Цинь Шоухэн только собрался объявить цену, как из соседней комнаты донёсся голос.
— Шесть тысяч камней душ!
Голоса участников торгов не заглушались — напротив, их специально усиливали, чтобы слышали все.
Цинь Шоухэн сразу узнал наследного принца Кун Юйчэня и уже хотел отступиться, но тут подошёл Цинь Яо.
— Почему не надбавляешь? — поинтересовался он.
— Это наследный принц, — замялся Цинь Шоухэн.
Глаза Цинь Яо тут же загорелись:
— Сам Кун Юйчэнь? Ну, тем более нельзя уступать.
С этими словами он выкрикнул свою цену:
— Семь тысяч камней душ!
И, обернувшись к Цинь Шоухэну, добавил:
— У нашего клана Цинь достаточно сил. Он посмел набивать цену — и мы посмеем.
Цинь Яо с давних пор не переваривал Кун Юйчэня из-за его помолвки с Шэн Цин и с радостью хватался за любую возможность насолить ему.
За стеной Кун Юйчэнь нахмурился — он тоже узнал голос Цинь Яо. При мысли о том, что этот тип вечно путается с Шэн Цин, внутри у него закипело, и он тут же взвинтил ставку:
— Десять тысяч камней душ!
Кун Юйси с беспокойством покосилась на брата — ей казалось, что тот теряет голову.
Остальные участники при виде Крюка Связывания Душ, конечно, загорелись желанием, но, увидев, что на него нацелились наследный принц Чэньси и клан Цинь, тут же растеряли весь свой пыл.
Клан Цинь, возглавлявший Четыре Великих Клана, и впрямь обладал глубокими ресурсами.
Когда цена перевалила за пятнадцать тысяч, Кун Юйси не выдержала и предостергла Кун Юйчэня:
— Государственная казна, конечно, полна, но вам никто не позволял спускать её на ветер. Брат, поумерьте пыл. Не забывайте, наша главная цель здесь — Корень Духовного Владыки.
Кун Юйчэнь и сам это понимал, но ничего не мог поделать с закипавшей злостью.
Цинь Яо уже собирался надбавить снова, но Цинь Шоухэн остановил его:
— Хватит. В войне кошельков клану Цинь не сравниться с королевской семьёй.
Цинь Яо и не рассчитывал перекупить Кун Юйчэня — ему просто хотелось досадить принцу и вынудить того раскошелиться по-дурацки. Но, столкнувшись с решительным сопротивлением Цинь Шоухэна, вынужден был отступить.
Ю Фэй, вся сияя улыбкой, объявила:
— Есть ли ещё желающие? Пятнадцать тысяч камней душ — раз.
Никто не осмелился бросить вызов Кун Юйчэню. В зале воцарилось молчание.
Заметив это, принц просиял от удовольствия.
Какой-то сынок из клана Цинь... Да как он смел тягаться с ним? Так быстро сдулся — какая скука.
— Пятнадцать тысяч камней душ — два.
И в тот самый миг, когда Ю Фэй уже готова была припечатать сделку, прозвучал ледяной голос:
— Шестнадцать тысяч камней душ.
Кун Юйчэнь подскочил к краю окна.
Кто?! Кто посмел пойти против него?!
Задрав голову, он разглядел фигуру, с ног до головы закутанную в чёрное. Белая маска на лице незнакомца мерцала холодным блеском в свете Ночной жемчужины, а пара бездонно-чёрных глаз, не мигая, буравила его. У Кун Юйчэня по спине побежали мурашки, будто в неё вонзили сотни игл.
— Кто это? — Кун Юйси подошла к окну, растерянно вглядываясь в чёрную фигуру.
С каких это пор в государстве Чэньси завёлся ещё один наглец, бросающий вызов королевской семье?
— Приношу глубочайшие извинения, — произнесла Шэн Цин из-под маски, кривя губы в усмешке и нарочито занижая голос, чтобы придать ему загадочности, — но этот Крюк Связывания Душ пришёлся мне по душе. Уступать не намерен.
— Впрочем, с вашими-то, Чэньси, жалкими финансами со мной не тягаться. Дитя, возвращайся-ка ты отдыхать.
Такой откровенный выпад, при котором честь королевской семьи Чэньси втоптали в грязь, мигом выбил из Кун Юйси остатки благоразумия.
— Брат, надбавляйте! — бросила она Кун Юйчэню.
— Семнадцать тысяч камней душ! — выкрикнул тот и с вызовом добавил: — На землях моего Чэньси ты слишком дерзко разеваешь рот. Раз хочешь тягаться — что ж, играю до конца!
Его слова зажгли толпу: задетая честь Чэньси, их общая слава и общий позор — всё смешалось воедино, и зеваки в зале разразились восторженными криками, подбадривая Кун Юйчэня и обещая проучить нахала, посмевшего оскорбить королевскую семью.
Увидев это, Цинь Яо процедил сквозь зубы:
— Идиот.
Цинь Шоухэн тоже понял, что чёрный человек нарочно провоцирует принца, и нахмурился.
Кто же это такой?
Су Юйань, скрестив руки на груди, с интересом наблюдала за представлением и заметила:
— Уму непостижимо: Император Чэньси — мудрейший человек, а сына вырастил такого болвана. Ни капли выдержки! За будущее Чэньси боязно.
Старейшина в жёлтом лишь молча смотрел в сторону чёрной фигуры.
В аукционном доме «Линсин» повсюду стояли защитные формации, и он не мог прощупать силу незнакомца.
Шэн Цин спокойно надбавила:
— Восемнадцать тысяч камней душ.
Кун Юйчэнь:
— Девятнадцать тысяч!
Шэн Цин продолжила:
— Двадцать тысяч.
Рука Кун Юйчэня под рукавом сжалась в кулак. Двадцать тысяч за духовное оружие таинственной ступени — это уже чистый убыток. Но громкие слова были брошены, и теперь оставалось только идти до конца.
— Двадцать одна тысяча.
Улыбка в глазах Шэн Цин сделалась шире:
— Двадцать две тысячи камней душ.
Цинь Яо уже всё понял. Этот тип явно придерживался тех же намерений, что и он сам: сделать из Кун Юйчэня посмешище. И теперь чёрная фигура нравилась ему всё больше и больше.
— Брат, когда аукцион закончится, я хочу с ним познакомиться, — возбуждённо заявил он. — Он мне определённо по душе!
Цинь Шоухэн искоса глянул на него:
— Даже не думай. От этого человека за версту веет опасностью. Если навлечёшь на клан очередные неприятности, запру тебя в храме предков, будешь каяться перед табличками.
Цинь Яо лишь вздохнул в ответ, с сожалением отбросив эту идею.
Шэн Цин остановилась только тогда, когда цифра достигла двадцати семи тысяч.
— Двадцать семь тысяч камней душ — раз.
Ответа не последовало. Ладони Кун Юйчэня взмокли. Только бы никто не надбавил...
— Двадцать семь тысяч — два.
— Двадцать семь тысяч — три.
— Поздравляем гостя из первой комнаты! Крюк Связывания Душ, духовное оружие таинственной ступени — ваше!
Кун Юйчэнь с шумом выдохнул, но не успел даже обрадоваться, как чёрный человек произнёс:
— А знаете, внезапно расхотелось. Обычное духовное оружие таинственной ступени — на рынке такое можно купить за семь-восемь тысяч. К чему было платить двадцать семь?
Эти слова будто ушат ледяной воды вылили на голову Кун Юйчэню, в один миг погасив вспыхнувшую было радость. Рассудок вернулся, и принц с запоздалым ужасом осознал, какую глупость совершил.
Лицо его побелело как полотно, по жилам разлился холод.
Если отец узнает, что он угробил двадцать семь тысяч камней душ на духовное оружие таинственного уровня, — быть грандиозному скандалу.
Кун Юйси тоже помрачнела. Она не только не остановила брата, но и сама подначивала его продолжать! Отец и на неё обрушит свой гнев!
Задыхаясь от ярости, она прошипела:
— Этого я так не оставлю! Посмел играть с нами — я заставлю его заплатить!
Кун Юйчэнь, чуть остыв, спросил:
— Сестра, что ты задумала?
— Дождёмся конца аукциона и перехватим его! — отрезала Кун Юйси, и в её взгляде мелькнуло зверство.
Торги продолжились. Следующими лотами пошли трёхразрядные духовные растения — как раз то, что искал Старейшина в жёлтом. Он называл цену — и никто не решался перебивать, так что всё нужное он скупил без помех.
Шэн Цин, ловко надув Кун Юйчэня, снова заскучала. Она прижимала к себе Цюнци и рассеянно перебирала его шёрстку.
Так продолжалось до тех пор, пока на помост не выкатили громадную железную клетку. Как только она появилась, Шэн Цин ощутила движение от печати души — Цзя Лань внутри неё пробудился, и его чистый, холодный голос прозвучал в её сознании:
— А-Цин, выкупи его.
http://tl.rulate.ru/book/206069/25677484
