Раннее утро, на смычке скопилась роса, а на деревянном корпусе виолончели проступили влажные разводы.
По-хорошему, в такую сырую погоду за инструментом следовало бы тщательно ухаживать, но сейчас Хуай Ши было совершенно не до этого.
Отработав привычные два часа игры и заодно закончив утреннюю медитацию, он просто сидел на каменных ступенях в саду и бессмысленно смотрел в одну точку.
И, разумеется, вскоре почувствовал, как мёрзнет задница.
— В другой раз надо будет бросить сюда подушку.
Окончательно закоченев, он поднялся, отряхнул брюки от пыли и бесцельно побрёл по голому, лишенному зелени саду.
При каждом взмахе руки свежие швы на предплечье отзывались тупой, ноющей болью.
Это в очередной раз напоминало о том, насколько опасной выдалась прошлая ночь.
Точнее, это служило ледяным отрезвлением: в каком же скверном положении он оказался... Сейчас он и близко не мог гарантировать собственную безопасность.
Хоть порой и казалось, что продолжать эту нищую, полную лишений жизнь нет никакого смысла, никто в здравом уме не променяет дыхание на могильную сырость.
К тому же жизнь Хуай Ши толком ещё даже не началась. Жить — это так здорово. Ему хотелось задержаться на этом свете подольше.
...
— Опять витаешь в облаках в саду?
Он вдруг услышал, как Ворона опустилась на изгородь.
— Неужели нельзя найти другое место?
— А если мне здесь нравится?
— Тогда приложи хоть немного усилий, Хуай Ши, возвышение почти завершено!
Она тяжело вздохнула, словно разочарованный наставник, и всплеснула крыльями.
— Осталась буквально капля!
Эти слова не вызвали у юноши никакого энтузиазма.
— И какой прок от этого завершенного возвышения? Я смогу сыпать ещё больше перца? Как ни крути, до той вчерашней твари мне как до луны, верно?
— Я же тысячу раз объясняла: Пепел бедствий — это лишь побочный продукт свойств твоей души. Как только возвышение закончится, сила твоего духа совершит качественный скачок. К тому же, ты правда думаешь, что та вчерашняя мартышка полагалась только на собственные силы?
— М-м?
— Нуэ, Священный знак из мифологического пантеона Островов Инчжоу. Это результат Третьей стадии · Уровня Эфира.
Ворона окинула его многозначительным взглядом.
— Возвышение — это только начало, Хуай Ши. Возвысившиеся с огромным потенциалом обычно пробуждаются лет в одиннадцать-двенадцать. Ты и так уже сильно отстаёшь, так что не вздумай расслабляться. Возможно, ты надеешься, что после всей этой заварушки жизнь вернётся в спокойное русло, но заруби себе на носу: владелец Книги Судьбы обречён взойти на вершину этого мира. Власть, богатство, красавицы — всё это однажды само упадёт тебе в руки. Единственное, чего у тебя никогда не будет, так это тихой, размеренной жизни.
Хуай Ши долго молчал, вертя в руках загадочный блокнот.
— А если я сейчас выброшу эту дрянь, ещё не поздно будет?
Ворона задумалась, а затем вдруг радостно встрепенулась.
— Крайне не советую, но в истории таких прецедентов ещё не было! Мне даже любопытно, что из этого выйдет. Почему бы тебе не попробовать?
Хуай Ши лишь закатил глаза.
— Раз уж сопротивляться бесполезно, расслабься и получай удовольствие.
Птица сочувственно вытянула крыло и похлопала его по плечу.
— В конце концов, сейчас у тебя, в некотором смысле, довольно мирные будни.
Ну да, если закрыть глаза на то, что из-за хронической нищеты он вынужден работать в клубе хостов, на улице натыкается на трупы, за ним непонятно почему открыли охоту, а теперь он ещё и делит крышу с лысеющим хостом и выступает в роли живой приманки...
Неизвестно почему, но при этой мысли в голове Хуай Ши вдруг всплыл образ девушки, которую он видел всего пару раз. Она казалась старше его года на два-три и передвигалась в инвалидном кресле.
Ай Цин.
Лицо казалось знакомым, но, как бы он ни рылся в закоулках своей короткой и пустой памяти, ничего похожего там не находилось. Как бы то ни было, такую красивую девушку в инвалидной коляске вряд ли кто-то смог бы просто взять и забыть.
Он озадаченно почесал в затылке, так ничего и не вспомнив. И лишь когда со стороны ворот раздался гудок автомобиля, возвещающий о начале рабочего дня, он неохотно закинул на спину футляр с виолончелью и поплелся наружу.
Для никудышного хоста Хуай Ши начался новый день, полный мучений...
И, что вполне ожидаемо, он тут же вляпался в неприятности.
— Вы же сюда работать приходите, так сказать, торговать лицом! Чего ты тут из себя недотрогу строишь?!
Прямо перед Лю Дунли стояла тощая женщина, годящаяся Хуай Ши в матери. Она яростно тыкала пальцем в прячущегося позади юношу, а затем резким движением выплеснула бокал вина.
— Я у вас тут не один десяток башен из шампанского заказала! И он не может просто посидеть со мной и выпить пару бокалов?! Возомнил себя божеством с небес?! Зови менеджера, чёрт возьми, я сегодня так просто это не оставлю!
В поднявшейся суматохе Хуай Ши, стоя на заднем плане, лишь неловко посмеивался, не зная, что и сказать. В итоге кто-то в спешке вытолкал его за дверь.
Лишь спустя приличное время Лю Дунли удалось уладить конфликт. Сбившись с ног в поисках, он наконец обнаружил Хуай Ши у черного входа в клуб: тот стоял перед тележкой с уличной едой, ожидая свой обеденный блинчик.
С тех пор как у этого парня появились ежедневные командировочные в восемьсот юаней, он знатно обнаглел — теперь осмеливался брать блинчик аж с двумя сосисками. Вид у него был до того счастливый, что мрачный как туча Лю Дунли не выдержал и поражённо цокнул языком.
— Шесть жалоб на второй день работы. Как тебе это удаётся?
Хуай Ши всерьез задумался, а затем неуверенно предположил.
— Наверное, дело в моей природной красоте?
— Послушай, Хуай Ши...
Лю Дунли тяжело вздохнул.
— Тебе плеснули в лицо вином, расцарапали щеку, а ты стоишь тут, будто ничего не произошло. Как так?
— А что я мог сделать?
Хуай Ши непонимающе уставился на собеседника.
— Вернуться, дать ей пинка под зад и пафосно заявить: не презирай юношу за его бедность, колесо фортуны ещё повернётся? К тому же, это было ожидаемо. Из-за чего тут злиться? Если бы я бесился из-за каждой такой мелочи, я бы помер от нервного срыва ещё года четыре назад.
Лю Дунли потерял дар речи. Оставалось лишь признать: у этого парня обнаруживались совершенно невероятные достоинства в самых странных областях.
С тех пор как он, отчасти из вредности, притащил Хуай Ши на эту работу, случилось море неприятных инцидентов. Но он ни разу не видел, чтобы парень вышел из себя или устроил скандал. Даже получив вином в лицо, тот лишь улыбнулся и отошел в сторонку. Не отвечал ударом на удар, молчал в ответ на ругань.
И хотя наедине он без умолку молол всякую чушь, его терпение было поистине поразительным. Оптимизм такого уровня заставлял задуматься: то ли перед тобой непроходимый идиот, то ли что-то ещё.
Глядя, как Хуай Ши радостно ждёт свой блинчик, Лю Дунли вдруг почувствовал раздражение. Возникло мерзкое ощущение, будто он принуждает невинного юношу к проституции, обижает честного работягу и вообще окончательно потерял совесть.
— Хватит ждать, пошли.
Лю Дунли потащил его внутрь переодеваться.
— После обеда не работаем. Старший брат угостит тебя нормальной едой.
— Серьёзно? У тебя наконец проснулась совесть?
Хуай Ши просиял.
— Тогда когда ты оплатишь счет за электричество?
Лю Дунли, поднимавшийся по ступеням, едва не вывихнул спину. Он резко обернулся и свирепо зыркнул на парня.
— Ладно ещё я работаю твоим бесплатным телохранителем, но почему я должен платить за свет?!
— Потому что это ты постоянно включаешь бойлер.
Хуай Ши невинно пожал плечами.
— Нельзя, что ли, сполоснуться холодной водой?
— Эй, да где твоя совесть! Я вчера ради твоего спасения ранение получил! К тому же холодный душ ужасно сушит кожу, ясно?!
— ...Ну да, и для волос вредно.
Спокойно вставил плетущийся позади Хуай Ши.
Было отчетливо видно, как Лю Дунли пошатнулся на ступеньке, едва не скатившись кубарем вниз.
Переодевшись, Хуай Ши специально нацепил темные очки и огромную медицинскую маску, скрывшую половину лица. Теперь он выглядел как подозрительный тип, готовый в любой момент совершить преступление. А что поделать? Работать в клубе хостов — это одно, но если одноклассники увидят и сфотографируют — совсем другое. В прошлый раз ему чудом удалось выкрутиться, сейчас нельзя было допустить, чтобы его узнали.
Но увы... реальность редко подстраивается под желания человека. Стоило хроническому неудачнику Хуай Ши переступить порог, как за спиной раздался оклик.
— Это же младший Ши? Точно, Ши!
http://tl.rulate.ru/book/207672/26340511
Готово:
