Тао Шужэнь опустил голову и, увидев прозрачную емкость, наполненную белоснежным рисом, широко раскрыл глаза.
— Что это? Где Додо это взяла? Как Додо умудрилась насыпать рис в этот сосуд? Нет, погоди, Додо, откуда у тебя вообще эта емкость? — засыпал он её сбивчивыми вопросами.
Тао Додо в подробностях изложила суть дела, и окружившие их соплеменники только и делали, что ахали от изумления.
— Она действительно принимает всё что угодно? — снова переспросил Тао Шужэнь у дочери.
— Правда! Но фея-сестрица сказала, что некоторые вещи ей нужны только в одном экземпляре, а другие — в нескольких, — Тао Додо энергично закивала.
Услышав уверенный ответ девочки, люди вокруг зашумели.
— Неужели на свете бывает такое счастье? Невероятно!
— Правда ли это? Неужели это взаправду? Мы можем попасть на рынок прямо из нашего племени? Неужели существуют бессмертные?
— Конечно, правда! Иначе откуда бы у Додо взялся такой белый волшебный рис? А этот прозрачный сосуд — он прозрачен, как весенний ручей, и чист, как горный хрусталь!
— Я тоже верю. Наше племя ни за что не вырастило бы такой рис, да и на рынках я подобного не видывал.
— Верно, даже племя Ли, которое лучше всех умеет возделывать землю, вряд ли способно вырастить такие зерна.
Соплеменники не переставали восхищаться.
— Если мы будем меняться с бессмертной, — подал кто-то голос, — сможем ли мы получить ту еду, от которой наедаешься горсткой, и дрова, от которых зимой не ест глаза дымом? Может, так мы переживем эту зиму?
Толпа мгновенно затихла.
Тао Шужэнь сказал:
— Я пойду доложу вождю. Посмотрим, что она скажет.
— А-Тао, сходи к жрецу, — раздался издалека звонкий женский голос. Все обернулись: на краю площади, за спинами людей, стояла крепкая, статная женщина. Неизвестно, как долго она там находилась.
— Матушка! — Тао Додо бросилась к ней и уткнулась в объятия Таохуа. — Матушка, я так по тебе скучала! Ты была занята распределением еды, и я не посмела тебя беспокоить, поэтому сначала нашла папеньку.
— Глупышка, ты всё сделала правильно, — улыбнулась Таохуа, погладив дочь по голове.
Тао Шужэнь подошел и передал мешочек с рисом жене. Таохуа приняла его и, улыбнувшись соплеменникам, объявила:
— Дело чрезвычайной важности. Пойдемте вместе к жрецу.
Жрец связал две травинки крест-накрест. Сложив ладони, он зажал крестик между ними, коснувшись одним концом земли.
— Благоприятно ли это дело?
Крестик прочертил на земле иероглиф: «Да».
Сердце Таохуа забилось от волнения, но она заставила себя ждать, пока жрец продолжит гадание.
— Есть ли опасность?
В воздухе всколыхнулась невидимая духовная энергия, и крестик криво вывел два слова: «Шанс судьбы».
Жрец стер предсказание с земли и с улыбкой поднялся:
— Это дар, посланный бессмертной нашему племени Ся. Идите.
Таохуа больше не могла сдерживать радость и рассмеялась. Увидев улыбку матери, Тао Додо тоже засмеялась. Услышав смех из хижины жреца, Тао Шужэнь и остальные соплеменники снаружи принялись ликовать.
Выйдя из хижины, Таохуа обратилась к людям:
— Начинайте собирать вещи для обмена. Складывайте всё перед домом Додо.
Люди разбрелись в разные стороны. Таохуа повернулась к дочери:
— Додо, та бессмертная сказала, что ей нужно абсолютно всё?
— Да-да, матушка! Фея-сестрица сказала, что мы можем приносить всё, что у нас есть, и менять на то, что пожелаем. Если чего-то у нас нет, она постарается для нас это найти.
— Раз так… — Таохуа посмотрела на Тао Шужэня. — А-Тао, иди и приготовь понемногу всего, что у нас есть. Пока люди несут вещи для обмена на соль и шкуры, собери всё, что успеешь.
Тао Шужэнь тут же бросился выполнять поручение. В это время Лин Сяоюэ, доев саморазогревающийся хого, начала раскладывать товары, купленные сегодня. Подумав о словах Додо про зиму, она отобрала всё, что могло пригодиться в холода.
Только она закончила расставлять полки, как снаружи послышался шум. Обернувшись, она увидела женщину со смуглой кожей, одетую в льняную одежду. Статная, полная сил, она тащила за собой целую гору вещей.
Лин Сяоюэ шагнула навстречу:
— Вы мать Тао Додо?
— У бессмертной зоркий глаз, — ответила Таохуа. — Додо — мое дитя. Я вождь племени Ся. Мое ничтожное имя лишь осквернит ваш слух, зовите меня просто Таоши. Это подношения для вас, а это — вещи для обмена.
Лин Сяоюэ, еще не отошедшая от обращения «бессмертная», услышала слово «подношения» и чуть не лишилась дара речи. Да что ж такое, она еще жива, а ей уже несут подношения! Да еще от целого вождя племени! Лин Сяоюэ поморщилась. Не слушая больше, что говорит мать девочки, она поспешно перебила:
— Нет-нет, матушка Додо, не называйте меня бессмертной, у нас так не принято. И подношения эти… нет, я не могу их взять.
Таохуа заволновалась: почему бессмертная отказывается от даров? Разве гадание жреца не подтвердило, что это шанс судьбы?
— Послушайте, матушка Додо, подношения я не приму. Но если вы хотите обменять эти вещи на товары — это другое дело. У нас подношения принимают, только если их вешают на стену, — Лин Сяоюэ говорила искренне, но про себя подумала: да что за напасть, только встретились, а меня уже на стену вешать собрались!
Таохуа выдохнула с облегчением: оказывается, бессмертная не хочет брать вещи племени даром, а ищет повод, чтобы их принять. Как же она добра!
— И еще: не зовите меня бессмертной. Я владелица этой лавки, — Лин Сяоюэ немного смутилась, назвав свою хижину лавкой. — Можете звать меня владелицей Лин или Лин Сяоюэ.
Таохуа была тронута: бессмертная так добра к ней, так проста в общении, какое же счастье для нашего племени!
— Тогда, владелица Лин, примите то, что я принесла. Посмотрите, что вам приглянется, в следующий раз я принесу больше.
Лин Сяоюэ посмотрела за спину Таохуа:
— Давайте начнем обмен. Тао… — она запнулась, глядя на женщину.
— Хуа. Меня зовут Таохуа.
— Хорошо, Таохуа, начнем.
Таохуа кивнула. Она пришла одна и, боясь, что вещей не хватит, а также не зная, что именно больше всего нужно бессмертной, принесла понемногу всего. Даже так набралась внушительная куча. Нести её на спине было невозможно, поэтому она сложила всё на деревянный плот, на котором собирали припасы, и притащила его сама.
Таохуа вытащила корень редьки и, повернувшись к Лин Сяоюэ, принялась объяснять:
— Это белый корень. У нас на горе их полно. Дети не любят, а старики едят с удовольствием. Владелица Лин, не смотрите, что он такой неказистый и с волосками, в тушеном мясе он очень хорош.
Лин Сяоюэ застыла с открытым ртом.
http://tl.rulate.ru/book/207134/26035937
Готово:
