Из рассказа Гу Линшуан Чу Чан узнал много нового. Он и подумать не мог, что внутренние дела семьи Гу настолько сложны — это походило на сюжет дворцовых интриг.
Ее отец, Гу Батянь, являлся главой клана. Его культивация достигла сферы Закалки Ци, и благодаря мощной энергии его физическая сила была невероятной. Когда-то он по праву считался сильнейшим в семье Гу. Но в прошлом году он получил серьезное ранение, и теперь его реальная мощь не дотягивала даже до половины от былого пика.
Почувствовав слабость брата, дядя Гу Линшуан — Гу Баху — начал открыто претендовать на место главы. Стоит отметить, что пост главы — это не только статус, но и полный контроль над ресурсами для культивации всей ветви! Именно поэтому последние годы Гу Баху безжалостно боролся за власть с ветвью Гу Батяня, несмотря на кровное родство.
— Я понял. То есть в будущем мне нужно остерегаться людей из фракции Гу Баху? — уточнил Чу Чан.
— Верно. Ты умен и схватываешь на лету.
Гу Линшуан мягко улыбнулась:
— Но не бойся! Сейчас я на девятой ступени Закалки Тела, и мне остался всего один шаг до сферы Закалки Ци!
Звучало, конечно, круто, вот только этот Гу Баху уже находился на сфере Закалки Ци…
Гу Линшуан продолжила:
— Но я хочу прогрессировать быстрее…
Она медленно приблизилась к Чу Чану. Расстояние между ними сократилось настолько, что они могли чувствовать дыхание друг друга. Вытянув тонкий палец, она нежно коснулась его горячей груди, выдыхая слова с легким ароматом орхидеи:
— Поэтому… дальше придется тебе потрудиться. Я хочу стать такой же сильной, как моя невестка.
Почувствовав тепло ее пальцев, Чу Чан нервно сглотнул. Ее слова звучали… уж слишком прямолинейно, не так ли?
Но, честно говоря, он не испытывал к Гу Линшуан никакого отторжения, пусть она и была немного высокомерной и холодной. Во-первых, она относилась к нему очень щедро: дала жилье, еду и отличные условия.
Во-вторых, Гу Линшуан была эталонной ледяной красавицей! В его прошлой жизни, не будь ты высоким, богатым и красивым, о такой девушке можно было только мечтать! Так что внакладе он точно не оставался.
Подумав об этом, Чу Чан опустил взгляд:
— Старшая госпожа, на улице холодный ветер. Может… зайдем в комнату и присядем?
Гу Линшуан одарила его глубоким, многозначительным взглядом и без колебаний шагнула во внутренние покои.
— Идем.
• • •
Незаметно пролетели два часа.
Дверь тихонько приоткрылась, и Гу Линшуан медленно вышла во двор. Сейчас ее обычно холодное, бледное лицо украшал нежный румянец, а от прежней усталости в глазах не осталось и следа — она буквально лучилась здоровой энергией и внутренним светом.
— На сегодня хватит. Впредь приходи ко мне каждые три дня. Здесь слишком много лишних глаз, будет плохо, если нас кто-нибудь увидит.
Помня о том, что ей в будущем еще предстояло выйти замуж, Гу Линшуан тихо дала ему это наставление.
— Кроме того, подготовься. Через два дня состоится экзамен для молодых стражей нашей семьи! Если пройдешь, я добьюсь, чтобы тебе передали секретные техники клана!
Сказав это, ее фигура мелькнула, подобно легкому дымку, и быстро растворилась в ночной темноте.
• • •
Два дня спустя.
Чу Чан открыл глаза после медитации и с радостью посмотрел на системную панель.
— Отлично, теперь мое владение «Силой, сдвигающей горы» стало еще совершеннее.
Вчера на тренировочной площадке он попробовал поднять каменные замки и без труда поднял вес в 1500 цзиней.
«Сейчас я наверняка смогу поднять все 1800 цзиней!» — прикинул Чу Чан в уме. — «Говорят, практики на седьмой ступени Закалки Тела едва справляются с 1500 цзинями! Значит, моя сила уже превзошла седьмую ступень».
Он быстро перекусил и направился к тренировочной площадке.
Сегодня был день отбора стражей, и к его приходу площадка уже была забита людьми.
— Слышал, вчера вернулся Ли Фэйцян. В этот раз он точно займет первое место.
— Еще бы! Этот экзамен проводится для стражей младше двадцати пяти лет, чтобы выявить таланты и передать им семейные техники. Ли Фэйцян последние два года постоянно входил в десятку лучших. Сейчас первое место у него в кармане.
Стражи в толпе перешептывались между собой.
В этот момент к Чу Чану подошел знакомый.
— Брат Чжао? Что с тобой? — спросил Чу Чан, заметив тревогу на лице подошедшего Чжао Даюна.
За эти два дня Чу Чан сблизился с Чжао Даюном и Цянь Лю. Особенно позавчера, когда в знак благодарности за помощь в деревне он угостил их вином у себя дома.
Чжао Даюн воровато огляделся по сторонам и с мрачным лицом прошептал:
— А-Чан, послушай моего совета, от всего сердца говорю… собирай вещи и съезжай из того двора! Иди к нам, потеснимся на общей лежанке!
Чжао Даюн и Цянь Лю были обычными стражами и жили вчетвером в одной комнате.
Услышав это, Чу Чан возмутился:
— Съезжать? С какой стати? Брат Чжао, в чем дело? Этот двор мне пожаловала сама старшая госпожа! Мне там очень комфортно, зачем мне переезжать?
— Тебе-то комфортно, да только этот дом жжет руки! — Чжао Даюн в отчаянии хлопнул себя по бедру. — Ты новенький и не знаешь, но этот двор изначально предназначался для Ли Фэйцяна! Он у нас Старший страж!
— Старший страж? — опешил Чу Чан.
А он-то думал, тут как минимум приказ самого Главы клана! А это всего лишь какой-то Старший страж? Да он одним ударом отправит этого мальца в нокаут.
В семье Гу статус Старшего стража обычно давали тем, чья культивация стабильно находилась на уровне с четвертой по шестую ступень Закалки Тела. Но Чу Чан сейчас ни в чем не уступал практикам седьмой ступени!
— Этот дом мне лично отдала старшая госпожа, — жестко ответил Чу Чан. — Неужели этот Ли Фэйцян осмелится пойти против ее воли?
— А-Чан, ты слишком наивен! — вздохнул Чжао Даюн, пытаясь вразумить его. — Конечно, открыто перечить старшей госпоже он не посмеет. Но за его спиной стоит сам Великий старейшина! Ты же не мог не заметить за эти два дня, что внутри семьи Гу сейчас идет жестокая борьба между Великим старейшиной и Главой?
Чжао Даюн выдержал паузу и продолжил уже более серьезным тоном:
— Открыто он против приказа не пойдет, но втихаря… у него полно грязных методов, чтобы выжить тебя оттуда. Здесь вода слишком мутная, ты новенький и не сможешь удержаться. Послушай меня, не стоит наживать себе такого врага ради какого-то двора.
Чу Чан замолчал. Если он свернет вещи и трусливо сбежит из-за пары слов, то в будущем не только не сможет поднять голову в семье Гу, но и сама Гу Линшуан начнет смотреть на него с презрением.
А самое главное — он практик боевых искусств! Если его запугал какой-то Старший страж, то о каком боевом пути вообще может идти речь? Тем более, что он вполне мог за себя постоять. По факту, преимущество было на его стороне. Чу Чан не стал хвастаться своей реальной силой, чтобы не напугать собеседника.
Он тактично откашлялся:
— Спасибо за предупреждение, брат Чжао. Но раз я, Чу Чан, туда заселился, то не собираюсь поджимать хвост. Если он хочет забрать дом — пусть сам придет и скажет мне это в лицо!
— Ого, какие громкие слова у этого сопляка! Ну, давай, я пришел поговорить.
Из-за угла уверенным шагом вышел крепкий, как медведь, мужчина с ледяным взглядом. За ним следовали еще несколько человек в униформе стражей семьи Гу — явно его свита.
Чу Чан был в семье недавно и не знал этого медведя в лицо, но по его тону сразу догадался, что это и есть Ли Фэйцян! Тот самый фаворит нынешнего экзамена.
Увидев его, Чжао Даюн побледнел и выдавил кривую улыбку:
— Брат… Ли!
Ли Фэйцян даже не удостоил его взглядом. Он подошел вплотную к Чу Чану, смерил его оценивающим взглядом и язвительно бросил:
— Пару дней назад я уезжал по делам. А вернувшись, узнал, что наша старшая госпожа наняла нового стража, да так его ценит, что даже выделила ему отдельный дом! Это ты, что ли? Лицом вышел неплохо, сразу видно — прирожденный жиголо…
— Жиголо? А ты не боишься, что старшая госпожа узнает о твоих словах и накажет тебя? — нахмурился Чу Чан.
— Хе-хе, да всем известно, что я, Ли Фэйцян, человек Великого старейшины. Старшая госпожа мне не указ.
Ли Фэйцян сделал еще шаг вперед, источая ледяную угрозу в попытке задавить Чу Чана авторитетом. Обычно, когда практик его уровня высвобождал свою ауру, простые новички тряслись от страха, а некоторые и вовсе мочились в штаны. Ли Фэйцян хотел публично унизить Чу Чана, чтобы тот понял, кто в кругу стражей настоящий хозяин.
Однако он просчитался. Чу Чан не отступил ни на дюйм и смотрел прямо ему в глаза.
— А ты с яйцами, парень, — Ли Фэйцян скривил губы в фальшивой улыбке. — Ладно, дам тебе шанс. Съезжай оттуда сам. В том доме раньше жил старый инструктор. Когда он состарился и уехал в деревню, дом пообещали мне. Просто я был в отъезде, и надо же — возвращаюсь, а его занял какой-то выскочка!
— Можешь пойти и сказать это старшей госпоже. Если она прикажет съехать — я тут же соберу вещи. Но пока она этого не скажет, в ту дверь ты не войдешь.
— Хорошо, очень хорошо! — Ли Фэйцян от злости рассмеялся и шагнул так близко, что их носы почти соприкоснулись. — Ты, сопляк, только пришел, а ведешь себя слишком дерзко. Думаешь, если обхватил ногу старшей госпожи, то можешь спать спокойно? У старшей госпожи много забот, она очень занята… Если в каком-нибудь темном углу с тобой вдруг произойдет несчастный случай, она вряд ли успеет тебе помочь.
Это была неприкрытая угроза убийством.
Стоявший рядом Чжао Даюн покрылся холодным потом и отчаянно замигал Чу Чану, умоляя его пойти на попятную.
Но Чу Чан лишь холодно усмехнулся и парировал:
— Тогда и я тебе скажу. У Великого старейшины впереди много важных дел внутри клана, он тоже очень занят. Если однажды с тобой что-то случится на улице, боюсь, он тоже не сможет тебе помочь.
— Ищешь смерти!
Ли Фэйцян пришел в бешенство. На его висках вздулись вены, а правая рука резко взмыла вверх. Его ладонь налилась синевато-черной энергией — он был готов одним ударом размазать это наглое лицо в кровавую кашу.
Однако его рука замерла в воздухе и так и не опустилась.
Вокруг них уже собралась толпа любопытных стражей. Драки между своими на глазах у всех строжайше наказывались! Тем более, Чу Чан действительно был человеком, которого лично привела Гу Линшуан.
На словах Ли Фэйцян мог кричать, что не боится старшую госпожу, но если бы он ударил ее человека у всех на виду, это стало бы публичной пощечиной самой Гу Линшуан. А ее методы он знал лучше многих.
Хрясь!
Внезапно раздался звонкий, хлесткий звук, от которого у всех присутствующих стражей зазвенело в ушах.
Оказалось, это Чу Чан с размаху влепил Ли Фэйцяну затрещину. Удар был таким тяжелым и сильным, что пощечина звонко отпечаталась прямо на лице Ли Фэйцяна.
http://tl.rulate.ru/book/205769/25529439
Готово:
