееся одним из чудес человечества, с грохотом рухнуло.
Уровень шока полковника Картера +59.
Уровень шока охраны +20.
Уровень шока Гальнина +15.
Глава 23: Юнь Тяньмин
Как только Линь Сюань и Чжан Сян сошли с трапа, они встретили в аэропорту знакомое лицо.
— Генерал Чан Вэйсы, зачем же вы лично приехали встречать нас? — Чжан Сян был крайне удивлен.
По логике вещей, такая работа не требовала присутствия человека уровня Чан Вэйси. Обеспечение безопасности Отвернувшегося важно, но Чан Вэйсы — высокопоставленный военный командир, ему следовало заниматься делами за кулисами.
— Вы еще не знаете? Лондон подвергся нападению ОТО, — выражение лица Чан Вэйси было предельно серьезным. Было видно, что руководство придает этому инциденту огромное значение.
— А, мы в курсе, но разве Линь Сюань не разобрался с этим? — Чжан Сян был озадачен. Неужели новости доходят до китайских военных с таким опозданием? Прошло уже почти четыре часа, разве они только сейчас узнали о покушении на Линь Сюаня?
— Речь не об этом. После того как вы уехали, ОТО применило радиационную бомбу и разнесло Британский музей. Мне только что доложили, что от него остались одни руины.
Уровень шока Чжан Сяна +1.
Чжан Сян был в шоке. Это же просто ужасно! Неужели у ОТО, от которой остались лишь жалкие остатки, еще есть такое мощное оружие? Если бы Линь Сюань уехал хоть на минуту позже, последствия были бы немыслимы!
Однако взгляд Чан Вэйси скользнул к стоящему рядом Линь Сюаню, глаза генерала слегка прищурились.
— Ты, кажется, не слишком удивлен?
Линь Сюань замер, сообразив, в чем дело.
— Э-э… Да нет, просто задумался о своем.
Уголки губ Чан Вэйси чуть приподнялись. Он ничего не сказал, лишь многозначительно похлопал Линь Сюаня по плечу.
— Вещи не пострадали?
Линь Сюань опешил. Он долго смотрел на Чан Вэйси, а затем выдавил неловкую улыбку.
— Вы уже знаете?
Чан Вэйсы закатил глаза.
— Когда отряд СПО доложил, что они пытались спасти из руин хоть какие-то экспонаты, но после долгих поисков не нашли даже клочка бумаги, я понял, что тут без тебя не обошлось.
Все были не дураками. Если бы у ОТО было оружие такой поражающей силы, они должны были применить его, когда Линь Сюань встречался с Хайнсом, а не взрывать пустой музей после их отъезда. Единственное объяснение — бомбу подложила не ОТО, а некий любитель устраивать переполох.
Узнав, что музей подчистили дочиста, все догадались, чьих это рук дело. Ничего не поделаешь, Линь Сюань был слишком мастером создавать проблемы, чтобы не заподозрить его. Но Чан Вэйсы никак не мог понять: в музее были только Линь Сюань и Хайнс, как он умудрился втихую вынести оттуда столько ценностей? Даже британские власти не заметили ничего странного.
Впрочем, в замешательстве был не только Чан Вэйсы. Организация Три-Солярис, следившая за процессом «кражи» через Софон, тоже пребывала в недоумении. Они многократно пересматривали переданные записи, и после долгих раздумий Цинь Шихуан тяжело вздохнул.
— Не понял. А вы?
— Я тоже не до конца понимаю, как он это провернул, но у меня есть догадка, — Ньютон указал пальцем на несколько точек на экране. — Видите? Вот здесь, во время разговора с Хайнсом, он намеренно уронил кое-что на пол. Похоже на устройство пространственного притяжения, способное воздействовать на объекты в определенной области.
Все проследили за тем, куда указывал Ньютон, и просмотрели видео еще несколько раз. Действительно, во время беседы Линь Сюань намеренно менял свое положение, успешно расставляя четыре устройства по углам Британского музея.
— Не совсем верно, — возразил Конфуций. — Если следовать твоей теории, он должен был просто выдернуть весь музей целиком, и мы бы не увидели просто груду руин.
— Все просто, нужно добавить фильтр, — внезапно подала голос до этого молчавшая Аристотель, точнее, Ямасуги Кэйко. — Вы знаете, что такое фильтр верхних частот? Это устройство, часто используемое в связи для подавления шумов. Эффект примерно такой же, как у того слоя фильтров материи снаружи музея, только последние устраняют сами кинетические снаряды, а первое — это способ фильтрации.
Ямасуги Кэйко не сводила глаз с Линь Сюаня, в ее взгляде по-прежнему сквозила мягкость; она была словно Отвернувшийся, мастерски скрывающий свою враждебность.
— На самом деле он просто провернул фокус. Эти четыре штуки — вовсе не устройства пространственного притяжения, а нечто вроде фильтра верхних частот. Представьте, что вы процеживаете соевое молоко через сито: пропускаете только то, что нужно, а остатки остаются сверху.
— Это невозможно, — настаивал Ньютон. — Аристотель, если следовать твоей логике, то как отделить нужные вещи? Это целое здание! Если поместить его целиком в фильтр, то одна только масса крыши раздавила бы все артефакты в лепешку!
Ямасуги Кэйко улыбнулась.
— А почему, по-вашему, я сделала акцент на фильтре верхних частот, а не просто назвала это ситом? Вы, мужчины, редко занимаетесь ретушью своих фотографий, поэтому вам это непонятно. Принцип ретуши — это преобразование Фурье. Мы переводим изображение в спектрограмму и фазовую карту, а затем фильтром верхних частот оставляем только то, что нужно, и пересобираем картинку. То же самое и здесь: Линь Сюань задал параметры, превратил все здание в спектрограмму, отсек лишнее, а остальное расставил по местам согласно фазовой карте.
Она указала на руины.
— В итоге фильтр занимался лишь пересборкой нужной материи, а отсеянные частицы просто отбросили. Для здания это стало катастрофой: молекулярная структура нарушилась, и оно рухнуло. Если бы СПО не эвакуировало людей, после такой пересборки они бы превратились в груду мяса.
После ее слов воцарилась тишина. Наконец, Цинь Шихуан нарушил молчание:
— Значит, решение Господа было верным. Технологии Линь Сюаня лежат за пределами понимания современного человечества. Не будем сомневаться — у него наверняка есть оружие еще страшнее. На нашем нынешнем уровне лучше его не провоцировать.
— На самом деле Господь мог бы предоставить нам технологии. Если бы их было достаточно, мы бы убили Линь Сюаня.
Цинь Шихуан долго молчал, прежде чем ответить:
— Я предлагал это Господу, но он отказал. Сказал, что если даст нам оружие, способное уничтожить Линь Сюаня, то наша угроза станет еще больше, чем его.
Все притихли.
— У меня есть предложение, — внезапно сказала Ямасуги Кэйко.
***
Юнь Тяньмин считал свою жизнь полным провалом. После окончания бакалавриата он провалил экзамены в магистратуру и раньше других окунулся в суровую реальность. Он думал, что жизнь наладится, но проработал несколько лет в аэрокосмической компании, где из-за своего замкнутого характера постоянно сталкивался с неудачами. Он хотел бороться, хотел кричать и меняться, но мир в его глазах оставался черно-белым. Как тонущий человек в озере.
Но в его мире был и свет — за четыре года учебы в университете один луч тепла коснулся его холодного сердца. Чэн Синь. Ее тепло позволило замкнутому юноше, которого родители с детства пичкали «аристократическим воспитанием», увидеть проблески красок жизни. Чэн Синь была для него единственным солнцем, но солнце светило не только ему, а всем.
— Не принимай близко к сердцу, она со всеми такая добрая, даже гусеницу не обидит, — это были слова его однокурсника Ху Вэня.
— Я знаю. Я никогда не надеялся, что она приблизится ко мне. Мне просто… нравилось чувствовать тепло этого солнца.
Юнь Тяньмин медленно переставлял ноги. Он не помнил, как вышел из больницы, но рука, сжимавшая медицинское заключение, слегка дрожала.
— Все, наконец-то, закончилось.
Рак легких в последней стадии — это почти приговор. Никакой надежды на исцеление. Будто небо наигралось с этой пешкой и решило нанести последний, смертельный удар. Все было кончено.
Сначала болезнь протекала стабильно, но он знал: это лишь потому, что иммунная система еще не была окончательно подавлена. Вскоре после постановки диагноза дышать стало труднее, а после каждого курса химиотерапии невыносимая боль заставляла его мечтать о смерти. Его мир был серым, но в полубреду он видел вдали проблеск света.
Юнь Тяньмин принял решение. Он оделся и купил билет до Шанхая. Он хотел увидеть Чэн Синь в последний раз, попрощаться. Однако, как только самолет взлетел, он пожалел об этом. Не стоило беспокоить ее, они уже давно были из разных миров.
С тяжелым сердцем он приземлился в аэропорту Хунцяо. Когда он вышел из терминала, вдали он увидел мужчину, который ждал его. Несмотря на толпу, Юнь Тяньмин почувствовал: этот человек ждет именно его.
— Кто бы это мог быть? — Юнь Тяньмин не помнил, чтобы у него были знакомые в Шанхае.
Незнакомец подошел и с улыбкой протянул руку:
— Привет. Рад познакомиться, меня зовут Линь Сюань.
Глава 24: Отвести тебя к Чэн Синь?
— Вы… кто?
Юнь Тяньмин посмотрел на Линь Сюаня. Он был уверен: за двадцать с лишним лет его неудачной жизни он никогда не встречал этого человека. Тот был молод, полон уверенности — полная противоположность самому Юнь Тяньмину. Даже при первой встрече Юнь Тяньмин почувствовал от него такую искреннюю уверенность, что даже ему, социофобу, захотелось поговорить с ним подольше.
«Наверное, это именно тот тип, который нравится Чэн Синь», — подумал Юнь Тяньмин.
Если бы Линь Сюань знал об этих мыслях, он бы закатил глаза. «Оставь себе эту святошу с ее чрезмерным состраданием».
Линь Сюань подхватил рюкзак Юнь Тяньмина — багажа у того почти не было, ведь поездка была спонтанной.
— Я приехал специально, чтобы встретить тебя.
Вернувшись в страну, Линь Сюань хотел лететь в Эдем к Ло Цзи и Тейлору, но Чжан Сян заявил, что для выезда за границу нужно подавать заявку в СПО, а оформление займет минимум три дня. Линь Сюань просто узнал у Софон местоположение Юнь Тяньмина и, прикинув хронологию сюжета, первым делом отправился в Шанхай.
«Эх, как же удобно с помощью Софон», — Линь Сюань уже пришел к предварительному согласию с миром Три-Солярис. Хотя он все еще не мог попасть внутрь ОТО, он получил право доступа к некоторым функциям Софон. Как сказала Ямасуги Кэйко, для Отвернувшегося это было несколько абсурдно.
Линь Сюань вел «Майбах» по улицам Шанхая. Чжан Сян предлагал ему модифицированный внедорожник с корпусом из «пурпурного метеорита» — материала, похожего на волокно, но прочностью с металл. Его так назвали, потому что на свету он отливал фиолетовым. СПО планировало использовать его для космического лифта, но Дин И подсчитал: на добычу и синтез уйдет сто лет. Как раз к прибытию флота Три-Солярис. Выходит, лифт строили для инопланетян? От идеи отказались, но материал начали использовать для укрепления гражданских авто.
Линь Сюань от предложения отказался. Причина была неоспоримой: в Лондоне ОТО в первую очередь взорвала именно внедорожник.
«Майбах» выехал на шоссе. В Шанхае, где полно роскошных машин, он выглядел вполне обычно, но Линь Сюань его немного доработал. Чжан Сян через спутник наблюдал за его перемещениями, попивая воду. Когда он увидел, как из люка «Майбаха» медленно поднимается пулемет, он выплюнул всю воду.
— Да твою ж… Опять?! Он не знает, что в стране запрещено оружие? Группа охраны, быстро! Успокойте прохожих, а тех, кто снимал видео, найдите и заставьте удалить!
Чжан Сян устал. Он начал скучать по Ши Цяну — при нем Линь Сюань вел себя куда адекватнее. В тот же миг в голове Линь Сюаня прозвучали десятки уведомлений об уровне шока прохожих. Машины перед ним расступались, освобождая путь. Никто никогда не видел, чтобы кто-то устанавливал пулемет на крышу гражданского авто.
Юнь Тяньмин не видел пулемета, но по ошарашенным лицам прохожих понял, что Линь Сюань явно сделал что-то из ряда вон выходящее.
— Чай или кофе? — Линь Сюань спросил Юнь Тяньмина, сидящего сзади, точно так же, как когда-то Уэйд спросил его самого.
http://tl.rulate.ru/book/209635/26965826
Готово:
