Глава 24. Ганьфань-ню? Работяга-ню!
После полудня Чэнь Ко сидел в кабинете и с легкой головной болью наблюдал за Ганьфань-ню, которая устроилась, подогнув под себя ноги, на краю его рабочего стола.
Этот пухлый дух в облике круглой девчушки надул губы и смотрел на него полными вселенской грусти и обиды глазами.
У Чэнь Ко голова шла кругом. Едва проснувшись сегодня утром, он обнаружил, что обоями на его телефоне стала свинина в соевом соусе. Когда он пришёл в офис, на рабочем столе компьютера красовалась та же свинина.
Так Ганьфань-ню, никак не желавшая забыть вчерашний кулинарный ролик, настойчиво выпрашивала у него мясо.
Ему с трудом удалось уговорить её потерпеть и пообещать, что после обеда они пойдут за её любимым шоколадным тортом на улицу Чжуншань.
Но кто же знал, что там им встретится юный Ци-практик, развивший магическое зрение в глазах? Чтобы избежать лишних хлопот, пришлось спешно вернуться.
И вот… на заставке телефона Чэнь Ко снова появилась свинина в соевом соусе.
Намек Ганьфань-ню был предельно ясен: теперь шоколадным тортом её тоску по мясу не заглушить.
— Ладно-ладно, вечером поедим свинины! Но готовить у меня времени нет, да и тот рецепт из интернета, что ты нашла, никуда не годится. Сначала сходим в ресторан, я знаю одно отличное местечко… — усердно работая, Чэнь Ко вполголоса вел переговоры с малышкой.
Он понимал, что не может винить её за обжорство. Ведь по сути своей страсть Ганьфань-ню к еде была лишь разросшимся отражением его собственного аппетита.
В конце концов, душа и память этой пиалы были неразрывно связаны с пищей, и у рожденного из неё духа-оборотня базовыми инстинктами стали «поесть вкусно» и «набить животик».
Раздался стук в дверь. Развалившийся было в глубоком кресле Чэнь Ко тут же выпрямился, уставился на экран компьютера с самым деловым видом и произнёс:
— Войдите.
В кабинет вошла Чжу Ли — стройная и высокая, в тёмном строгом костюме. В руках она держала папку с документами.
— Господин Чэнь, вот несколько финансовых документов, вам нужно ознакомиться и подписать их. Кроме того, отчетность завода за первый квартал, которую вы просили, я уже отправила вам на почту.
Чэнь Ко кивнул:
— Хорошо.
Стоило признать, что способности у Чжу Ли были незаурядными. Сегодня пошёл лишь первый полноценный рабочий день, а она уже прекрасно освоилась со своими обязанностями и привела график и дела Чэнь Ко в идеальный порядок.
Чэнь Ко по-прежнему старался не смотреть на неё, но даже от звука шагов, когда её каблуки цокали по полу, в голове невольно возникал образ этих покачивающихся при ходьбе великолепных ног. Дыхание перехватывало, и ему приходилось делать над собой усилие, чтобы подавить эти мысли и очистить разум.
А вот Ганьфань-ню питала к ней какую-то врожденную симпатию. Вот и сейчас, пока Чжу Ли стояла у стола с докладом, девчушка забралась на столешницу и, зажмурившись, вытягивала шею, пытаясь уловить её запах.
Конечно, в духовном зрении Ганьфань-ню выглядела как милая пухлая малышка, так что со стороны это смотрелось довольно забавно. Будь на её месте сам Чэнь Ко в своём обычном облике, зрелище вышло бы крайне непристойным.
Чэнь Ко и сам удивлялся: Ганьфань-ню впервые проявляла подобное дружелюбие к человеку.
Закончив доклад, Чжу Ли повернулась, чтобы уйти, но вдруг словно что-то вспомнила и обернулась:
— Кстати, господин Чэнь, вы только что… говорили по телефону?
— А, да, а что такое? — Чэнь Ко, разумеется, не мог признаться, что обсуждал со своей «пиалой», что они будут есть на ужин.
— Если в будущем вам понадобится оставить контактный номер, пожалуйста, давайте рабочий телефон нашей компании. Звонки будут переводиться через меня. Так мне будет проще планировать ваш график, да и вам это поможет сберечь время, — посоветовала Чжу Ли.
— Да, хорошо, — кивнул Чэнь Ко.
Когда Чжу Ли повернулась и пошла к выходу, Чэнь Ко изо всех сил удерживал себя от взгляда ей в спину. Только когда дверь кабинета закрылась, он шумно выдохнул, снова расслабленно растекся в кресле и потянулся к мышке, чтобы открыть почту.
— Ганьфань-ню, иди сюда, посмотри отчетность. Проверь, нет ли там каких ошибок, — зевнув, позвал Чэнь Ко.
— Не хочу!
— На выходных я куплю ингредиенты и попробую приготовить свинину по тому рецепту, который ты просила, — с каменным лицом произнёс Чэнь Ко.
— Бегу-бегу!
Ганьфань-ню радостно подскочила, уселась перед монитором и уставилась на таблицы. Ей даже не нужно было трогать мышь или клавиатуру — страницы на экране сами начали стремительно прокручиваться.
Подобные «духи-оборотни», рожденные из неодушевленных предметов, хоть и обладали самосознанием и духовным разумом, а их духовные тела чаще всего принимали человеческий облик, все же не имели плоти. Если они не поглощали другие души, отягощенные чужими привязанностями, а росли лишь за счет впитывания чистой природной энергии, их мышление оставалось кристально чистым, а собственные инстинкты и желания — предельно простыми. Они были максимально близки к первозданной сути момента своего рождения.
Вот и Ганьфань-ню, судя по её внешности и характеру, почти не изменилась с тех пор, как впервые явилась миру: все так же любила вкусно поесть, сладко поспать и уклониться от работы — истинная верность истокам.
Но это вовсе не означало, что она совсем не развивалась и оставалась глупым ребёнком.
С течением времени и ростом духовной энергии разум Ганьфань-ню непрерывно совершенствовался. Заметнее всего это проявлялось в её невероятных способностях к вычислениям и феноменальной памяти.
Обнаружив эту особенность, Чэнь Ко стал частенько привлекать Ганьфань-ню к запоминанию и расчетам.
Когда он сам не мог вспомнить какую-то деталь, он призывал Ганьфань-ню, просил её покопаться в памяти, и она выдавала безошибочный ответ.
А уж когда дело доходило до сверки счетов, нумерологических вычислений для гадания или просчета параметров при проектировании изделий, помощь Ганьфань-ню ускоряла процесс в несколько, а то и в десяток раз. Это было невероятно удобно.
Впрочем, Ганьфань-ню не была всеведущей. Чтобы она могла выполнять вычислительную работу, Чэнь Ко сначала приходилось терпеливо обучать её, объясняя формулы и методы решения задач.
Поэтому Чэнь Ко порой вздыхал: будь он математиком или физиком, Ганьфань-ню наверняка принесла бы в разы больше пользы.
Конечно, на проведение расчетов Ганьфань-ню тратила духовную энергию.
Но ей не обязательно было расходовать свои личные запасы — подходила любая энергия, которую она могла контролировать и подчинять. Для этого отлично годились те крохи духовной силы, которые её пиала поглощала из различных духовных тел и которые ещё не успели окончательно усвоиться.
Так что с «топливом для вычислений» у Ганьфань-ню проблем не возникало, оставалось лишь решить вопрос с её «желанием работать».
А уж как пробудить это желание, Чэнь Ко знал превосходно — он читал её как открытую книгу.
Очень быстро Ганьфань-ню обнаружила несколько нестыковок в отчетах и сама вывела их списком на экран компьютера.
Чэнь Ко, успевший за это время немного вздремнуть, тут же вызвал Чжу Ли и поручил ей собрать в конференц-зале представителей бухгалтерии, отдела разработок и инженерного отдела, курирующего завод.
Совещание затянулось до половины седьмого вечера. Когда они закончили, на улице уже накрапывал мелкий дождь.
Такую погоду Ганьфань-ню просто обожала. Стоило им сесть в машину, как она материализовалась в виде духовного тела, прижалась лицом к боковому стеклу и, глядя на окутанные туманом дождевые капли, глупо и счастливо заулыбалась.
— Ой! Твой маленький секретарь! — Ганьфань-ню, прильнувшая к стеклу пассажирского сиденья, вдруг указала пальцем на автобусную остановку у дороги.
Чэнь Ко удивленно глянул в ту сторону. Чжу Ли, похоже, забыла зонт. Прикрывая голову сумочкой, она торопливо бежала к остановке. Её туфли на шпильках совсем промокли, а тонкие брови были слегка нахмурены — выглядела она довольно беззащитно.
Чэнь Ко инстинктивно притормозил у остановки, опустил стекло и крикнул:
— Сяо Чжу!
http://tl.rulate.ru/book/205708/25584667
Готово:
