— Войдите, — донесся из комнаты негромкий, но преисполненный властности голос.
Дин Хань осторожно приоткрыл дверь и сразу увидел губернатора Шу Юня, величественно восседавшего в кресле за письменным столом.
— Дин Хань? — На лице губернатора скользнула мягкая улыбка. Он окинул вошедшего оценивающим взглядом с ног до головы и едва заметно кивнул.
— Докладываю руководителю: я – Дин Хань! Прибыл по приказу провинциального комитета партии и правительства провинции Фунань, чтобы встретить вас и сопровождать к месту службы, — почтительно и звучно отрапортовал Дин Хань.
Губернатор Шу Юнь выглядел на удивление молодо – ему можно было дать от силы лет сорок.
Опрятный, безупречно одетый, волосок к волоску. Его густые, темные брови и живые, проницательные глаза излучали одновременно мягкость и суровую властность.
Высокая переносица придавала его лицу благородную, мужественную красоту.
На чистом, гладко выбритом лице не было ни тени изнеженности – напротив, от всей его фигуры веяло скрытой силой и несгибаемым мужским характером.
Сердце Дин Ханя дрогнуло. Ему вдруг показалось, что лицо губернатора Шу ему смутно знакомо. Однако, как он ни напрягал память, вспомнить ничего так и не смог.
Губернатор поднялся из-за стола, протянул руку для рукопожатия и приветливо произнес:
— Ну что же, давай знакомиться. Сяо Дин, с сегодняшнего дня ты становишься моим секретарем по рабочим и бытовым вопросам. Возражения есть?
Эти слова глубоко тронули Дин Ханя, наполнив его душу волнением.
Тревога, еще мгновение назад терзавшая его сердце, бесследно растворилась.
— Докладываю руководителю: возражений нет! Надеюсь, моя служба полностью удовлетворит вас, — серьезно и твердо ответил Дин Хань.
— Хорошо, — с улыбкой проговорил губернатор Шу. — А теперь иди и пригласи гостей. Не стоит заставлять их долго ждать.
Дин Хань не ожидал, что приступит к обязанностям так быстро. Поколебавшись лишь долю секунды, он мгновенно вошел в роль.
Ждавшие за дверью заведующий отделом Чэн, генеральный секретарь Шэн и глава представительства в Пекине Сюн Сяохуэй при виде вышедшего Дин Ханя уже собирались расспросить его, но тот опередил их:
— Уважаемые руководители, губернатор Шу просит вас войти.
Заведующий отделом Чэн осторожно поинтересовался:
— Сяо Дин, это губернатор Шу поручил тебе пригласить нас?
Дин Хань почтительно кивнул в знак подтверждения.
— Вот и отлично! Значит, первое испытание пройдено, — удовлетворенно констатировал заведующий отделом Чэн. — Господа, прошу вас.
Генеральный секретарь Шэн все еще выказывал некоторое сомнение. В конце концов, пусть даже кандидатуру Дин Ханя на пост секретаря губернатора одобрили в самом Яньцзине, примет ли его сам губернатор – вопрос особый.
Как правило, когда такой руководитель, как губернатор Шу, отправляется на работу в регионы, ему не полагается привозить с собой личного секретаря.
Помощников для работы на месте ему должны подбирать местные структуры.
И если руководителя что-то не устроит, он в любой момент может сменить секретаря.
Шэн Цзюнь, занимая пост генерального секретаря провинциального комитета партии Фунани, фактически являлся полноправным главой всей чиновничьей канцелярии провинции.
Обычно секретарь партийного комитета входит в состав постоянного комитета провинциального комитета партии. Он – самое доверенное лицо первого лица провинции и его главный управляющий.
Если же говорить об иерархии постоянного комитета, то после прибытия в Фунань губернатор Шу по рангу уступал лишь секретарю провинциального комитета. Разумеется, Чэн Ган, будучи заведующим организационным отделом, также являлся членом постоянного комитета провинциального комитета партии и входил в число высшего руководства.
Таким образом, в этом пекинском сыхэюане сейчас собрались три члена постоянного комитета провинции Фунань.
Все они входили в один руководящий состав, но их служебное положение различалось. Заведующий отделом Чэн и генеральный секретарь Шэн в этой иерархии стояли на несколько ступеней ниже губернатора Шу.
Что же касается Сюн Сяохуэя, то он занимал должность заместителя генерального секретаря правительства провинции Фунань и по совместительству возглавлял представительство в Пекине, но в состав постоянного комитета партии не входил.
Губернатор Шу стоял посреди кабинета, ожидая гостей.
Он тепло обменялся рукопожатиями и любезностями с каждым вошедшим. В комнате воцарилась непринужденная, гармоничная атмосфера.
Видя, что гости расселись, Дин Хань вызвался заварить чай.
Разлив напиток по чашкам, он сразу же вышел из кабинета, тихонько прикрыв за собой дверь.
Во дворе секретарь заведующего отделом Чэна, Хуан Чэнь, увлеченно разглядывал полураскрывшийся бутон камелии. Заметив Дин Ханя, он приветливо улыбнулся и вкрадчиво произнес:
— Секретарь Дин, поздравляю!
Дин Хань и сам был искренне рад. То, что при первой же встрече он заслужил доверие руководителя, превзошло все его ожидания.
— Отныне, находясь подле шефа, ты станешь для всех нас недосягаемой величиной, брат, — с усмешкой добавил Хуан Чэнь. — Секретари, работающие при первых лицах, по статусу стоят куда выше нас, простых младших секретарей.
Хуан Чэнь затронул весьма прагматичную тему. Секретари могут выполнять схожую работу, но ранг их руководителей определяет колоссальную разницу в их собственном положении.
Согласно негласным правилам, как только губернатор Шу официально признает Дин Ханя своим секретарем, административный ранг последнего совершит стремительный взлет.
Об уровне, которого достигнет Дин Хань, секретари вроде Хуан Чэня могли только мечтать.
Обычно помощники уровня Хуан Чэня при переводе на низовую работу могли рассчитывать максимум на должность вице-главы уезда или аналогичный пост в районной администрации.
Если же на низовую работу переведут Дин Ханя, он непременно возглавит местную администрацию и станет там первым лицом.
И в этом крылось их главное различие.
Хуан Чэнь проработал бок о бок с заведующим отделом Чэном уже много лет. Пределом его мечтаний сейчас было назначение в низовые структуры для получения практического опыта.
Но заведующий отделом Чэн, похоже, то ли не решался отпустить его, то ли просто не хотел лишаться надежного помощника, удерживая при себе.
Дин Хань не понял, была ли в словах коллеги скрытая ирония или дружеская подначка, и потому ответил со всей искренностью:
— Секретарь Хуан, в будущем мне еще очень понадобятся ваши наставления.
Хуан Чэнь сдержанно улыбнулся:
— Ну что вы, брат Дин, это слишком громкие слова. Скорее уж мне придется просить у вас советов, нежели давать их вам.
Пока руководители беседовали в кабинете, их секретарям оставалось лишь коротать время за пустыми разговорами во дворе.
Через полчаса заведующий отделом Чэн, генеральный секретарь Шэн и директор Сюн один за другим покинули кабинет.
Губернатор Шу вышел проводить гостей.
Дин Хань, не зная, что ему делать дальше, застыл на месте в нерешительности. Тишину нарушил голос губернатора Шу:
— Сяо Дин, проводи гостей!
Дин Хань поспешил вывести посетителей к выходу. Разумеется, он не смел расспрашивать о теме их разговора в кабинете.
Однако генеральный секретарь Шэн сам обратился к нему:
— Сяо Дин, с этой минуты ты остаешься при губернаторе Шу и приступаешь к работе. Таково решение самого губернатора.
Дин Хань растерянно прошептал:
— Генеральный секретарь, но я ведь еще совсем не готов к этому.
— К чему тут готовиться? — Усмехнулся Шэн Цзюнь. — К тому же времени на подготовку у тебя попросту нет.
Генеральный секретарь Шэн приоткрыл завесу тайны над их беседой. Губернатор Шу пока не может выехать в Фунань – ему необходимо задержаться в Яньцзине еще на какое-то время.
И весь этот период Дин Ханю предстоит работать плечом к плечу с ним прямо здесь.
Задержка губернатора в столице не была вызвана личными причинами. Будучи дальновидным политиком, он решил подготовить почву заранее и прибыть в Фунань не с пустыми руками, а привезти с собой крупный инвестиционный проект.
Что это за проект, генеральный секретарь Шэн уточнять не стал. Однако по выражению лиц всех троих чиновников было ясно: проект, который губернатор Шу готовит для Фунани, способен в корне изменить положение дел в провинции.
Проводив взглядом их уезжающие машины, Дин Хань внезапно ощутил легкую грусть.
Когда гости скрылись из виду, он повернулся и вернулся в кабинет губернатора.
— Садись, — обратился к нему губернатор Шу. — Работая со мной, ты должен усвоить главное: в мое отсутствие ты представляешь меня.
От этих слов Дин Хань в испуге вскочил со стула и тихо пролепетал:
— Руководитель, я не посмею!
Губернатор Шу с улыбкой махнул рукой:
— Не нужно так нервничать. Конечно, это придет не сразу, я дам тебе время освоиться. Но запомни накрепко: в любой ситуации у тебя не должно быть личной корысти!
Дин Хань усердно закивал и со всей серьезностью заверил:
— Будьте спокойны, руководитель. Я буду работать в строгом соответствии с вашими требованиями.
— Садись, — тон губернатора Шу внезапно стал деловым. — Что ты думаешь по поводу проблем Ланьцзяна?
http://tl.rulate.ru/book/206513/26060209
Готово:
