Мостик «Позолоченной алчности» представлял собой роскошный дворец, возведенный из золота и костей. Колонны были инкрустированы драгоценными камнями, разграбленными в покоренных мирах, пол устилали шкуры гигантских ксенотварей, а в воздухе вечно висела смесь ароматов мускуса, дорогой оружейной смазки и едва уловимого, неистребимого запаха гнилой крови. В этот миг пространство, олицетворявшее богатство и жестокий вкус своего господина, напоминало котел с кипящей кашей, в который бросили болт-снаряд – порядок был окончательно утрачен.
Катастрофа грянула мгновенно. Секунду назад сотни парящих гололитов высокомерно демонстрировали ключевые узлы Элизиума-3: космопорт, командную башню, энергетический центр. Все они поочередно окрашивались в покорный зеленый цвет, отмечая успех вируса «Пожиратель душ». В следующее мгновение все изображения разом исказились, рассыпались и сменились неистовым водопадом бинарного кода, после чего погрузились в кромешную тьму, нарушаемую лишь пугающим безумным мерцанием. Генератор гравитации издал стон, похожий на скрежет металлических внутренностей, и гравитационное поле мостика стало хаотично пульсировать. Бесценный антиквариат, золотые кубки с вином и полуодетые, обезумевшие от ужаса рабы взмыли вверх, точно невесомый мусор, беспомощно вращаясь и сталкиваясь в воздухе под аккомпанемент воплей и звона бьющегося стекла.
— Дух машины разгневан! Дух машины кричит в агонии! — Закричал темный техножрец, обрюзгший, словно перебродившее тесто. Из его спины росли мерцающие зеленым светом дата-щупальца и механические трубки. Сейчас он прижимался к главной панели управления, подобно напуганному пещерному зверю. Его искусственный глаз, модифицированный в многодиапазонный сканер, бешено вращался, источая кипящий охладитель. Жезл в его руке, символ осколка Марса, теперь выглядел нелепо, тщетно постукивая по терминалу, из которого валил едкий черный дым. — Что это… что это такое?! Это не брандмауэр, не контр-код… это пустота! Чистая мертвая зона логики! Мой «Пожиратель душ»… сожран! Ни единого байта отклика! Что-то… что-то ползет вверх прямо по потоку данных!
Брокер Сайрос, восседавший на костяном троне из черепа гигантского зверя, устланном роскошным бархатом, резко вскочил. Его расшитые парчовые одежды громко зашуршали. Кристаллы внутри дорогого механического глаза, совмещавшего тактический линк с показной роскошью, лихорадочно вращались, пытаясь сфокусироваться и осознать происходящее, но в поле зрения оставалась лишь багровая пелена системных ошибок, терзающая нервы.
— Что натворил этот проклятый дикарь-губернатор, вылезший из какой-то дыры?! — Взревел Сайрос. Его голос, перекрывавший сирены, исказился от ярости и тщательно скрываемого страха. Он беспорядочно размахивал позолоченным, покрытым еретическими рунами болт-пистолетом, который обычно служил лишь для устрашения. — Перезагрузка! Принудительно перезагрузить все массивы ауспиков! Нацелиться на ту чертову башню и испарить ее световым копьем вместе со всеми безумцами внутри! Живо!
— Господин… система управления огнем полностью отключена! Это не сбой, права доступа заблокированы! Выходная мощность реактора ограничена уровнем жизнеобеспечения! — Дрожащим голосом доложил бледный член экипажа с клеймом Пустотного Горна на лбу, отчаянно водя пальцами по недействующей панели. — Внутри наших систем… появились незнакомые протоколы высшего приоритета… Они перехватывают управление, переписывают директивы! Мы заперты в собственной клетке!
Прежде чем Сайрос успел осознать эту худшую новость в своей карьере, гигантский тактический гололит в центре мостика, служивший для демонстрации звездных карт, внезапно вспыхнул ослепительным светом, сопоставимым с ядром звезды. Это чистое и властное сияние мгновенно поглотило мерцание красных ламп, визг сирен и суматоху толпы. Звуки стихли, будто зажатые невидимой рукой, свет сжался, и столб холодного, призрачно-синего, лишенного эмоций сияния обрушился с потолка, сфокусировавшись в центре мостика, где раньше выставлялись трофеи.
Свет уплотнился, обретая форму. Проявился четкий силуэт молодого человека в безупречном черном кителе Имперского Флота. Его руки были спокойно заложены за спину, осанка оставалась прямой. Взломанная система увеличила изображение в три раза, сделав его похожим на холодное божество, вышедшее из бездны данных. Он взирал сверху вниз с абсолютным безразличием на Сайроса и его слуг, метавшихся подобно муравьям. Детализация проекции была пугающей: можно было разглядеть текстуру ткани кителя и застывший холодный синий блеск в его глазах.
— Добрый вечер, господин Сайрос, – голос Виктора, усиленный и реконструированный корабельными системами вещания, обрел нечеловеческий металлический резонанс. Каждый слог звучал как скрежет холодных шестерен, отдаваясь болью в ушах и вбиваясь в разум каждого выжившего. — Согласно утомительному этикету имперской бюрократии, перед визитом следовало бы прислать визитную карточку и ожидать аудиенции. Но учитывая, что ваш способ приветствия был весьма… «гостеприимным» и прямым, и вы прислали столь уникальный «цифровой подарок», я решил, что церемонии можно опустить. Позволю себе войти без приглашения.
Сайрос, в конце концов, был старым лисом, сотни лет вращавшимся в теневых структурах Империума. Когда первый шок прошел, его поддержала ярость от унижения и глубоко укоренившееся высокомерие. Подавляя дрожь в горле, он вскинул болт-пистолет, у которого сейчас вряд ли сработал бы даже боек, и наставил его на массивную проекцию, словно обладавшую реальным весом.
— Дерзкий мусор! Ты хоть понимаешь, в чьи владения вторгся? Что олицетворяет этот корабль? Я – законный представитель Пустотного Горна, на моей торговой лицензии стоит клеймо Марса! Сила, стоящая за мной, способна стереть твой захолустный мирок со всех звездных карт! Как ты смеешь…
— У вас есть полные доказательства причастности генерала Хока, верховного командующего силами обороны сектора Элизиум, к контрабанде, нецелевому использованию военного жалованья и государственной измене. Код счета: VF-779-Альфа, седьмой уровень шифрования, последняя синхронизация семнадцать стандартных часов назад, – холодно перебил Виктор. Его тон был лишен эмоций, он просто констатировал факты. Это непоколебимое спокойствие пробирало сильнее любого крика.
Рука Сайроса с пистолетом застыла в воздухе, костяшки пальцев побелели от напряжения. Зрачок его живого глаза сузился до размеров игольного ушка.
Чтобы сокрушить последние надежды врага, голограмма Виктора слегка шевельнула пальцем. Мгновенно перед Сайросом развернулся плотный, пугающе подробный список данных, похожий на смертный приговор. Список был так близко, что Брокеру пришлось отступить на полшага. Формат документа идеально копировал стиль внутренних аудитов Пустотного Горна, вплоть до подлинных зашифрованных водяных знаков.
— За последние тридцать семь месяцев, – продолжал голос Виктора, методичный, как литании автосакратора, в то время как пункты в списке подсвечивались, – триста двадцать миллионов имперских кредитов, номинально выделенных на обслуживание техники и снабжение личного состава сил обороны сектора Элизиум, прошли через семь подконтрольных вам подставных компаний. Эти средства осели на черных рынках нижних уровней ульев и превратились в следующие активы…
Холодный список динамически сменился изображениями: горы канистр с галлюциногенами под знаками биологической опасности; электронные контракты на VIP-ложи кровавых арен с инициалами дома Хок; и, наконец, изображения странных изваяний и украшений явно нечеловеческого происхождения, испускающих тревожное псайкерское свечение.
— …А также вот это. Артефакты ксеносов, хранение, изучение и торговля которыми строжайшим образом запрещены Экклезиархией. Происхождение: окраины разрушенного мира-ковчега Альдари в поясе Киланг. Отчеты экспертизы подтверждают наличие остаточного резонанса варпа. Господин Сайрос, вы не только контрабандист, вы продали имперскому генералу вещи, способные вызвать порчу варпа.
Виктор слегка наклонил голову. Его синие глаза, сотканные из чистого света, казалось, пронзали границы проекции, заглядывая в самую душу Сайроса, сжавшуюся от ужаса под слоями дорогих одежд и аугментаций.
— Представьте, если этот список вместе с полной цепочкой транзакций и вещественными доказательствами ляжет на стол Инквизиции. Любого ордоса, даже самого «умеренного», скажем, Ордо Маллеус. Как думаете, господа инквизиторы первым делом отправят вашего друга-генерала в крематорий или же предпочтут превратить вас – посредника, предоставившего «канал» и «развлечения», – в сервочереп? В череп, который сохранит все воспоминания, но лишится дара речи и будет вечно пребывать в мучительном покаянии, украшая трофейную полку какого-нибудь лорда?
Мертвая тишина. Словно осязаемая ледяная вода затопила мостик. Прежний хаос исчез, остался лишь свист вентиляции и тяжелое, неритмичное дыхание. Крупные капли липкого холодного пота катились по лбу Сайроса, стекая по металлическому краю оптического импланта и падая на роскошный ковер. Его тщательно выстроенный статус представителя Пустотного Горна, его главная защита, оказался хрупок, как бумага, перед лицом презумпции виновности Инквизиции и угрозы Экстерминатуса. Этот «дикарь-губернатор», которого он ни во что не ставил, не просто взломал его «неприступный» корабль, он вывернул его жизнь наизнанку, нащупав самую уязвимую точку.
— Что… чего ты хочешь? — Голос Сайроса стал хриплым и сухим, каждое слово давалось с трудом. — Убить меня? Пустотный Горн этого не оставит, это будет равносильно объявлению войны Адептус Механикус! Твой мир не узнает покоя!
— Коррекция: ваше устранение не принесет мне ни экономической, ни стратегической выгоды. Это лишь создаст лишние расходы на утилизацию трупов и введет ненужную переменную в виде мести со стороны Пустотного Горна. Нерационально. Неэффективно, – последовал ответ Виктора, подобный ледяной теореме.
Затем он сделал нечто, от чего мозг Сайроса окончательно зашел в тупик. Виктор небрежным жестом стер компромат, который мог бы отправить Брокера на костер бесчисленное количество раз. Вместо этого в центре мостика расцвело изображение, заставившее бы любого человека с коммерческой жилкой и знаниями механики затаить дыхание.
Это была медленно вращающаяся трехмерная модель молекулярной структуры, невероятно сложная, но обладающая высшей геометрической эстетикой. Она состояла из мириад световых точек и связей, образующих идеальную симметрию. Рядом с моделью, подобно свите, выстроились колонки быстро сменяющихся данных испытаний: предел прочности, порог усталости, стабильность при экстремальных температурах, коэффициент отражения энергетического оружия… И в самом низу – строка, выделенная жирным золотым шрифтом: «Прогноз себестоимости при массовом производстве (на базе местных ресурсов и автоматизированных линий)».
Атмосфера изменилась радикально.
Секунду назад Виктор был холодным судьей, держащим в руках право на жизнь и смерть. Теперь же его огромная проекция сменила позу, а тон стал уверенным и деловым, как у генерального директора, проводящего решающую презентацию перед крупнейшим инвестором вселенной.
— Сосредоточьтесь, Сайрос. Взгляните на это – высокочистый базовый сплав нулевого элемента первого тира, – голос Виктора теперь был наполнен точно рассчитанным искушением, бьющим прямо в инстинкт алчности. Он указал светящимся пальцем на график, где кривая характеристик нового материала оставляла имперские стандарты далеко позади. — Ключевой прорыв – в технологии плавки и очистки. Мы полностью исключили серу, фосфор и примеси, чувствительные к варпу, которые вызывают хрупкость, тепловую ползучесть и псайкерские помехи. Весь процесс не требует молитв Богу-Машине или умиротворения капризных духов машин; всё выполняется на стандартизированных, воспроизводимых автоматических линиях. Результат: структурная прочность выше стандартного адамантия миров-кузниц Марса на тридцать один и семь процента; вес при равном объеме меньше на пятнадцать и четыре процента; потери при передаче энергии снижены на шестьдесят процентов.
Его проекция внезапно повернулась, и взгляд, подобно прожектору, упал на роскошную механическую руку Сайроса, которая от напряжения задела консоль и теперь сыпала искрами. В этом взгляде не было любопытства – лишь беспощадная оценка параметров.
— Сравните это с вашим основным товаром, который вы поставляете в сектор Элизиум, в том числе генералу Хоку и его гвардии. Например, с боевыми глазами «Падальщик-III». — Рядом с Виктором возникла грубая, громоздкая модель импланта с торчащими проводами и ярко-красными пометками. — Номинальный уровень отказов: восемьдесят пять процентов. Среднее время безотказной работы: семьдесят два стандартных часа. Побочные эффекты: нейронные боли, галлюцинации, рост индекса раздражительности носителя на триста процентов. Скажу прямо, Сайрос: продавать этот промышленный мусор, собранный из запчастей с полей сражений, выдавая его за товар высшего качества, – для этого нужна недюжинная… коммерческая отвага.
Сайрос замер, ошеломленный этим внезапным техническим унижением и бизнес-анализом. Мышцы на его щеке дернулись. Однако купеческий инстинкт, въевшийся в кости, заставил его буквально прикипеть взглядом к данным о сплаве нулевого элемента. Зрачки сузились, кадык дернулся. Он был мастером своего дела, через его руки прошли тысячи образцов материалов со множества миров-кузниц, и он мгновенно понял колоссальную ценность этой информации. Это не были случайные красивые цифры из лаборатории; формула расчета себестоимости ясно указывала на то, что проблема массового производства решена. В пограничном секторе Империума, где не хватает технологий, а элитные изделия зависят от импорта, такой сплав означал абсолютный контроль над рынком и прибыли, о которых он не смел и мечтать.
— Если мы установим партнерские отношения, – Виктор развел руки, словно обнимая весь мостик и просторы сегментума Обскурус за его пределами, – структура будет предельно ясной. Я предоставляю основной материал – сплав нулевого элемента и его будущие модификации. Вы, используя свою сеть на черном и сером рынках, а также формальные связи с Пустотным Горном, берете на себя продвижение и логистику. Но главное: мы используем мой сплав для полной модернизации ваших полулегальных линий по производству протезов и легкого вооружения в поясе астероидов. Мы перестанем торговать мусором. Мы предложим надежный и конкурентоспособный продукт. Цель: в течение пяти лет монополизировать рынок военного снаряжения на всем пространстве от скопления Секундус до Кадийских Врат. Поверьте, грязные деньги генерала Хока и ваши нынешние разовые сделки – это лишь жалкие крохи по сравнению с ожидаемой прибылью.
— Ты… ты отдашь это мне? Лицензию на производство? — Сайрос чувствовал, что его логические блоки, как биологические, так и механические, близки к перегреву. Секунду назад перед ним был демон, грозящий Инквизицией, а теперь тот же демон предлагал ему золотые горы. Такой резкий поворот вызывал головокружение.
— Повторная коррекция: не «отдам», а обменяю. Это стратегическое сотрудничество, основанное на принципах взаимной выгоды, – Виктор поднял два светящихся пальца. — Мои условия состоят из двух пунктов и не подлежат обсуждению. Первое – оплата наличными товарами. Прямо сейчас мне нужно всё содержимое третьего грузового сектора «Позолоченной алчности», контейнеры с номерами от C-77 до C-105. Это четыреста двадцать семь ящиков с высокоэнергетическими полимерными батареями «Калибан-IX». Те самые, что вы на прошлой неделе «дополнительно закупили» на одном из филиалов Райзы, планируя придержать их до фестиваля в улье и продать аристократам втридорога. Не отрицайте, копии ваших накладных уже в моем потоке данных.
— Ты с ума сошел?! Эти батареи стоят как половина захолустной системы! Это мой оборотный капитал, это мое…
— Вариант А: вы можете отказаться, – на лице Виктора промелькнуло подобие улыбки, которая на гигантской проекции выглядела лишь более пугающей. — В этом случае в течение следующих полутора секунд я дистанционно перекрою клапаны подачи кислорода в системе жизнеобеспечения «Позолоченной алчности» и наглухо заварю все выходы с мостика. Я с большим терпением буду наблюдать через внешние камеры, как вы все в этой роскошной гробнице пройдете через десятиминутный процесс удушья. После чего моя группа зачистки поднимется на борт и заберет батареи. Это потребует чуть больше времени и некоторых затрат на уборку, но, учитывая важность этих элементов для моего плана энергетической модернизации, я готов пойти на такие хлопоты.
Проекция Виктора слегка подалась вперед, создавая почти физическое давление.
— Или вариант Б. — Виктор протянул огромную ладонь ладонью вверх, ожидая решения. — Вы подписываете электронный договор. Становитесь моим эксклюзивным торговым представителем в секторе Элизиум. Мы работаем вместе. Сначала мы общими усилиями сбрасываем Хока с его кресла, втаптываем его в грязь и используем его падение как лучшую рекламу надежности нашего нового покровителя. А затем превращаем этот сектор, погрязший в коррупции и отсталых технологиях, в наш личный, стабильный и законный банкомат.
Воздух снова застыл, став тяжелым, как густая смола. Алчность перед золотым веком на графиках, страх перед существом, воплощающим в себе абсолютную логику, и азарт игрока сошлись в яростной схватке в голове Сайроса. Он смотрел в эти синие глаза, лишенные чувств, и понимал: этот человек не бросает слов на ветер. Это не просто губернатор, это некое чудовище в человеческом обличье, более эффективное и неумолимое, чем любой демон хаоса.
Но в то же время вращающаяся модель сплава и перспектива стать настоящим хозяином сектора манили его, словно сладкий яд демонического контракта.
Прошло много времени, а может, всего лишь миг. Сайрос услышал, как из его пересохшего горла вырвалось два слова, похожих на скрежет ржавых шестерен:
— …Я согласен.
Голос был тихим, но в застывшей тишине мостика прозвучал отчетливо. Произнеся это, он почувствовал странную пустоту, будто не сделку заключил, а продал душу какому-то новому, холодному богу.
— Мудрое решение. Вероятность вашего выживания и долгосрочная ожидаемая доходность выросли на девять тысяч семьсот процентов, – произнесла проекция Виктора. После этого изображение внезапно мигнуло и рассыпалось на мириады синих искр, исчезнув без следа.
В тот же миг освещение на мостике вернулось в норму, гравитация стабилизировалась, мягко опустив парящий мусор и ошеломленных слуг на пол. На главных экранах снова замелькали привычные операционные интерфейсы, будто недавнее вторжение было лишь коллективным кошмаром. Лишь запах гари, беспорядок в зале и холодный пот на лицах экипажа подтверждали реальность произошедшего.
Сайрос бессильно рухнул обратно на костяной трон. Его дорогая мантия насквозь пропиталась потом и липла к телу, вызывая ощущение, будто его только что вытащили из ледяного океана. Он невидящим взором смотрел на восстановившиеся системы, а его пальцы непроизвольно дрожали. В его глазах смешались опустошение после пережитого ужаса и разгорающаяся лихорадка азарта перед игрой, из которой уже нет возврата.
Спустя долгое время он прохрипел, обращаясь к застывшему техножрецу:
— Приказ… третий грузовой сектор, все батареи «Калибан-IX»… подготовить к выгрузке. Сообщите на планету, что мы ждем координаты для передачи. — Он замолчал, глубоко вдохнув воздух, в котором всё еще витал страх, но теперь в нем появилась и решимость. — И еще… войди в мою частную базу данных. Извлеки всё, что касается Хока. Все копии бухгалтерии. Мне нужно… пересмотреть структуру наших активов. Похоже, пришло время открыть по-настоящему крупный счет.
http://tl.rulate.ru/book/208601/27550135
Готово:
