613. Пронзительный призрак
С грозным свистом обрушилось побоище, и скелет-лучник 32-го уровня, не успев даже шелохнуться, мгновенно рассыпался на мелкие костяные осколки.
Эндерфа, Рейна и Лин Юнь кружились в смертоносном танце, словно неукротимые стихии. Они обрушились на тридцать элитных костяных воинов, средний уровень которых достигал 28-го, а также на десять скелетов-лучников с уровнями от 28-го до 32-го, сметая их, словно ураган. Одного удара хватало, чтобы разметать костяных воинов, а скелеты-лучники рушились после нескольких заклинаний.
Битва отгремела за считанные мгновения, не продлившись и пяти секунд.
Однако ни Эндерфа, ни Лин Юнь не испытали удовлетворения от исхода сражения…
В глазах обоих читалась тревога, порожденная одним и тем же наблюдением.
– Мерлин, ты тоже ощутил это? Словно эта группа нежити заранее была готова к нашему появлению.
Лин Юнь кивнул, его лицо оставалось мрачным.
– Ты тоже это почувствовал?
Лин Юнь почувствовал неладное с первых мгновений столкновения. В Сюбаня тут же вонзилась костяная стрела, едва он вывернул из-за поворота. Элитные костяные воины и скелеты-лучники были выстроены в безупречном боевом порядке, как будто давно ожидая возможности атаковать.
Лин Юнь неизменно применял заклинание обнаружения нежити при исследовании каждого пути, но враги притаились в трехстах метрах от комнаты – как раз на пределе действия предыдущего заклинания обнаружения.
Со скелетами-лучниками обычно удавалось справиться без особого труда, но внезапная атака из засады могла оказаться смертельной даже для архимага 5-го ранга, поразив его единственным выстрелом.
При внезапном нападении маги инстинктивно создавали магический щит или барьер – самую быструю из известных защит. Но перед костяной стрелой скелета-лучника такая преграда была не прочнее бумажного листа. А оставшись без защиты, даже самый искусный маг словно подставлял себя под сокрушительный удар святого меча. Выжить после такой костяной стрелы было бы настоящим чудом.
Если это действительно тщательно подготовленная засада, то кто стоял за этим зловещим замыслом?
С такими тревожными мыслями они продвигались по извилистому коридору, напоминавшему лабиринт. Достигнув конца, Лин Юнь легко взломал массив ворот, но на этот раз проявил куда большую осторожность. Сперва он призвал каменную марионетку и лишь убедившись, что опасности нет, решился войти сам...
– Смотри-ка, здесь расположен массив телепортации на короткие расстояния, – заметил Эндерфа.
– Дай глянуть, – после беглого осмотра Лин Юнь установил, что массив находится в исправном состоянии, но для верности снова призвал каменную марионетку и отправил ее на разведку.
В ослепительной вспышке телепортации каменная марионетка растворилась в пространстве. Выждав дюжину секунд и убедившись, что связь с марионеткой остается стабильной, Лин Юнь решительно шагнул в массив телепортации.
Когда сияние растаяло, группа очутилась на новом этаже, еще более просторном, с широкими коридорами. Вдоль стен размещались лампы, в которых до сих пор теплился ровный огонь.
По слабому, но характерному аромату Лин Юнь безошибочно определил, что в лампах горел жир глубоководного морского ламантина.
Жир глубоководного морского ламантина ценился на вес золота даже во времена могущественной династии Нессер. Одной капли этого чудесного вещества хватало, чтобы поддерживать пламя более тысячи лет. На алтарях королевской семьи чистокровных эльфов использовали исключительно его. Обычные же дворяне довольствовались для своих ламп жиром простых ламантинов.
В лампах оставалось совсем немного драгоценного жира. И Лин Юнь предположил, что их зажгли десятки тысяч лет назад.
Взяв небольшую частицу жира глубоководного морского ламантина, Лин Юнь обратился к спутникам с предостережением:
– Будьте предельно осторожны! Те, кто свободно могли передвигаться по этому этажу, были наверняка полноправными членами экипажа Бесстрашного.
При жизни даже самые обычные моряки из числа официального экипажа обладали мастерством не ниже мечников 5-го ранга.
Команда заметно напряглась. Лин Юнь уже предупреждал о странностях этого пространства и трудностях ориентирования по карте.
Находясь на нижних уровнях, Лин Юнь без труда определял с помощью карты оптимальный путь к цели, поскольку массивы телепортации на короткие расстояния располагались на постоянных местах.
Но этот этаж уже относился к верхней части корабля, и был отделен от нижней секции, массивы телепортации здесь не были закреплены постоянно. Они представляли собой передвижные конструкции, меняющие свое расположение.
Через определенные промежутки времени позиция массива и активирующее заклинание изменялись, и хотя в этих перемещениях прослеживался некий шаблон, новоприбывшие путники ещё не успели его разгадать. Им приходилось довольствоваться лишь приблизительным ориентированием по карте.
На этом зловещем этаже их ожидало не меньше дюжины комнат, которые нужно было исследовать!
В окружающем пространстве клубилась ещё более концентрированная энергия смерти, существенно снижавшая точность заклинания обнаружения нежити.
Группа продвигалась мучительно медленно, словно крадясь сквозь туман опасностей.
Войдя в первую комнату, где предположительно находились ворота телепортации, они столкнулись с темным воином 30-го уровня. Как и второй помощник, при жизни он был зверочеловеком-берсерком. Однако разница в силе оказалась непреодолимой, и он был повержен менее чем за минуту.
Кроме духовного двуручного тяжелого меча низкого ранга, добыча оказалась скудной.
Затем они отворили вторую дверь, которая могла скрывать портал телепортации, но обнаружили пустое помещение... В нем совсем ничего не было.
...
Продолжая методично исследовать этаж, они наконец достигли его дальнего конца. Десятая комната вполне могла оказаться именно той, что они искали... Когда хитросплетения массива ворот поддались их усилиям, в ушах путников раздался пронзительный, разрывающий сознание вопль.
Всё это время они были готовы к встрече с нежитью, но появление нежити призрачного типа застало их врасплох.
Идущий впереди Сюбань застыл с пустым выражением на лице. Эндерфа издал сдавленный крик, его три лица заколебались, обратились в дым и устремились обратно в колесо десяти тысяч заклинаний.
Лицо Рейны исказилось, меняясь от гнева до невыносимой боли.
Лин Юнь побледнел, почувствовав, как содрогается его душа. Сознание на мгновение затуманилось, а окружающий мир преобразился в кошмарное видение конца Носцента.
Перед глазами полыхали бесконечные огненные молнии, низвергающиеся с кровавых небес, готовых обрушиться на гибнущий мир.
Это воспоминание, глубоко врезавшееся в его сознание, было самым мучительным из всех. Выражение лица Лин Юня непрерывно менялось, но тело оставалось неподвижным, пока он вдруг не применил на себя десять заклинаний остроты ума одно за другим.
Одновременно с этим он произнес заклинание, высвобождая волну чистейшей маны, которая ударной волной разошлась во всех направлениях.
Это была простейшая и в то же время наиболее действенная магическая атака, разбившая иллюзию на осколки.
Реальность вернулась, и Лин Юнь снова оказался перед той же дверью. Впереди в оцепенении стоял Сюбань, побоище выпало из его рук на пол.
Дюжина бесплотных призраков парила в воздухе. Их прозрачные тела казались едва различимыми, только глаза и рты выделялись в полупрозрачной дымке.
В то же мгновение огромное черное щупальце, толщиной в полметра, проигнорировав атаку чистой маной Лин Юня, устремилось к группе.
При виде этого зловещего отростка ледяной ужас пронзил позвоночник Лин Юня.
Плотная энергия смерти, насыщенная злобной аурой...
Лин Юнь мгновенно осознал – это тот самый монстр!
Вскинув посох рока, он быстро создал три алых огненных копья, поразивших переднюю, среднюю и заднюю части щупальца. Одно из копий пригвоздило извивающийся отросток к земле.
Воспользовавшись краткой передышкой, Лин Юнь, не распыляясь на оборонительные заклинания, сразу создал несколько заклинаний, усиленных рунами. В воздухе материализовалось величественное пятиметровое копье огненного бога, похожее на произведение искусства.
Копье огненного бога пронзило щупальце от кончика до основания, прошив его насквозь!
Под воздействием пылающих золотых языков пламени щупальце с шипением превратилось в клубящийся черный дым.
Черный дым не успел собраться воедино, поскольку Лин Юнь немедленно кинул пять взрывающихся огней. Заклинания озарили пространство ослепительным сиянием, охватив пламенем обширную территорию.
Черный дым быстро отступил, устремившись в угол комнаты в поисках спасения.
Лин Юнь наложил три заклинания остроты ума на Рейну, помогая ей освободиться из плена иллюзии.
Затем он направил несколько огненных шаров 1-го уровня в сторону Сюбаня. Резкая боль от ожогов вырвала оцепеневшего драконочеловека из транса, пробудив его сознание. В данном случае физическая боль оказалась значительно эффективнее ментального воздействия заклинания остроты ума.
Тем временем марионетка, повинуясь воле создателя, методично очищала помещение огненной магией.
Из колеса десяти тысяч заклинаний вырвался сгусток дыма, и три лица Эндерфы вновь обрели форму. Он разразился яростной бранью:
– Проклятье! Как здесь могла оказаться целая дюжина пронзительных призраков?! Эти твари и впрямь устроили на нас хитроумную засаду!
Шквал огненных заклинаний, словно извержение вулкана, обрушился на комнату.
Пронзительные призраки, объятые пламенем, издавали жалобные вопли, но не умирали сразу, демонстрируя удивительную живучесть.
Пронзительные призраки относились к высшему классу нежити.
Все пронзительные призраки перед ними достигали 32-го уровня и обладали абсолютным иммунитетом к физическим атакам. Более того, они оставались практически неуязвимыми для большинства магических воздействий. Даже огненные заклинания наносили им лишь частичный урон.
Наиболее эффективным способом уничтожения пронзительных призраков считалась святая магия. Даже простейшее заклинание святого исцеления причиняло пронзительному призраку невыносимые страдания.
Эти твари не обладали боевой мощью, но их способность духовного вопля внушала истинный ужас. При отсутствии должной ментальной защиты даже единственный пронзительный призрак 30-го уровня мог ввергнуть архимага 9-го ранга в состояние глубочайшего душевного потрясения, парализующего волю.
В таких ситуациях одно мгновение могло оказаться фатальным.
К счастью, благодаря тому что Лин Юнь успешно слился с законами медитации, даже объединенная мощь дюжины духовных воплей смогла оказать на его сознание всего лишь ничтожное воздействие, похожее на далекое эхо.
Однако положение Лин Юня оказалось бы куда более опасным, не сумей он молниеносно среагировать и отразить атаку зловещего щупальца.
Духовный вопль порождал в сознании жертвы калейдоскоп иллюзий, терзающих разум. Пробуждение глубинных страхов служило краеугольным камнем в поддержании губительного воздействия духовного вопля.
http://tl.rulate.ru/book/20854/6439270
Готово:
