— Что думаете? — спросил Темнокрыл у товарищей, когда видеофайл с записью боя подошел к концу.
Они только что вместе просмотрели запись того самого неизвестного паренька, сражавшегося с чудищем, на усмирение которого у половины команды ушло добрых полчаса. Не то чтобы проявление интереса к одаренным новичкам было для них норкой, но всё же. Не каждый день натыкаешься на тварь, способную стереть в порошок гранитные кости Бессмертного. И еще реже встречаешь неизвестных одиночек, способных с такой тварью тягаться. Вообще-то, за всю историю команды подобное случалось лишь единожды.
— И что тут думать? — проворчал Бессмертный. — У меня половина костей переломана, не говоря уже обо всем остальном. А он цел и невредим.
Несмотря на заявленные травмы, шестнадцатый президент твердо стоял на собственных ногах. Но последствия всё же отпечатались на его лице — синяки от удушающих объятий чудища и потрепанная бородка.
— Он едва не вытащил эту тушу из воды, — подтвердила Холли, более известная как Водная Убийца. В драке она сохранила красоту, но теперь щеголяла в шине на левой ноге, да и доспехи изрядно потрепало.
— У паренька есть талант, — согласился Марсианин. Но в его словах отчетливо читалось незамкнутое «но».
— Он какой-то странный. Подозрительный, — продолжил самый молодой член команды, Зеленый Призрак.
— Кого-то он мне напоминает, — задумчиво произнесла Холли, всматриваясь в лицо мальчишки на стоп-кадре.
Все замолчали. Темнокрыл переключил видео на спутниковые данные, показывающие местоположение одного из трех членов команды, отсутствовавших на базе вместе с остальными.
— Они улетели вместе, — озвучил очевидное Марсианин.
— Парень хочет костюм, — ухмыльнулся сквозь боль и отсутствующие зубы Бессмертный. — Так что скоро увидимся снова. Если это всё, мне надо промочить горло.
В этот момент Акварус с брызгами вылетел из подводного грота и рухнул на пол грудой безвольной плоти.
— Акварус! — с тревогой вскричала Холли. — Что с тобой?!
— Я в порядке... — рыбный человек поднялся, опираясь на дружеское плечо Марсианина. — Но мы его упустили. Простите.
— Что? — Бессмертный мгновенно закипел. — Оно же было без сознания! Как вы умудрились?
— Оно сожрало моих людей, — мрачно произвел король подводного мира. — У меня не было сил. Я едва унес ноги.
— Не вини себя, друг мой, — остановил Бессмертного Темнокрыл. — Это наша вина. Нужно было вытащить тварь на сушу и убедиться, что она мертва.
— Черт. Придется активировать резервные системы. Кто знает, где эта дрянь всплывет в следующий раз. — Холли прихрамывая направилась к панели управления дронами.
— Океан тоже будет следить, — с решимостью в голосе произнес Акварус. — Мы не допустим повторения сегодняшней ошибки.
Герои обменялись мрачными, но решительными взглядами. Какое же паршивое время. Сначала Черный Самсон со своим загадочным недугом — герой, пусть и бывший, почти полностью утративший прежнюю мощь. Теперь вот эта тварь, разделавшаяся со всеми остальными.
— Дерьмо, — прошипел сквозь сломанные зубы Бессмертный. — Половина команды выведена из строя. Если случится что-то серьезное...
— Мы не одни, друг мой, — попытался утешить коллегу Темнокрыл. — К счастью, у Земли есть Омни-Мэн. Мы всегда можем на него положиться.
— Ага, остается надеяться на Омни-Мэна, — мрачно хмыкнул Бессмертный.
Три тысячи долларов. Очень хорошая цена за костюм, способный выдерживать условия открытого космоса. Но для такого старшеклассника, как я, раздобыть подобные деньги оказалось непросто. Их не отложишь с карманных и не выпросишь у родителей.
Однако я не слишком переживал. Пусть у меня не было официального дохода, извлечь выгоду из собственных способностей вполне реально. Даже грабить никого не пришлось бы. Разве что мелкое нарушение закона и уклонение от налогов — пожалуй, худшее преступление в Америке, — на которые все равно пришлось бы пойти, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.
Но это могло подождать до следующей недели. Потому что до конца текущей меня посадили под домашний арест.
Да, мама устроила мне затворничество за драку. Честно говоря, глупость. Раны на спине, предплечьях и ногах я успешно замаскировал. Но с ладонями и костяшками пальцев номер не прошел. Надеть перчатки дома — значит сразу вызвать у мамы подозрения. Так что я просто старался не попадаться ей на глаза. Зато утром, когда попытался улизнуть из дома мимо завтрака, она сразу заметила неладное.
У меня уже была заготовлена легенда о стычке со старшеклассниками. Для пущей убедительности я подключил Уильяма. По нашей версии, мы просто слонялись вместе, а Уильям, почуяв запах приключений, с восторгом подтвердил, что я «начистил морды тем идиотам». Кажется, это сработало.
Мама поверила в историю с дракой. Но я забыл, какова она бывает в гневе. В итоге мне прочитали получасовую лекцию о том, что доказывать свою правоту кулаками недопустимо при любых обстоятельствах. Когда я попытался возразить и напомнить, что ее собственный муж зарабатывает на жизнь ровно этим...
Короче говоря, спорить с родителями, будучи подростком, а тем более выигрывать спор и тыкать носом в их лицемерие — идея провальная. Виноватым все равно остаешься ты. Не в агрессии, так в неуважении к старшим и — самое смешное — в грубости. И уж тем более не стоит указывать маме, что обвинять родного ребенка в хамстве — это завуалированное признание собственных воспитательных провалов.
Но самое глупое заключалось в другом: посадив меня под домашний арест на пару дней, мама почему-то не догадалась запретить мне общаться с Уильямом. А тот в награду за помощь потребовал выложить ему всё в мельчайших деталях и продемонстрировать трофеи.
— Круто! — выдохнул Уильям с благоговейным ужасом, разглядывая мои довольно жуткие синяки.
— Эй, руки прочь! — я отдернулся, когда он попытался дотронуться. — Иди свою девушку лапай.
Немного неловко раздеваться перед парнем, который в будущем окажется геем. Особенно учитывая, что в моей прошлой жизни он однажды признался: к парням его тянуло всегда.
— Если бы она у меня была, — мрачно буркнул Уильям.
Он как раз пытался подкатывать к девчонкам из нашего класса. Не слишком успешно. Так что тема была для него болезненной, пусть и не настолько сильно, как в колледже. Его регулярные провалы на любовном фронте тогда едва не сводили Уильяма с ума. Может, именно поэтому он в итоге «сменил команду»? Кто знает.
— Ну и как они? — друг наконец стряхнул с себя уныние. — Стражи. Ты же видел их вживую. Какие они?
— Только Реш, — пожал плечами я. — Он нашел меня после драки и подкинул контакты костюмера.
— Водная Убийца! — у Уильяма загорелись глаза. — Она в жизни такая же горячая, как по телику? Я бы ей...
— Она лесбиянка, — огорошил я его.
— Черт. Какой удар ниже пояса, — уныло протянул Уильям. — Какая потеря для всего человечества.
— И не говори, — согласился я, сдерживая смех.
После этого мы еще долго спорили насчет дизайна костюма, который я заказал у мастера, чье имя я, разумеется, предпочел оставить в тайне. Он назвал мой проект безвкусным и искренне не понимал, какого черта я изобретаю такой велосипед. Но я стоял на своем.
— Господи, Марк. Ты хоть прозвище себе придумал?
— Какая разница? Это временно. Позже сделаю себе другой костюм. Когда разберусь с... Правительственным вопросом.
— Ну ты и оптимист. Небось даже не знаешь, как себя назовешь.
Наконец наказание закончилось, и я смог вернуться к своим планам. К счастью для меня, у Омни-Мэна сейчас было просто завал работы. Черный Самсон почти выпал из строя, лишь изредка появляясь на мелких инцидентах и демонстрируя жалкие крошки прежней мощи. Из оставшихся Стражей без потерь из той бойни вышли только Реш и Темнокрыл. Ребята они толковые, но заменить всю команду не в состоянии. На днях Темнокрыл чуть не отхватил люлей от Близнецов Маулер, когда попытался задержать их в одиночку, пока Реш разгребал проблемы с Лигой Ящериц. Так что Омни-Мэну — по крайней мере в ближайший месяц, пока Водная Убийца, Акварус и Бессмертный не оклемаются после травм, — придется отрабатывать свое громкое прозвище по полной программе.
Я же извлек из ситуации сплошные плюсы. Воспользовавшись отцовской занятостью, я отправился на глубоководное погружение в первый же день после снятия домашнего ареста. Да, я решил пустить свои способности в дело и попробовать себя в роли дайвера-кладоискателя.
За последние месяцы я наткнулся на несколько затонувших кораблей. Но поскольку острой нужды в деньгах не было, как и желания привлекать к себе лишнее внимание объяснениями по поводу находок, я оставлял их нетронутыми. Впрочем, именно во время осмотра одного из таких рэков меня впервые засекли скауты подводного народа и устроили погоню. Я тогда сделал логичный вывод: они охраняют периметр, отпугивая предприимчивых супергероев, решивших поживиться чужим добром без разрешения.
В этом мире существует немало способов искать и поднимать затонувшие ценности. Самый простой и эффективный — договориться с подводными жителями. Но это лишь на первый взгляд просто. Даже поверхностные государства ухитряются десятилетиями судиться за права на корабли, затонувшие у чужих берегов — вспомнить хотя бы парусник Frau Maria, который финны годами не разрешали поднять, ссылаясь на то, что после ста лет в их водах он по закону принадлежит им.
У подводных жителей всё куда проще. Всё, что упало на дно, они считают своим. Пусть даже эта рухлядь им абсолютно бесполезна, даром они ее не отдадут. Любую совместную экспедицию приходится согласовывать через Акваруса. А он парень специфический. Ему подавай экшн, а не дипломатию, политику и прочую бюрократию. Впрочем, чего еще ждать, когда высшим правителем выбирают сильнейшего представителя вида.
Так что благодаря лени Акваруса и сложностям международной политики на дне морском валялось предостаточно ценных грузов. За одним из таких я и отправился.
Конечно, было бы куда заманчивее поднять что-нибудь исторически значимое вроде Титаника или той же Frau Maria. Но я пришел сюда не ради славы или археологии. Мне нужны были деньги. Поэтому выбор пал на заброшенную шхуну, которую не удавалось идентифицировать через поисковики. А значит, можно было надеяться, что о ней вообще никто не знает.
Слишком далеко от берега и слишком глубоко для обычных ныряльщиков. А пара сотен килограммов золота в трюме вряд ли окупила бы затраты на полноценную поисковую экспедицию. Для меня же такая «экспедиция» обошлась ровно в девяносто баксов — именно столько стоил профессиональный фонарь, способный выдержать давление на четырехсотметровой глубине.
Поначалу всё шло гладко. Я спустился к судну, которое никуда не делось с моего прошлого визита, нашел золото и принялся набивать им обычный пакет из супермаркета. Как вдруг за спиной послышался возмущенный булькающий звук.
Сукин сын.
Развернувшись на шум, я выхватил лучом фонаря синекожее создание, которое воинственно трясло копьем. Судя по вполне человеческой груди с набухшими бугорками и нарисованным губам на рыбьей физиономии, это была самка. Какая прелесть. Пора делать ноги.
Прижимая добычу к груди, я рванул в противоположную от разведчицы сторону — прямо сквозь полусгнивший борт шхуны. Наперерез выскочил еще один мурлок, которого я в темноте даже не заметил и снес головой.
Будь вы прокляты, чертовы подводники.
Оттолкнув от себя скользкую чешуйчатую тушу, я вырвался на оперативный простор. Вслед мне полетели гневные бульканья и заряды из какого-то энергетического оружия, которое вскипячивало воду и оставляло неприятные ожоги на коже. Разумеется, я запросто мог увернуться от всех выстрелов или просто ускориться так, что мурлоки глотали бы пузыри из моего кива. Но полиэтиленовый пакет из супермаркета особой прочностью и термостойкостью не отличался — при первой же резкой смене траектории он едва не порвался. Так что пришлось терпеть попадания в спину и еще несколько минут улепетывать от погони.
Приставучие твари. Словно это их золото.
Второй частью моего плана была реализация добычи через криминальные каналы. Вариантов имелось два.
Первый: найти Титана и попытаться сбыть золото через него. Минусы очевидны. Во-первых, Титан сейчас мелкая сошка и просто не сможет предложить нормальную цену. Во-вторых, он банально лживый сукин сын. В прошлый раз он использовал меня, скормив слезливую историю про больную дочь, чтобы вырваться наверх и занять место своего босса. Доверия к нему ноль.
Второй вариант: сам босс, Машинхед. Тот самый тип с калькулятором вместо головы. Он тоже жулик, но им движет холодный расчет и прагматизм. Его механический мозг отлично просчитывает вероятности и чужие поступки. Уж лучше поставить на него, чем на Титана. К тому же благодаря той истории я прекрасно знал убежище Машинхеда.
Именно туда я и направился, предварительно переодевшись в сухое и спрятав лицо за черной медицинской маской и солнцезащитными очками.
http://tl.rulate.ru/book/208585/26748313
Готово:
