Что может взбесить сильнее всего во время интернет-спора?
Фразы «ты ничего в этом не понимаешь» и «даже объяснять тебе лень».
В рейтинге самых раздражающих аргументов они делят уверенное первое место.
Зрители стрима кипели от ярости, но ответить им было нечего. Они действительно ни черта не понимали. И даже если этот заносчивый студент просто водил их за нос, они не могли доказать обратное.
«Ну и хрен с тобой! Пойду найду того, кто понимает!» — не выдержал кто-то, оставил этот комментарий и исчез из чата.
Исчез, впрочем, лишь виртуально.
За тысячу километров от Чжунхая, в просторной и изысканно обставленной вилле, семнадцатилетний подросток пулей вылетел из своей комнаты.
Его распирало от возмущения. Помявшись пару секунд в коридоре, он всё же взбежал по лестнице и толкнул дверь отцовского кабинета.
Просторная комната была залита светом, огромные французские окна вели на террасу. В углах висели изящные кашпо с орхидеями, добавляя интерьеру живой зелени.
У окна, на полукруглом дизайнерском диване, сидел мужчина средних лет с интеллигентным, утончённым лицом. Он был настолько увлечён чтением книги, что даже не поднял головы.
Подросток на цыпочках прошёл вглубь кабинета. Нерешительность снова взяла верх, и он уже собрался повернуть назад.
«Ай, ладно, лучше не мешать…»
В этот момент мужчина, всё так же не отрываясь от страниц, спокойно спросил:
— Что случилось?
Ноги подростка приросли к полу, а верхняя часть тела неуклюже развернулась. На его лице застыла гримаса, средняя между виноватой улыбкой и гримасой плача:
— Пап, я… да ничего. Правда, ничего. Я просто зашёл проверить, как ты… Ну я пойду.
— Говори! — уронил отец одно короткое слово, от которого повеяло несокрушимым авторитетом.
«Ну, ты сам напросился!» — подумал сын. С лёгким чувством торжества он достал телефон и в двух словах обрисовал ситуацию, а затем горячо добавил:
— Пап, я столько лет учусь искусству, а этот студент смеет заявлять, что мы ничего не понимаем! Да они просто покрывают коррупционеров!
Мужчина наконец опустил книгу и поднял взгляд на сына:
— А тебе-то какое до этого дело?
— …Пап! — возмутился подросток. — Ты же сам всегда учил меня быть честным и принципиальным! Я вижу вопиющую несправедливость и просто хочу, чтобы вмешался кто-то авторитетный. И вообще… я через пару лет собирался поступать в Чжунхайскую академию!
Он нахмурился:
— Я и подумать не мог, что они станут выгораживать такого мошенника, как Бай Е. Одно разочарование.
— Я также учил тебя не верить каждому слуху и не делать поспешных выводов. Ты это забыл? — ровным голосом ответил отец. — В интернете полно лжи. Ты должен сам анализировать информацию, а не слепо следовать за толпой.
— Ты думаешь, это слухи? — не сдавался сын. — Объявление напечатали в официальной газете! Именно этот Бай Е получил правительственный заказ. Эксперты забраковали работы десятков именитых мастеров и отдали проект ему.
Подросток упёр руки в бока:
— И как ты это объяснишь? У него вдруг прорезался гениальный талант, превосходящий навыки заслуженных мастеров, или же здесь кроется грязный сговор? Пап, сам-то в какой из двух вариантов веришь?
Мужчина промолчал.
Почувствовав слабину, сын решил добить:
— Пап, у Бай Е уже есть криминальный шлейф. Разве не ты больше всего на свете ненавидишь искусственную накрутку цен и рыночные махинации? Ты же сам вывел на чистую воду кучу таких «художников», которые сколотили состояние на мыльных пузырях! Так почему сейчас ты закрываешь на это глаза?
— Пап, нельзя ловить только крупных тигров и не замечать мелких мух. Иначе я начну сомневаться в твоей искренности. Ты это ради справедливости делаешь или ради собственного пиара?
— …Что за чушь ты несёшь, — вздохнул отец, бросив на него усталый взгляд.
Он мысленно напомнил себе, что это его родной сын. Бить нельзя.
А то дед в деревне узнает — приедет и сам ему мозги вправит.
— Это факты, — пробурчал подросток, но тут же вспомнил, зачем пришёл, и умоляюще сложил руки: — Пап, ну сделай что-нибудь! Ты же знаменитый арт-критик, оценивать искусство — твоя прямая обязанность. Просто взгляни на то, что он лепит, скажи, что это мусор, а всё остальное мы берём на себя!
«Какой же наивный простачок», — мысленно вздохнул мужчина.
Этот глупый мальчишка совершенно не понимал правил игры. С его нынешним статусом и влиянием в арт-сообществе любая его оценка — будь то жестокая критика или хвалебная ода — пойдёт объекту критики только на пользу.
Ведь в искусстве больше нет абсолютных стандартов.
Раньше они были. Но с появлением модернизма великие художники превратили бунт против традиций, деконструкцию и переосмысление форм в главное течение. Дошло до того, что грань между шедевром и мазнёй окончательно стёрлась.
Монополия на эстетику больше не принадлежит элите. А мнение большинства перестало быть истиной в последней инстанции.
Никто больше не имеет права выносить окончательный вердикт. То, что тебе кажется кучей мусора, другой назовёт гениальным откровением.
В таких реалиях, даже если он публично назовёт работу Бай Е отходами жизнедеятельности, это лишь вызовет колебания цен на аукционах, но никак не заставит произведение исчезнуть с рынка.
И это если речь идёт о художниках его уровня.
А если он снизойдёт до критики какого-то безымянного новичка… это будет уже не разгром, а реклама! Вполне возможно, именно его гневная рецензия сделает парня суперзвездой.
Поэтому многие спали и видели, чтобы он их отругал.
Некоторые даже готовы были за это платить.
Мужчина покачал головой, не желая разрушать детские иллюзии сына. Каждому возрасту — своё понимание жизни. Излишняя наивность — это плохо, но и взращивать в ребёнке прожжённого циника тоже не стоит. Пусть сам набивает шишки.
— Что там за работа? — всё же сдался отец.
Имя «Бай Е» было ему знакомо.
Не то чтобы он следил за творчеством парня, просто он хорошо знал Ли Дунсина. И хотя он презирал таких дельцов, которые баламутили воду в индустрии с помощью огромных капиталов, ему приходилось признать: именно благодаря таким акулам, как Ли Дунсин, в мире искусства появлялись новые имена.
Без них старые мастера давно бы монополизировали рынок, превратив его в стоячее болото.
В те времена, когда Ли Дунсин активно раскручивал Бай Е, критик мельком видел его картины. Да, они не были теми гениальными шедеврами, которыми их пытался выставить пиар-отдел, но и откровенной мазнёй, как утверждали хейтеры, они тоже не являлись.
У парня определённо был потенциал. Если бы он продолжил упорно работать, лет через десять его картины действительно стоили бы тех денег, которые за них просили тогда.
Но никто не ожидал, что Ли Дунсин внезапно пойдёт ко дну.
В одночасье могущественная «Галерея Дунсин» рухнула как карточный домик. Молодые художники, которых продвигала галерея, исчезли с радаров. Кто-то нашёл новых покровителей, кто-то вообще сменил профессию.
Критику было немного жаль парня.
И он никак не ожидал снова услышать имя Бай Е, да ещё и из уст собственного сына. Это разбудило в нём профессиональное любопытство.
— Вот, вот, смотри! — радостно запрыгал подросток, сунув телефон прямо под нос отцу.
На экране шла прямая трансляция. Камера давала чёткий план Бай Е. Парень был абсолютно спокоен и сосредоточен. Его пальцы, сжимающие стек, двигались с поразительной лёгкостью — мягко сглаживая углы, резко срезая лишнее, виртуозно доводя до совершенства мельчайшие детали глиняной фигуры.
— Пап, ты только посмотри на ЭТО, — подросток ткнул пальцем в экран, презрительно кривя губы. — Живописец вдруг решил поиграть в скульптора! Это же курам на смех. А самый главный анекдот — ему реально отдали госзаказ на статую для площади. Абсурд!
— Это же общественное место! Скульптура там — не просто украшение, она несёт культурную и образовательную функцию. Как можно было отнестись к этому так халатно? И главное — это деньги налогоплательщиков! Если статуя окажется уродливой, её рано или поздно снесут. Это же пустая трата народных средств!
Подросток сыпал аргументами как из пулемёта.
Часть из них он придумал сам, но в основном это были мысли возмущённых пользователей сети, с которыми он был абсолютно солидарен.
Он говорил и говорил, пока внезапно не осознал, что в комнате стоит звенящая тишина.
Подросток поднял глаза и обомлел.
Его отец неотрывно, как заворожённый, пялился в экран телефона. Его взгляд, его поза, его абсолютная, пугающая сосредоточенность… он выглядел в точности как те околдованные студенты на видео!
Подросток в ужасе отшатнулся.
Плохо дело, отца тоже околдовали!
http://tl.rulate.ru/book/206331/25947608
Готово:
