Страна Света, Космическое Агентство Науки и Технологий, Лаборатория Высшей Секретности.
Хикари Ультрамен чувствовал, что до проникновения в тайны эволюции космических форм жизни ему оставался лишь последний один-процентный энергетический вклад.
Он был полностью сосредоточен, его серебристо-голубая ладонь была стабильна, как неизменное звездное ядро, управляя нитью чистейшей, излучающей мягкое сияние плазменной энергии, медленно направляя ее к подвешенной в воздухе Колыбели Ультра-развития.
Внутри колыбели, воплощенная в себе древние генетические факторы и передовые энергетические технологии, «Юно» — свет жизни — излучал стабильные и мощные волны; красно-сине-серебристые узоры перетекали, словно дыхание, предвещая беспрецедентный потенциал.
«Коэффициент энергетического резонанса — девяносто девять целых девяносто девять сотых процента… волны жизни идеальны…» — Хикари тихо пробормотал себе под нос, за спокойным тоном скрывалось ликование, готовое вырваться наружу. — «Успех… Проект Юно скоро подарит Стране Света новую легенду!»
И в этот исторический момент, за мгновение до того, как энергетический поток должен был коснуться корпуса колыбели —
«А — апчхи — !!!»
Громкое, чистое, с горячим дыханием, словно у свежеиспеченных булочек, и энергией, сравнимой с криком новорожденной сверхновой, чихание раздалось изнутри колыбели без всякого предупреждения!
«Бум — !» Усиленные стеклянные стены лаборатории, которые, казалось, могли изолировать звуковые волны от взрыва звезды, издали коллективный стон боли.
Рука Хикари, столь же точная, как прецизионный инструмент, резко дернулась! Луч, в котором он сосредоточил все свое внимание, с характерным звуком «ззззз» сорвался как дикая собака с привязи, криво врезался в соседний «Модуль Сверхпространственного Частичного Столкновения», прототип которого стоил как небольшая галактика.
Конлайдер даже не успел издать предсмертный хрип, как из него поднялся столб черного дыма с запахом горелых галактических кредитов (чисто психологическое восприятие), и он окончательно затих.
Но это было лишь прелюдией к симфонии разрушения.
Серебристая колыбель, в момент чихания, словно EX Зеттон, которому наступили на хвост, внезапно взорвалась светом! Изначально послушные энергетические узоры в одно мгновение стали бешеными, совершенно неуправляемый, бурный энергетический импульс, как будто Белиал с Ультимативным Боевым Прибором пришел на снос, с центром в колыбели, с грохотом распространился!
«Нет — !!!» Барьер Ультра Хикари инстинктивно раскрылся, и его сердце издало отчаянный вопль.
Первым, что попало под удар, была эта сгусток света жизни, результат трехсот лет кропотливого труда, бесчисленных бессонных ночей и риска потерять волосы (если бы у Ультраменов были волосы). Этот символ будущего и надежды, под натиском разрушительной энергии, даже не успел сопротивляться, «пшик» — и погас. Чисто и решительно, словно его никогда и не существовало, оставив лишь горстку развеивающегося теплого пепла, словно насмешку.
Затем началось настоящее безумие.
Треск! Бамм! Грохот! Бум!
«Регистратор Квантовых Волн», «Модуль Сверхпространственного Частичного Столкновения», «Стабилизатор Энергии Звездного Ядра»… эти штуки, названия которых вызывали бы мгновенное повышение давления у Капитана Зофи, сейчас были хрупки, как древнее печенье из коллекции Отца Ультра, разорванные в клочья, скрученные в винты, взорвавшиеся фейерверком металла в энергетическом шторме. Парящие голографические экраны сыпались вниз, словно пельмени, «хрясь-хрясь», разбиваясь на сверкающую груду обломков, несущих в себе бесчисленную мудрость.
Стены из Крисис-сплава, заявленные как способные выдержать полный удар Темной Брони, были содраны наполовину ударной волной, как шпаклевка, обнажая обугленный и искривленный «внутренний каркас». Кристаллические шкафы, хранящие огромные объемы ключевых данных, взрывались один за другим, словно петарды. Бесчисленные кристаллы памяти разлетелись, как цветы, большинство из них треснули, и данные из них утекали, как из спустившегося воздушного шарика — это было воплощение рассеивания усилий Хикари и бесчисленных ученых.
За несколько секунд, всего за несколько секунд. Лаборатория высшего класса, еще недавно наполненная атмосферой высоких технологий, точности и серьезных научных исследований, превратилась в поле опустошения, сравнимое с тем, что осталось после набега армии Белиала, оскверненной Клетками Годиса. Густой дым валил клубами, искры летали повсюду, словно одурманенные светлячки, воздух был наполнен запахом озона, сгоревших печатных плат и чего-то неописуемого, похожего на запах мечтаний Хикари, превратившихся в пепел.
Хикари застыл на месте, раскрытый Барьер Ультра медленно рассеялся. Он наблюдал, как его триста лет, возможно, новая эра Страны Света, исполнили перед ним «космическое исчезновение».
Его синее лицо, всегда выражавшее «рациональность и мудрость», теперь выглядело пустым, как отформатированный жесткий диск. Только в зрачках отражалась эта разрушенная картина, словно душа была выбита из тела.
«Бах — !» Последняя крупная энергетическая передающая панель, продержавшаяся полсекунды, наконец не выдержала и упала, точно разбившись у ног Хикари. Разлетевшиеся осколки едва не сделали ему глубокий «массаж» точки подошвы.
Мир затих. Остались только потрескивающие звуки горящего огня и шипящие звуки утечки энергии, словно заунывная песнь, сыгранная для трагичной исследовательской карьеры Хикари.
Посреди этого апокалиптического пейзажа, виновник — серебристая колыбель — с треском «крак» на крышке появилась щель, а затем быстро распространилась, и с грохотом «бам» полностью открылась.
Малыш, ростом чуть меньше обычного новорожденного Ультрамена, но с внешностью, явно относящейся к классу «защита новичка на максимум», с четкими красно-сине-серебристыми узорами, словно только что прошедший топовое покрытие, потирая нос, неуверенно встал. На его голове два маленьких Антенны Ультра все еще мерцали рассеянной энергией; пара молочно-белых овальных глаз, с недоумением новичка, впервые попавшего в новый мир, и любопытством «Кто я, где я», расспрашивали этот мир, который был им перестроен одним чиханием.
Его взгляд пробежал по дымящимся останкам приборов, по обугленной земле, и, наконец, упал на синюю фигуру неподалеку, застывшую, как будто под действием заклинания, возможно, душа которого уже улетела в Туманность K76.
Малыш, кажется, совершенно не осознавал, что только что совершил «космическую реконструкцию», он протянул маленькую ручку, чтобы стряхнуть несуществующую пыль с себя, а затем, с носовым оттенком, только что проснувшегося, кристально чистым и до нелепости невинным голосом, обратился к ученому, находящемуся на грани социальной (и физической) смерти, с первой фразой после своего появления в Стране Света:
— Хикари, брат, твоя лаборатория… на гарантии?
Хикари почувствовал, как его Цветной таймер, этот сапфир, который, как говорили, обладал почти бесконечной энергией, сейчас очень четко, очень ритмично, «Динь, динь, динь» — зажегся ослепительно красным сигналом тревоги.
Не нехватка энергии.
Это от гнева.
Кровь прилила к лицу, энергия взбунтовалась.
Он подумал, что ему сейчас очень нужна быстродействующая таблетка для сердца, или, может быть, прямо сейчас запустить Луч М87, чтобы посмотреть, сможет ли он превратить этого надоедливого мелкого негодяя вместе с этими руинами в пыль.
http://tl.rulate.ru/book/208694/26655853
Готово:
